Разлом

Островская Алина

— Вы оказались правы…, - взволновано заговорила Ева, неожиданно материализовавшаяся рядом со мной. — Я проверила все данные за тот день, когда произошёл сбой. Действительно, в головной центр приходило уведомление об ошибке в гибернационных капсулах. Все данные были стёрты, пришлось восстанавливать.

— И каков твой вердикт?

— Неполадка произошла в жизнеобеспечении капсул. Каждый день организм недополучал анабиоза, для полной остановки функций органов, из-за чего, вопреки целям гибернации, происходило биологическое старение…

—

Что ж. Выходит тот, кто удалил данные об ошибке и стоит за сбоем в энергоблоках?

— Выходит так…, растерянно пролепетала Ева, глядя на меня с широко распахнутыми глазами.

— Во всяком случае, — вздохнул я, потерев лицо ладонями, — прошло уже слишком много времени, чтобы искать виноватого. Да и есть ли в этом смысл? Вопрос только во всех ли криптах это произошло? Адам что-либо рассказывал тебе об этом?

— Он мало говорил, после того как вернулся с поверхности… Создатель был чрезвычайно подавлен и погружён в себя. Много читал и размышлял, предпочитал одиночество…

— Ладно… возможно, это и не имеет никакого значения, но ты все же отметь на карте расположение других ковчегов. Быть может, я загляну и туда. И, Ева, помоги мне. Я хочу найти кое-что полезное для себя из этого множества книг, но сам точно не справлюсь.

— Рада вам помочь, чего желаете?

Примерно через час мы поднимались в лифте на нулевой этаж. Я набил сумку нужными книгами и взял по жмене семян разных сельскохозяйственных растений, завернув их в клочки ткани, позаимствованные в крипте. Остальное запечатал и велел Еве больше никого не пускать, пока я не выясню судьбу остальных ковчегов. Быть может, они давно разорены и Южная Крипта стала единственным местом, сохранившим достояние человечества. Мне бы меньше всего хотелось стать причиной утраты всех знаний и достижений культуры, копившихся веками.

Створки дверей разъехались и я увидел Арни, беспокойно бродившего от стены к стене.

— О! Господин! Я уже стал беспокоится! С вами все в порядке? — мальчишка подскочил ко мне и стал бегло осматривать.

Потрепал его по волосам:

— Не волнуйся, боец. Со мной все в порядке. Готов возвращаться?

— Давно готов, господин.

— Ева, — кивнул ей на прощанье и шагнул в лифт, поднявший нас на верх. Перед уходом разъединил провода, но щёток оставил закрытым — так безопаснее.

Когда мы подходили к городу солнце приближалось к зениту. Пацан всю дорогу молчал. Кубаторил же там что-то в своём котелке. Размышлял. Я все думал, не растрезвонит ли он о нашем приключении? Шанс довольно велик, хоть мы и, вроде как, договорились сохранить тайну. С другой стороны, чем мне это может навредить? Ничем, наверное, крипту я запечатал, никто туда не войдёт и не разворует, а с остальным уж разберусь как-нибудь.

Глава 7.

Глава 7.

«Кто полон милосердия,

тот непременно обладает мужеством»

Конфуций

Три дня в пути до деревни Блоррохов

прошли почти комфортно. Я занял у Эйвара пару серебряных и купил на них несколько вещиц в Эдихарде. Во-первых, вожделенные полу кальсоны, ибо ходить без белья в кожаных штанах — это слишком даже для меня. Во-вторых, у одного барахольщика выторговал несколько листов пергамента и угольные чернила. Он, конечно, был чрезвычайно удивлен моим интересом, поскольку писать и читать почти никто не умеет, так что пришлось соврать, что это для моего господина. Знать-то должна быть образована, а иначе, что это за знать?

К деревне подошли с рассветом.

У остроконечных бревенчатых стен лежало пару тел с торчащими из груди стрелами. Маловато, чтобы точно утверждать о случившейся битве, но в то же время, достаточно, чтобы быть уверенным — хозяева вернулись в свой дом, и им не понравилось то, что они в нем обнаружили. А точнее, кого.

Звуки борьбы со стороны укреплений не доносились, заставляя нервничать моих спутников. Вопрос стоял не в том опоздали ли мы, а в том, насколько сильно опоздали.

— Проклятые Блоррохи, — ругался Эйвар, выглядывая из-за куста на опушке.

— Так тихо…, - подметила Алариэль, разглядывавшая сонные дома деревни.

— Слишком тихо. Думаю, нас ждут.

Поделился своими предположениями, по-пластунски отползая назад к отряду берсерков, устроившихся на небольшой привал. Глупо было бы надеяться, что горстка воинов способна удержать селение, жители которого не хотят менять одного тирана на другого. К своему-то они уже привыкли: и все заскоки выучили, и на что способен знают. А новый — опасная загадка, разгадывать которую ценой своей жизни никто не хочет. Их можно понять. И первое знакомство, мягко говоря, не удалось.

— Мы опоздали, Бруни, — сбежав с пригорка сообщил я.

— Что, деревня догорает в огне?

— Нет.

— Значит, не опоздали, — многозначительно протянул воин, отряхивая ладони от крошек печёной лепешки.

— Думаю, нас ждёт засада.

— Это ничего, да, парни? — вдохновляюще прорычал воин и получил в ответ полный энтузиазма отклик.

— Нужно бы продумать тактику, чтобы обойтись малой кровью.

— Есть предложения? — Бруни дожевал лепешку, выжидательно посмотрев на меня.

— В нашем распоряжении только люди и топоры. Никаких приспособлений, чтобы брать штурмом стены деревни, пусть не слишком высокие и неприступные…

— Согласен. Думаю, вряд ли нам отворят ворота, чтобы сойтись в честном бою. Скорее, обстреляют лучники с загривка этих самых стен, — продолжил мою мысль Бруни.

— Наверняка так и будет. Их нужно выманить из укрепления или вынудить открыть ворота.

— И как мы это сделаем?

— У них поля засеяны возле реки, за пределами стен. Что если мы их подожжем? — предложил я, полагая, что зерно в этих краях на вес золота. Только вряд ли его тушить побегут воины, скорее в пекло пустят селян. Но зато ворота откроются.