Раздражённые
Шрифт:
Я никогда не прощу себя, если не перезвоню на десятки звонков от Карины. Удивительно, но она вообще не упоминает Ромео. Тем не менее, она позволяет мне выпустить пар.
— Высокие, красивые блондинки повсюду. Я одна из тысяч. И, кроме того, большинство из них с самого детства прослушивались для рекламных роликов или учились в театральных школах. У них есть опыт работы на съемочных площадках в небольших ролях, о существовании которых я даже не подозревала. Они бесплатно снимались в таких проектах, как студенческие фильмы, экспериментальные пьесы, короткометражные фильмы, спектакли...
Я останавливаюсь, делаю глубокий вдох, и слышу смех Карины.
— Ты такая храбрая.
— Я идиотка.
— Ну, и это тоже.
Прежде чем струсить, я выпаливаю вопрос, который мне до смерти хотелось задать:
— Как там Ромео?
С минуту она молчит.
— Он... он не особо счастлив.
— Правда? Но это была всего лишь интрижка. Должно быть, в его постели постоянно сменяются девушки.
Даже на расстоянии я чувствую ее раздражение.
— Да, но мне показалось, что ты ему, действительно, нравишься. Я не так давно его знаю, но с тобой он казался другим. Теперь он снова стал мерзким придурком.
— Извини.
Но подруга еще не закончила заставлять меня чувствовать себя дерьмом:
— Ты была первой девушкой, с которой я видела его больше одного раза.
— Фу.
— Заткнись. Ты знаешь, что я имею в виду. Также я никогда не видела, чтобы он так расстраивался из-за ухода девушки.
Он был расстроен?
— Может, мне ему позвонить?
— Возможно. Тебе нужно было поговорить с ним перед отъездом. Думаю то, что ты просто оставила записку, разозлило его больше всего.
Меня охватывает стыд. Это был дерьмовый, трусливый поступок.
Он тебе ее показывал?
— Да. Спасибо? Ты серьезно?
— Ну, ты же знаешь, мои родители всегда настаивали, чтобы я писала записку со словами благодарности.
Она хихикает.
— Да, принцесса, но не думаю, что они имели в виду благодарственную записку за то, что тебя лишили девственности.
Видите, я глупая маленькая девочка.
— Я не знала, что делать, — признаюсь я подавлено.
— Очевидно. Ты все еще возвращаешься домой на четвертое июля?
— Возможно.
Карина вздыхает. Мы еще немного говорим и затем прощаемся.
Я не хотела признаваться ей, что причина, по которой я колебалась, ехать ли мне домой заключается в том, что бензин безумно дорогой. Нет, подождите. Все стоит очень дорого. Такую роскошь, как поездка домой, возможно, придется отложить. Проведя здесь всего несколько дней, я поняла, что если не найду работу, то быстро промотаю свои деньги.
Угадайте, что? Тысячи других ребят, желающих быть актерами, которые собрались в этом городе, уже имеют работу. Никто не хочет нанимать восемнадцатилетнюю девушку без опыта. Но как сказал один человек, по крайней мере, у меня есть аттестат об окончании средней школы. Это выдвинуло меня в первые пятьдесят процентов из всей толпы.
Удачливая я.
Мне стыдно, что я допустила
Я продолжаю убеждать себя, что нахожусь на правильном пути. Я корректировала свои ожидания — и не раз. Записалась в класс к замечательному учителю по актерскому мастерству. Хотя в первый же день он сказал нам: «Вы никогда не сможете контролировать возможности, но вы можете контролировать свою готовность». Эти слова ударили меня в живот, как копыто мула.
Я не готова ни к чему из этого.
Я, действительно, глупая маленькая девочка, как все и говорят.
— Дорогая, Лос-Анджелес — жестокий город. Он выплюнет тебя и отправит обратно туда, откуда ты приехала, если ты не приедешь сюда на сто процентов преданной, — говорит мой новый друг Эллиот, сильно качая головой и виляя пальцами, когда я объясняю ему свои планы после нашего урока «Как вести себя на прослушивании». Он первый человек, кроме Рокси и моего учителя по актерскому мастерству, который не игнорировал меня и не оскорблял.
— Я думал, что я совершенна.
— Все так думают.
— Спасибо.
Он спрашивает, не хочу ли я пойти куда-нибудь, и настаивает, что я тоже должна начать с кем-нибудь встречаться. Но я не в настроении для этого.
— Это из-за, парня? Скажи мне, что речь идет о парне.
— Вроде как. Я кое-что начала перед тем, как приехать сюда, а затем просто взяла и ушла. — Боже мой, это звучит еще хуже, когда я говорю это вслух.
— Я хочу все услышать.
Но у меня на это нет шансов, потому что, когда мы входим в мою квартиру, становится ясно, что это одна из тех ночей. Рокси снова развлекает своих грубоватых друзей. Некоторые из них носят жилеты с нашивками, как у Ромео, так что я скучаю по нему еще больше. Но эти парни совсем не похожи на Ромео или Данте. Хоть Ромео довольно груб, я никогда не чувствовала себя в опасности рядом с ним. Совсем наоборот.
А вот эти парни? Они больше похожи на мальчиков, притворяющихся закаленными мужчинами, чем на настоящих мужчин.
Эллиот нерешительно останавливается в дверях.
— Кто этот педик, Афина? — кричит наименее обаятельный из всей компании, Снейк.
Парни кричат и отпускают кучу неприятных замечаний, и мои щеки горят от стыда. Я не хочу, чтобы Эллиот думал, что я общаюсь с этими людьми.
— Э-э, это друзья моей соседки по квартире, — говорю я ему, слишком смущенная, чтобы смотреть в глаза.
Он, кажется, признает это и кивает.
— Я пойду, дорогая. Мне не нравится, как Мисс Конгениальность смотрит на меня, — говорит он, указывая на Снейка.
— Я пойду с тобой.
Когда мы выходим на улицу, я вяло извиняюсь, но Эллиот останавливает меня.
— Ты уверена, что здесь ты в безопасности? Это место похоже на одну большую чашку Петри с ЗППП.
Я фыркаю от этой шутки, потому что у меня были похожие мысли. Никакого осуждения, но Рокси часто тусуется с разными парнями. Хорошо для нее и все такое, но парни неряшливы и обращаются с ней как с дерьмом, так что я не понимаю, что ее в этом привлекает.