Разбей мне сердце
Шрифт:
Его глаза, смотрят прямо сквозь меня, а волосы, скорее всего, каштанового цвета и кажутся спутанными. У него кольцо в носу и небольшая бородка.
Кто этот мужчина?
Он похож на привлекательную супермодель. А не на человека, который только что схватил меня за шею и сказал, что у меня есть месяц, чтобы отплатить ему за то, чего я даже не совершала.
Одна его рука, на которой нет татуировок, тянется к карману. Он достает свой мобильный, фотографирует меня и кладет его обратно.
Его янтарные миндалевидные глаза пристально
— Ты выглядишь иначе, чем Люси.
Мои светлые волосы не сочетаются с ее черными волосами. Мои широкие бедра тоже не сочетаются с ее узкой талией. Если поставить нас рядом, то единственное, что мы унаследовали от нашей матери, — это губы, и больше ничего. Мы обе похожи на наших отцов — разных отцов.
— Ты собираешься причинить мне боль? — спрашиваю я, умудряясь смотреть прямо в его янтарные глаза.
— Я же сказал тебе, пока нет, — его руки опущены по бокам, но когда я смотрю вниз, одна из них дергается. Я быстро отвожу взгляд и смотрю назад, где никого нет.
— Они за этой дверью, — его мрачный голос пронзает меня, когда я смотрю на красную дверь, которая могла бы обеспечить свободу. Но что толку, если он знает, кто я? Он делает несколько шагов, его губы у самого моего уха. — Ты могла бы убежать. Ты определенно могла бы сделать это еще веселее...
Я быстро оборачиваюсь, но он не отстраняется, вдыхая мой аромат. Мое тело замирает, когда стук в красную дверь заставляет его чуть отстраниться, чтобы больше не касаться моей шеи. Дрожь, которую я пыталась сдержать, пробежала по моему телу.
— Один месяц, — повторяет он.
— У меня нет таких денег, — отвечаю я, глядя на него.
— Не хочешь заключить сделку?
Черт возьми! Мой разум говорит мне «нет», беги и попытайся найти способ заработать деньги. Никогда не стоит заключать сделку с дьяволом. И все же, я здесь, киваю головой, потому что у меня пропал дар речи.
— Мне нужно услышать это от тебя, Теодора. Не хочешь ли ты заключить сделку, чтобы загладить вину за неблагоразумие своей сестры?
— Да, — пищу я.
Он делает шаг вперед, поднимает руку, и когда это происходит, я замечаю, как из-под его черного рукава выглядывает татуировка. Еще одна выглядывает из-под воротника на шее. Они у него по всему телу?
Он тянет за прядь моих светлых волос и пропускает ее между пальцами.
— Ты будешь принадлежать мне, пока не будет выплачен ее долг. Ты это понимаешь?
Киваю, кажется, это то, что у меня хорошо получается в данный момент.
— Твоя жизнь уже не будет прежней. Любая работа, которую ты будешь выполнять для меня, будет конфиденциальной. Ты понимаешь?
Я лихорадочно оглядываю пустую комнату.
— Теодора, это не сработает, если ты молчишь. Тебе это ничем не поможет, а меня разозлит.
— Да... — я икаю. — Я понимаю.
Он подходит к складному стулу, который является единственной вещью в комнате, и достает часы, затем надевает их
Зачем он их снял? Это все, о чем я могу думать.
Что он собирался со мной сделать?
— Моя сестра.
— Жива, — говорит он, успокаивая меня. — Пока, — затем он проходит мимо, задевая мою руку, и уходит, оставляя меня стоять в холодной, пустой, зацементированной комнате. Он тянется к красной двери и открывает ее, впуская свет. И тут я вижу двух парней, которые стоят там и ждут. Оба смотрят на меня, потом на него, когда он что-то говорит им, и они уходят.
Он оборачивается, и эти глаза, которые, я уверена, будут преследовать меня всю ночь, смотрят прямо на меня.
— Спокойной ночи, Теодора Фитцджеральд с Тэтчер Лэйн.
Мои глаза расширяются от его слов — он знает мой адрес, — прежде чем он ухмыляется и поворачивается, позволяя красной двери захлопнуться за ним.
Как только дверь закрывается, я падаю на холодный пол, и слезы, которые я сдерживала, проливаются, оставляя тяжесть на душе.
Люси.
Что ты наделала?
Глава 2
Атлас
Голубые, как океан, глаза — это единственная причина, по которой я не убил ее, эти чертовы голубые, как океан, глаза. Ни одна женщина никогда не мешала мне делать то, что я должен. Именно так я стал тем, кто я есть. Вот почему я так хорош в своем деле. Никто не смеет переступать через меня, и мой бизнес процветает благодаря всему, к чему я приложил руку.
Мы сидим перед моим зданием и ждем. Из-за тонировки стекол машины никто ничего не видит, а даже если бы и увидел, Теодора все равно понятия не имеет, в какой машине она приехала.
Солнце уже село, когда она вышла. Небо стало темным и зловещим, что я нахожу уместным. Когда она вышла, обхватив себя руками, юбка, которая на ней надета — слишком короткая — кажется, задралась немного выше, чем раньше. Ее губы дрожат от холода, и какие же они, черт возьми, красивые. Она опускает взгляд и тянется за своим мобильным; один из моих парней оставил его ей, чтобы она могла добраться домой. Я не могу допустить, чтобы с ней что-нибудь случилось, у меня на нее есть планы.
Она стоит, сжимая в руке сотовый, оглядываясь по сторонам. Это не оживленный район, но вдоль тротуара и на нескольких близлежащих стоянках припарковано несколько машин. Я наблюдаю, как ее взгляд приближается к той, где мы находимся. Она как будто чувствует меня, и это заставляет улыбнуться. Мгновение она не двигается, просто смотрит на машину, потом опускает взгляд на свой сотовый, скорее всего, вызывая Uber.
— Нам подождать, сэр? — спрашивает Гарри.
— Да, — отвечаю я без колебаний. — Езжай за ней.