Разбитое окно
Шрифт:
Столь демонстративная акция, как наведение справок об убийце и злостном дезинформаторе, скрывающемся среди тех, кто имеет доступ к базам данных о его жертвах, не могла остаться незамеченной для «5-22». Вероятно, он попытается с помощью PublicSure заглянуть в полицейские файлы, чтобы понаблюдать за ходом расследования, и тогда появится шанс вычислить его, узнав, кто из посторонних проник в систему.
Пока Райм объяснял ситуацию Шарнеку, тот понимающе кивал, будто только и занимался тем, что расставлял подобные ловушки. Однако он встревожился, узнав, на какую фирму пало подозрение в связи с совершенными преступлениями.
– «ССД»? Да это же крупнейший дейта-майнер в мире!
– И в чем проблема?
Беспечное выражение ненадолго стерлось с лица компьютерного аса, и он невнятно пробормотал:
– Да в общем-то нет проблемы… Надеюсь.
Шарнек принялся за работу, на ходу поясняя свои действия. Сначала он убрал из файлов все данные, подлежащие сокрытию от «5-22», сбросил их на диск и сохранил на другом компьютере, не имеющем выхода в Интернет. Затем разместил перед файлом «Дело об изнасиловании и убийстве Майры Уэйнберг» на сервере полицейского управления программу, определяющую источник поступившего запроса, снабженную визуальным сигналом тревоги. Кроме того, в качестве дополнительной наживки создал субфайлы с провокационными названиями «Передвижения подозреваемых», «Криминалистическая экспертиза» и «Свидетели», на самом деле содержащие лишь общие сведения о результатах осмотров мест, где были совершены преступления. Теперь при любой попытке открыть их, взломав программу или двигаясь по официальным каналам, Шарнек немедленно узнает фактическое местонахождение чрезмерно любопытного незнакомца, а также имя его интернет-провайдера. Эти данные, в свою очередь, позволят ему тут же определить, кто изучает содержание файла: полицейский по служебной необходимости либо посторонний. В таком случае Шарнек известит Райма или Селлитто, а тот в срочном порядке направит по указанному адресу группу захвата из ПЧР. Еще компьютерщик вставил в файлы крупные блоки закодированной информации, состоящей в основном из открытых публикаций о «ССД» ю. Смысл этого состоял в том, чтобы вынудить преступника надолго застрять в системе, расшифровывая текст, и таким образом еще больше повысить вероятность его идентификации.
– Сколько тебе понадобится времени, чтобы закончить с этими делами?
– Минут пятнадцать-двадцать.
– Хорошо. А потом я хочу знать, можно ли проникнуть в их систему извне.
– «Крэкнуть» систему «ССД»?
– Ну да.
– Ничего себе! Да у них же тройная файерволовая защита «огненная стена».
– Вот и проверим.
– Так… То есть, насколько я понял, если убийца засел в «ССД», мне надо влезть к ним в систему без их ведома и согласия?
– Верно.
Шарнек помрачнел.
– Я, конечно, могу прощупать защиту…
– Значит, это не противозаконно?
– И да, и нет. Тестирование файерволов само по себе не преступление до тех пор, пока я фактически не вторгся в систему. Вот тогда поднимется жуткая шумиха в прессе, а нас всех упекут за решетку. – И добавил зловеще: – Или еще чего похуже.
– О'кей, первым делом мне нужна западня. Срочно!
Райм бросил взгляд на часы. Весть о цели прихода Сакс и Пуласки уже распространилась по «серой глыбе».
Шарнек вынул из висящей на плече сумки тяжелый переносной компьютер и поставил его на ближайший стол.
– А у вас, случайно, нет… А, спасибо!
В лабораторию вошел Том с кофейником и чашками на подносе.
– Как раз то, что нужно! Мне без молока, побольше сахара. Если у слабака слабость на компьютеры, его уже не исправить, даже если он коп. Лично я так и не взял себе в привычку спать по ночам.
Шарнек высыпал сахар в кофе, размешал и, не успел отойти Том, залпом выпил полчашки. Помощник Райма тут же долил
– Спасибо. Так, что у нас здесь? – Шарнек окинул взглядом рабочее место Купера. – Ой-ой-ой!
– Чего ой-ой-ой?
– Я смотрю, вы пользуетесь кабельным модемом с пропускной способностью в полтора мегабита? А вам известно, что в наше время уже производят мониторы с цветным изображением и существует такая вещь, как Интернет?
– Смешно, – буркнул Райм.
– Свяжитесь со мной, когда закончите расследование. Мы тут вам кое-что заменим, подстроим ЛВС, установим БЭ.
«Господи, о чем это он? БЭ, ЛВС, Чокнутый Эл…»
Шарнек надел затемненные очки, подсоединил кабели к портам своего компьютера и компьютера Райма и забарабанил пальцами по клавиатуре. Криминалист обратил внимание на то, что некоторые буквы на клавишах стерлись, в щели между ними забились какие-то крошки, на пульте образовалось жирное пятно.
Селлитто бросил на Райма красноречивый взгляд – мол, кого только не встретишь в нашей конторе.
Первым в кабинете Эндрю Стерлинга появился подтянутый, спортивного вида, мужчина средних лет с непроницаемым лицом. Сакс, по ее выражению, печенкой почуяла, что это бывший коп. Вслед за ним вошел типичный современный молодой менеджер – постоянно настороженный и очень похожий на светловолосого персонажа из ситуационной комедии «Фрейзер».
Сакс почти угадала относительно первого, только Том О'Дей отработал в свое время не копом, а федеральным агентом, а после ухода на пенсию возглавил службу безопасности «ССД». Второго звали Марк Уитком; в компании он занимал должность заместителя начальника исполнительно-правового отдела.
Стерлинг объяснил:
– Том и его парни из охраны обеспечивают нашу безопасность от посягательств извне. Отдел Марка следит, чтобы мы не навредили общественности. Нам приходится маневрировать на минном поле. Вы наверняка уже предварительно изучили нашу компанию и поняли, что «ССД» вынуждена учитывать в своей деятельности сотни федеральных и местных законов о праве на невмешательство в личную жизнь – Акт Грэмма-Лича-Блайли о незаконном использовании персональной информации на ложных основаниях; Акт о недискриминативной отчетности по кредитованию; Акт об ответственности за хранение врачебной тайны; Акт о защите приватности автомобилистов, а также множество законодательных норм штатов. Исполнительно-правовой отдел заботится о том, чтобы мы знали правила игры и не нарушали их.
Отлично, подумала Сакс. Эти двое лучше других сумеют распространить по компании новость о расследовании убийств и вызвать у «5-22» желание поскорее сунуть свой нос в западню, устроенную для него на сервере полицейского управления.
Марк Уитком вступил в разговор, продолжая с рассеянным видом рисовать каракули в своем желтом блокноте:
– Похоже, придется позаботиться еще и о том, чтобы содержание будущего фильма Майкла Мура о поставщиках информационных услуг не сосредотачивалось на нашей компании.
– Типун тебе на язык! – пошутил Стерлинг, хотя по его лицу было заметно, что встревожен он не на шутку. Потом обратился к Сакс: – Можно, я поделюсь с ними тем, что услышал от вас?
– О да, конечно.
Стерлинг сжато и доходчиво объяснил подчиненным суть дела, не упустив, однако, даже таких конкретных подробностей, как марки изделий, попавших в число вещественных доказательств.
По ходу рассказа Уитком все больше хмурился. О'Дей слушал молча, с серьезным выражением на лице. Сакс решила про себя, что эта сдержанность не только отпечаток долголетней службы в ФБР, но и персональная черта характера, присущая начальнику охраны.