Разбитый
Шрифт:
— И что? — произнёс Джозия.
— Это было снято на собрании 28-го сентября. И посмотрите, кто на заднем плане.
Я приблизил область за девушками. Там был мужчина в белой рубашке, на три четверти стоящий в профиль. Это определённо напоминало Соамса.
— Что ж, отстойно, — сказал Джозия.
Я вздохнул.
— Хорошая работа. В смысла, да, это отстойно, но вычёркивает ещё одного подозреваемого из нашего списка.
— Спасибо! — Мэдисон улыбнулась и посмотрела на Джозию самодовольным взглядом, вычёркивая
— У меня тоже есть пару новостей, — Джозия огляделся и наклонился ближе, переходя на шёпот. — Вы знаете этого большого уборщика, который похож на бывшего военного?
— Да, — одновременно ответили мы с Мэдисон.
Я помнил, как Голлум в моей голове стал гадким, когда я увидел того мужчину, который вытирал воду в коридоре.
Джозия знающе поиграл бровями.
— Ну, угадайте что? Он бывший военный.
Мэдисон фыркнула, рассмеявшись.
— Поразительная проницательность, Джози.
— Нет, правда! Тай Трейнор хочет после выпуска пойти в армию или куда-то ещё. Говорит, что там учат технической ерунде, и это намного дешевле колледжа. Так что он поговорил об этом с уборщиком. Его зовут Фредди. Тай сказал, что он был в морской пехоте, и его ранили в Афганистане. В голову попал осколок, и он отчасти контуженный, так что живёт с родителями.
Мы с Мэдисон посмотрели друг на друга с сомнением.
— Это правда? — спросила Мэдисон.
— Тай сказал, что говорил с этим парнем, и он так ответил.
— Это грустно, — сказал я. Я ненавидел слышать, как кого-то ранили. Для меня это больше не было абстрактностью.
— Да, грустно, — сказал Джозия. — Но он был морским пехотинцем. Что, если он злится на мир или ненавидит здешних учеников, потому что его достало убирать наше дерьмо? И у него всегда злой взгляд.
— Может, у него просто синдром стервозного лица, — Мэдисон пожала плечами. — Бедный парень. На его месте у меня было бы то же самое.
Джозия вздохнул.
— Ладно, не слушайте меня. Мечете бисер перед свиньями, клянусь.
— Нет, он должен быть в списке, — я записал: «Фредди, уборщик / бывший морской пехотинец».
Я подумал о том, что мне рассказал детектив Майк в больнице — что моё подсознание могло помнить о стрельбе больше, чем я понимал. Я поэтому заистерил, когда увидел его рядом с кабинетом Фишбиндера? Какая-то часть меня распознала его как одного из стрелков?
Когда в моих кошмарах появлялась настоящая фигура стрелка, нависающий силуэт всегда казался знакомым. Но когда я просыпался, то никогда не мог вспомнить почему.
— Есть идеи, где Фредди был во время стрельбы? — спросила Мэдисон.
Джозия пожал плечами.
— Я не могу делать всю работу сам. Этим займитесь вы.
— Эй! — обиженно отозвалась Мэдисон. — Я нашла фотографию Соамса, разве нет?
— Я проверю, где был Фредди, — быстро сказал я. Мэдисон и Джозия могли спорить часами, а я не хотел сбиваться
Мэдисон и Джозия посмотрели друг на друга многозначительными взглядами, будто говорили о чём-то.
Джозия наклонил свой стул назад, стоя на двух ножках.
— Что насчёт твоих старых лучших друзей, Кэмерона и Гордо?
Я заёрзал от дискомфорта.
— Ладно, что ж, насколько я знаю, у Кэмерона нет особого алиби. Я никогда не обсуждал с ним подробности, но на похоронах Джейка он упомянул, что во время стрельбы был в туалете.
Джозия ахнул.
— Ох, вот маленькая сучка.
— Я знаю, знаю. Это подозрительно. Но Гордо был на наказании с учителем и другими детьми. Так что он не мог этого сделать.
Джозия нахмурился от мыслей.
— Кэмерон не мог сделать это ни с кем другим? Ты уверен?
Я беспомощно пожал плечами.
— Я так не думаю.
— Кто ещё есть в твоём списке? — спросила Мэдисон, наклоняясь посмотреть в мой блокнот. Она перевернула страницу. — Кто такой Булл Смит?
Я закусил губу.
— Он парень из ультраправых, работает с моим отцом в автосалоне Бьюик. Он механик. По словам моего отца, у него сумасшедше большой арсенал. В плане сейфа с пистолетами и тонн мощного оружия. Поначалу он кажется приятным, но если разговорить его о политике, ему совершенно сносит крышу. У него появляется этот сумасшедший блеск в глазах и, ну, ярость.
Мне был очень знаком этот сумасшедший блеск. К сожалению, такое было не только с Буллом. Может быть, я вёл себя предубеждённо. Может быть, я ненавидел Булла потому, что он отравил моего отца. Но я всё равно считал Булла реальным подозреваемым.
Джозия выпрямился, его глаза стали ярче.
— Он когда-нибудь говорил с тобой о Уолл? Он учился здесь?
— Сколько ему лет? — спросил Мэдисон.
— Он из Сильвер Фолса, так что да, он учился здесь. Думаю, ему около сорока? Так что это было давно. Но однажды он рассказывал мне, что Уолл была «логовом чокнутого беззакония». Так что он не фанат.
— Чёрт побери! — произнёс Джозия. — Полиция знает об этом парне?
— Сомневаюсь. Мой отец довольно хорошо дружит с Буллом, так что если бы копы под него копали, мой отец знал бы об этом и был бы расстроен.
— Если бы он был одним из стрелков, с кем бы он это сделал? — с готовностью спросила Мэдисон. — У него есть ребёнок, который здесь учится? Или племянник, или ещё кто?
Я покачал головой.
— Никаких детей. Я не знаю, кем может быть второй человек.
Это никак не мог быть мой отец. Просто никак. Кроме того, я наизусть помнил описание стрелков от Лэндона, и ни мой отец, ни Булл не подходили под «маниакального», подскакивающего парня. И не важно, как мой отец был помешан на теориях заговора, он никогда бы не сделал этого. Не смотря ни на что.