Размах Келланведа
Шрифт:
Но он побил ее. Наконец. Спустя долгие годы. Вскоре она станет призраком в самом буквальном смысле.
Мысль его успокоила. Тарел лег на кровать.
И застыл, неспособный даже вздохнуть. В кресле, в тенях, кто-то...
Очень медленно он поднял голову и огляделся. И точно, кресло кто-то занял. Сестрица Грюмсюрет.
Он наконец выдохнул, почти застонал.
– Я дала тебе все шансы, - сказала она столь же мерзким тоном, как и прежде.
– Я победил тебя, - шепнул Тарел.
– Победил.
Сестра качнула головой.
– Это было
Он ухитрился сглотнуть.
– А если я кликну стражу?!
– Это моя стража.
– Будь проклята! Будь проклята! Я победил!
Она подняла руку, как всегда, заставив его заткнуться.
– Остался один выбор.
– И какой же? Смерть?
– Отречение. Передай власть Совету Старейшин. Удались в изгнание на семейную виллу на острове Руэт.
– Передать власть тебе!
Она вновь покачала головой: - Нет. Совету. Пусть берут, меня же интересует... совсем иное.
Он наставил на нее палец.
– Меня не обмануть фокусами, поняла?
Угрюмая встала с кресла.
– Мне фокусы уже не нужны, не думаешь?
Тарел натянул одеяло.
– Ты угрожаешь. Родному брату! Почему я не могу править?
Она лишь вздохнула, потирая лоб.
– Просто отрекись. Утром. Я созову Совет.
Мысли его забегали. Можно отречься - сейчас. А на Руэте он составит новый план. Да! План получше.
– Хорошо, - сказал король.
– Я сделаю, как ты просишь. Отдам власть Совету.
– Прекрасно.
– Она пошла к выходу. Открыла дверь, помедлила и обернулась.
– Кстати... Помни, что каждый второй, с кем ты решишь составить заговор - половина стражников, и слуг на вилле - тайно работают на меня. И ты никогда не догадаешься, кто к какой половине относится.
– Она захлопнула дверь.
Тарел вжался лицом в подушку и заплакал.
***
Когда Угрюмая вошла в зал, Тайскренну подумалось, что впервые на ее лице читаются чувства. Как ни странно, она казалась почти печальной и полной сожалений. Картерон заговорил первым.
– Тарел?
– Маска вернулась на место, женщина выпрямилась.
– Удаляется на свою виллу.
– Напаны закивали, похоже, втайне успокоенные.
– Править будет Совет, - продолжала она, и Арко удивленно поднял кустистые брови.
– У нас есть заботы посерьезнее, - закончила она, глядя на Тайскренна.
– Келланвед и Танцор?
– Оба еще живы, насколько я знаю.
Она нахмурилась, чем-то озабоченная.
– Джейдин?
Маг встал и подошел к полке, изучая вина. Выбрал одно, темно-красное, и налил бокал, повернулся, оперся о стол и отпил. Вино оказалось довольно посредственным.
– Сложное дело, - начал он.
– Они наткнулись на загадку, она и Келланвед, и вместе пустились ее решать.
– Он потер лоб, морщась.
– Честно говоря, надеюсь, никто не преуспеет.
– Еще одна загадка, - отозвалась Угрюмая.
– Что ж, продолжаем как задумано.
– То есть?
– спросил Картерон.
–
– А Совет?
– вмешался Токарас.
– Совет будет делать то, что скажу я.
Картерон и Арко обменялись взглядами; Картерон откашлялся.
– Значит, обо всем будет объявлено поутру.
– Верно.
Тайскренн опустил бокал.
– Я сообщу на Малаз.
Угрюмая кивнула.
– Благодарю.
Поклонившись, Тайскренн вышел. Снаружи подозвал Келота и Хохолка.
– Ваш контракт сохраняется. Теперь мы обращаем взор на континент.
Хохолок криво, алчно усмехнулся.
***
Похоже, все участвующие стороны не ожидали - так решил Грегар - что осада Юрды превратится в решительную битву, которая положит конец очередной войне Блура и Гриза. Если слово "осада" подходило к тому, чем занимались союзники Блурианской Лиги. Грегар скорее назвал бы это зимовкой. Круги лагерей встали у замка Юрды, каждый контингент наособицу - войска Желтоха, Уора и Рефа, у каждого свой план осады. Результатом стали всеобщий хаос и сумятица.
Осажденные жители Юрды следили за всем с многослойных стен, удивляясь, а то и забавляясь.
Четвертая рота Грегара и Харая самочинно заняла брошенное здание, почти без крыши, но из крепкого камня - удачно, ибо развалина лежала в пределах досягаемости стрел юрданских лучников. Здесь они варили еду и ночевали, пусть не участвуя в настоящей осаде, но создавая линию окружения.
Грегар привык стоять в дозорах на чердаке, открытый для выстрела, но уверенный, что противник помнит о нехватке стрел и болтов и не станет тратить их на одинокого солдата. Очередной день выдался облачным, холодным, временами падал снежок; он с благодарностью слушал рев походного костра внизу, предвидя час, когда сменится и согреется.
Затем он окинул взглядом импозантно-серые, похожие на утесы стены замка Юрды, подумав, что шансы Лиги невелики. Древняя крепость повидала множество решительных осад, хотя иногда и переходила из рук в руки. За линиями стен ютился целый город, внешние бастионы были столь велики, что сошли бы за отдельные форты, достойные отдельных осад.
Он обернулся на голос с деревянной лестницы. Харай махал ему рукой.
– Чего тебе?
– Сюда!
– крикнул парень.
Он вздохнул, подошел к Хараю, не рисковавшему высовываться высоко.
– Что там?
– А ты...
– костлявый парень опасливо глянул на дерзкие крепостные стены.
– Не бойся. Они не стреляют.
– Но нас же видно.
– Им плевать.
Парень вылез, пригибаясь.
– Слышал новости?
– Какие?
– Гвардия! Они здесь! Вчера прибыли.
Грегар оперся о скользкое древко копья, всмотрелся в смутно видимые сквозь снег стены.
– И что?
– Что? Наш шанс! Нужно пойти туда.
– Твой шанс, скорее.
Харай закашлялся в кулак, сморщился.
– Ты не пойдешь со мной? Тебе даже не любопытно?