Размах Келланведа

Эсслемонт Иан Кэмерон

Он не стал спорить и говорить, что они явно не бандиты. Лишь хрипло вздохнул и прорычал сквозь боль: - Не заставляй меня звать Фенера.

Женщина подняла брови, кивнула.
– Самой собой, я слышала эти россказни. Ярость Вепря. Вот только никогда не видела. Думаю, это лишь легенды.

Геборик выдавил сквозь стиснутые зубы: - Не заставляй меня. Это мучительно.

Офицер сказала, не меняясь в лице: - Для тебя?

– Для всех присутствующих.

Она со вздохом поглядела на своих людей.
– Ну, чего ждете? Зарядить!

Прокляв женщину за то, что вынудила

его, Геборик безмолвно воззвал к Великому Вепрю, ревущему богу боевого безумия. "Владей моей плотью!" И рванулся в бой.

Когда он очнулся, стояла ночь. Он почти утонул в мелкой речке. Геборик со стоном перевернулся, смывая ледяной водой густой слой крови и ошметков плоти. Выплюнул нечто, вполне могущее быть куском человечины, давясь, вымыл рот. И снова потерял сознание.

Его пробудило солнечное тепло. Он брел, пока не заметил дорожную насыпь, забрался на нее и пошел на север. Фургона леди Варин и стражи видно не было. Кажется, он оказался довольно далеко от места резни. Жрец забарабанил в дверь первой встречной хижины, пока дверь не открылась; почти упал на соломенную подстилку. И утонул во сне, подобном смерти, ибо Вепря не заботит состояние смертного тела, в котором он ездит.

Глава 9

Общее командное совещание было назначено, едва "Невыносимый" пришвартовался в гавани Малаза. Угрюмая, Картерон, Тайскренн и Дассем были за встречу в Замке, но Келланвед не уступал: местом будет его контора.

К счастью, "Смешок" был пуст, ведь разросшееся ведомство Угрюмой давно не помещалось в тесном баре, и теперь переместилось в секретное место, где-то среди складов у берега. Танцору пришлось отпирать двери заведения, зажигать лампы в пыльном зале. Келланвед взошел по лестнице, словно ничего не изменилось. Танцор со вздохом подхватил фонарь и пошел следом.

Маг успел плюхнуться в кресло, опустив подбородок на кулаки и глядя в никуда. Он едва выронил пару слов с того дня, как покинул поле кремня, и Танцор уже начал волноваться.
– Что же, не сработало, - искательно начал он, зажигая еще лампы.
– Не все идет как задумано. Вспомни Хенг.

– Ага, - буркнул маг, сощурив глаза.
– Я не закончил с Хенгом.

– Давай не забегать вперед самих себя, ладно? Каков план?

– План?
– эхом отозвался рассеянный Келланвед.
– План для чего?

– План для Напов, - сказал Танцор раздраженно.
– Тема ночи.

– А.
– Маг небрежно повел плечом.
– План прежний, полагаю. Неважно.

Танцор всмотрелся в мага. Уткнув локти в стол и подбородок в кулаки, он казался сердитым ребенком. Но дело было куда хуже - Танцор узнал черную меланхолию, настроение, способное поглотить человека целиком. Странно. Этот тип иногда бывал несносным, но чтобы пасть духом после одной неудачи? Однако упреки могли

сделать лишь хуже. Танцор стиснул зубы и кивнул.
– Хорошо. План прежний. Ты не ел целую вечность. Не голоден?

Келланвед покачал головой и горестно вздохнул.

Танцор оторвался от стены.
– А я голоден. Пойду разведаю, не оставила ли Угрюмая хоть что-то.

Маг молча махнул рукой.

Увы, кухня было опустошена. Танцор вышел и обнаружил в зале мечника.
– Дассем!

Тот открыл было рот, но замялся.
– Как же называть тебя?

– Ну, Танцором.

– Без титулов?

– Боги, без.
– Танцор указал на лестницу.
– И чем ты тут занят?

– Тренирую отряды. Ваших морпехов.

– Морпехов?

Молодой человек открыл дверь конторы.
– Да. Они будут сражаться, приходя с моря, или служить матросами, как потребуется. Отсюда - морская пехота.
– Он поклонился.
– Магистр.

Маг не ответил, играясь с чем-то на столе.

– И каким приемам их учат?
– спросил Танцор.

– Короткий меч, щит и копье.

Танцор удивился.
– Как в старых легионах?

– Верно.

– Но на полях битв от Квона и до Гриза господствует кавалерия. Пехота как бы устарела.

– В наши дни - да, но так было не всегда. Хорошо организованная и обученная пехота способна была отразить конную атаку. Кавалерия довольствовалась весьма скромной ролью в войне.

– Война, - отозвался Танцор с отвращением. Увы, именно ради подготовки войны они и работают...

Появился Тайскренн, озабоченно озираясь. Танцор вдруг сообразил, что единственное кресло в комнате занято седалищем Келланведа.

Ну, это поможет сократить встречу.

Угрюмая и Картерон вошли, приветствуя уже собравшихся. Напаны, картулианец и Дассем, все уставились на Келланведа, однако морщинистый лжестарец не поднимал головы, занятый вертящимся предметом на столешнице.

Вытерпев несколько томительных мгновений, Танцор откашлялся и спросил Угрюмую: - Здесь безопасно?
– Та кивнула. Он перевел взгляд на Тайскренна.
– Нет ли активной магии Садков?
– Маг покачал головой.
– Отлично. Картерон, когда мы можем выйти против Напов?

Тот поглядел в потолок, поскреб небритый подбородок.
– На рассвете третьего дня.

– Сколько кораблей?
– вмешался Дассем.

Верховный кулак вздохнул.
– Сорок. Все, что мы смогли наскрести.

Мечник посмотрел на Угрюмую.
– Это существенная угроза?

Недовольная гримаса стала еще кислее.
– Не вполне. Мало кораблей.

Тайскренн скрестил руки на груди, подался вперед, не отрываясь от стены.
– То есть они разглядят обман?

– Они будут удивляться, неужели мы настолько... торопливы и глупы...

Танцор глянул на Келланведа. "А, понимаю". – Итак, Келланвед...

Маг протер глаза и страдальчески вздохнул.
– Да, да. Они увидят новичка, глупого, неопытного правителя, бросившего все силы в плохо подготовленное наступление. И отлично.
– Он повел руками, будто выметая всех из комнаты.
– Идите, действуйте.