Разносчик
Шрифт:
2
Продолжая крутить в руках мобильник — хорошая маскировка на все случаи жизни! — Наташа размышляла. Больше всего сбивал с толку резкий контраст двух личностей Радима: в высшей степени светский гость на празднике богатых — и нищий попрошайка, привычно сидящий на коленях. Первая конкретная мысль: «А если мы ошиблись — и он обыкновенный вор? Специально столкнулся с парой, чтобы стибрить драгоценности дамочки? Ему дали наводку. И он ведь очень ловкий — вон как мой бокал поставил на поднос, официант даже не заметил». Но от этой мысли девушка была вынуждена отказаться.
Бугай отдал деньги через три дня после столкновения с Радимом. А как выяснили ребята Алексеича, столичные мафиози пасли его довольно долго. Упёртый тип… был.
Значит, связь между появлением Радима в ресторане и сдавшимся бугаем есть. Мало того. В отчёте ребят было написано, что уже на следующий день, после ресторанного празднества, бугай выглядел чуть не больным.
Итак? Радим сделал то, что для большинства людей звучит универсальной фразой — «навёл порчу». Но… Если он такой сильный и явно появляется в ресторане не впервые, почему он продолжает попрошайничать? Даже на небольшую долю того, что стрясли с бугая (а о сумме узнали, благодаря воплям его жёнушки), можно спокойно купить в центре города «однушку» и даже жить припеваючи без работы некоторое время.
Сначала Наташа хотела подойти к парню и спросить его напрямую, что он сделал с бугаем. Но вдруг сообразила, что за Радимом наверняка есть наблюдение. Со своей, пока неясной способностью он для бандюганов-вымогателей лакомый кусочек. И любой, кто заговорит с ним, немедленно окажется на мушке.
Потом она решила подойти к нему как сердобольная прохожая и вместе с деньгами оставить записку с номером телефона, чтобы созвониться без лишних глаз и ушей. Мобильный у него, приметила, имеется: он пару раз вытаскивал — наверное, смотрел на время или на звонки пропущенные. Но ни разу не ответил и сам никому не позвонил… Но отмела и этот вариант. Оставалось два пути: звонить Алексеичу, чтобы он сам взялся за парня, или понаблюдать за Радимом, но так, чтобы не заметил ни он, ни те, кто его «пасёт».
Пока смотрела на мобильник, сомневаясь, звонить или нет, от места наблюдения раздался жизнерадостный хохот: продавщицы парфюма смеялись до слёз, а Радим, явно довольный своей шуткой, улыбался хитровато и свысока… Наташа сумела приглядеться к нему. Если в ресторане он показался ей лет двадцати пяти, то сейчас этому парнишке она не дала бы и восемнадцати. На вид. Возможно, виной тому волосы: вчера он зачесал их назад, из-за чего лицо было открытым и даже в какой-то степени высокомерным, а сейчас — с этими лохмами, свисающими на глаза, он выглядел более… мальчишкой. Причём мальчишкой, который пошёл в рост слишком быстро и «не набрал мяса на костях» — в просторечии, а обычным языком — выглядел довольно жалким дистрофиком.
Смех оборвался мгновенно, едва одна продавщица обернулась в сторону «Детского мира» и что-то встревоженно сказала парню. Остальные женщины тоже резко замолчали, то и дело поглядывая на Радима, который больше не улыбался, снова сгорбившись и опустив глаза.
Наташа забеспокоилась и на всякий случай подошла к последней
Так что Наташа без проблем тоже взглянула в ту сторону.
На пятачок перед дорожкой, у дверей в супермаркет со стороны дороги, встал чёрный джип. Из него вышли двое. У девушки сердце дрогнуло. Мужчины были высокие, широкоплечие. И веяло от них точно не доброжелательностью. А ещё подлили страха продавщицы, которые смотрели на них с тревогой, а на Радима с жалостью.
Мужчины уверенно пошли по дорожке между супермаркетом и детским садом. Сообразив по реакции продавщиц, что идут они к парню, Наташа взглянула на Радима. Тот ссутулился ещё больше. Если мужчины из джипа могут причинить ему… ну, зло, почему он не уходит? Давно бы сбежал, предупреждённый?
Сама того не сознавая, Наташа участливо следила за происходящим, всё больше жалея, что не вызвала подмогу сразу.
Один из мужчин чуть прибавил шагу, едва увидел Радима. На ходу (Наташа изумлённо раскрыла рот — в мае?!) он вынул из кармана кожаные перчатки. Продавщицы словно сами затаились, пригнулись — вроде бы стараясь делать вид, что не заметили их. Прохожие, которых и так было немного, кажется, подспудно почувствовали неладное и старались побыстрей пройти опасный участок дорожки.
— Ты,…! — процедил сквозь зубы тот, что надел перчатки. — Вставай! Быстро!
И ударил сидящего ногой в бедро. Радим охнул, но только исподлобья взглянул на него, втянув голову в плечи. Тогда мужчина схватил его рукой в перчатке за шиворот, за ворот слишком большой куртки, словно щенка, едва не вывалив из этой куртки. Поднял на ноги и, постоянно тыча в спину кулачищем, заставил идти к джипу. Второй, не глядя на народ, подобрал вещи Радима: вместе с тарелкой для мелочи — какую-то мятую сумку, которая валялась рядом, — и пошёл следом.
Пока все смотрели только вслед этим троим, девушка быстро сделала пару снимков, стараясь, чтобы в объектив мобильного попал номер машины.
— А завтра снова придёт, — задумчиво, словно делая замечание в воздух, сказала одна из продавщиц. — А потом снова за ним придут. И чего им от парня надо?
— Они его бьют? — неожиданно для себя спросила Наташа.
— Радима-то? По лицу — нет, а вот иной раз приходит — аж дышать не может, — со вздохом поделилась та, перед которой она стояла. — Хрипит. А садится — так мы пару раз помогали и сесть, и встать.
В разговор вступили ещё две продавщицы, начали вспоминать, что да как с Радимом. Наташа теперь уже про себя поразилась: он всем известен под этим именем! Рассказали, что полиция, которая шугает всех, продающих за оградой рынка, Радима обходит стороной, а иной раз и постоит рядом, поговорит с ним. Но не трогает его.
Девушка после этой беседы пожалела, что смотрела на всю сцену не со стороны джипа. Так захотелось увидеть лицо Радима, пока его ведут к машине… За этим парнем явно стояла тайна, которой должен заинтересоваться Алексеич… Хотя Алексеич заинтересуется парнем в любом случае. Надо же… Нищий — и светский гость… Почти как в той комедии, ну, про человека из общества…