Разбитое сердце
Шрифт:
Я вернулась домой час назад, и, выдавив из себя искусственную улыбку в сторону Тины и Пиппы, проскользнула в свою комнату, где так и просидела все это время. Я не могла ни о чем думать, не могла ничего делать, мне даже было тяжело дышать. Сегодня я очень расстроила Макса.
Я обидела его, знаю. И зачем я это сделала? Я ведь пошла в клуб только для того, чтобы понять — допускать ли его к общению с дочерью. Но вместо этого я просто растерялась из-за нахлынувших эмоций.
После всего случившегося я просто не представляла, каким образом выстроить с ним отношения, потому что прекрасно знала
— Тук-тук.
Я подняла голову, дверь открылась и в комнату вошла Пиппа с кружкой чая в руках.
— Я увидела, что у тебя горит свет, и подумала, что сейчас тебе это не помешает.
— Спасибо, — вздохнула я.
Она поставила кружку на прикроватный столик, а затем присела на кровать и внимательно на меня посмотрела.
— Что-то случилось?
— Сегодня я видела его, — прошептала я.
— О, Белла.… И все прошло не совсем хорошо, так?
— Да.
Пиппа развернулась, подоткнула под себя ноги и наклонилась ко мне, как всегда добрая и чуткая.
— Что случилось?
Я заправила за ухо локон волос и посмотрела на свои руки.
— Он выгнал меня из клуба, прижал к стене и пытался вывести на разговор.
— Надеюсь, тебе удалось избежать этого?
Я покачала головой.
— Я не смогла, Пип. Я не знала, как это сделать. Он сказал, что сильно изменился в плохую сторону, но никогда не переставал думать обо мне. Я не понимаю, как это может быть правдой, если пять лет назад он сам лично сказал, что разлюбил меня?
— Это всего лишь твои догадки, — задумчиво сказала Пиппа. — А ты думала когда-нибудь, что он так сказал, чтобы заставить тебя уйти от него?
— Конечно, он хотел, чтобы я ушла, - пробормотала я. – Ведь он разлюбил меня.
— Нет, я имею в виду, что он, возможно, ненавидел себя за то, каким человеком стал, и посчитал, что ты заслуживаешь лучшего.
Я никогда об этом не думала.
Одна лишь мысль об этом вызывала дикую боль в груди.
— Не знаю, — призналась я. — До сих пор не могу понять, что тогда произошло.
Однажды вечером он просто куда-то пошел. Я знала, что произошла некая авария, свидетелем которой он был, но он никогда не рассказывал подробностей. Потом он вернулся домой, и с тех пор уже никогда не был прежним: он начал выпивать, играть в азартные игры, и, в конечном итоге сказал, что больше не любит меня.
— А, может, он просто не понимал, что говорит?
Я пожала плечами.
— Возможно. Но пять лет не вычеркнуть из жизни, за это время очень многое изменилось. Теперь у меня есть дочь. У нас есть дочь. Да и он стал другим. Он уже не тот человек, в которого я когда-то влюбилась. Макс превратился в ужасного, грубого человека, и его образ жизни пугает меня. Я просто не представляю, как мы сможем с этим справиться.
— Все, что тебе нужно – это постараться сделать так, чтобы Имми жила счастливой
— Ты права, — вздохнула я. — Просто так сложно, когда я….
— Когда ты все еще так любишь его?
Я встретилась с ней глазами.
— Да….
— Это нормально, ничего в этом страшного нет. Белла, не съедай себя за это. Твои чувства не являются чем-то плохим или неправильным.
— Спасибо, Пип.
— Послушай, — сказала она, слезая с кровати, — если ты договоришься с Тиной, чтобы она посидела с малышкой в выходные, я бы с удовольствием пригласила тебя на девичник, который мы устраиваем с девчонками из мотоклуба в баре моего друга, Рейнера. Пойдем с нами?
— Знаешь, — ответила я, — это как раз то, что мне нужно.
— Верно, — заулыбалась Пиппа.
— Так что хороший план.
Одному Богу известно, как я хочу отвлечься от всего.
~*~*~*~
— Имоджен! — крикнула я, догоняя дочь в пролетах магазина. Она радостно бежала, и ее волосы развивались позади. В руках у нее был сладкий батончик, и она совсем не желала с ним расставаться. Это я виновата, вся ответственность лежит только на мне. Каждый раз при походе за продуктами я позволяла ей что-то сладкое, но сегодня она уже съела шоколадный батончик. Поэтому еще один будет явно лишним. Однако малышка так не думала.
— Догони меня, мамочка!
— Нет, солнышко, — сказала я, толкая тележку вслед за дочерью, что было совсем не безопасно.— Если ты не прекратишь убегать, то я остановлюсь на месте, и ты не найдешь меня потом. Имми остановилась и посмотрела на меня.
— Мам, ну, можно конфетку?
— Нет. На сегодня достаточно.
И тогда девочка снова побежала. О, этот четырехлетний трудный возраст. Я вздохнула и снова побежала за ней. Она забежала за угол, и я запаниковала, когда дочь пропала из виду. Я прибавила скорость, и начала еще больше разгонять тележку с продуктами. Я выскочила из-за угла и тут же застыла на месте: передо мной стоял Макс. Мои ноги подкосились от удивления, и сердце замерло.
Нет.
Нет, все должно было случиться совсем не так.
С высоты своего роста Макс посмотрел на Имоджен, затем на меня, затем снова на Имоджен, и я заметила, как по его телу прошла судорожная дрожь. На его лице отразилась целая палитра эмоций, и он крепко сжал кулаки. Теперь уже не получится скрыть правду потому, что вьющиеся волосы девочки были такими же темными, как и у него, а глаза она унаследовала от меня. Имми была прекрасным воплощением нас обоих. Теперь Макс не пройдет мимо, как обычный прохожий, и не поверит, что у меня был другой мужчина. Черт, теперь уже не отвертеться.
— Имоджен, — резко сказала я.— Пойдем.
Она обернулась и подбежала ко мне, обняв за ногу. Наши взгляды пересеклись, и я увидела столько отчаяния на лице Макса, что мне хотелось кричать, плакать, выть! Но все, что я могла сделать - это просто стоять, как вкопанная. Я тысячу раз представляла эту сцену в своей голове.
Я представляла, как он бросается к Имми и радостно хватает ее в свои объятья, или подходит ко мне и страстно целует. Я даже представляла, что он может накричать на меня за то, что я не сказала ему правду.