Рассвет
Шрифт:
Или это дрожал Джейкоб? Подойдя ближе, я увидела, что у него трясутся руки. Однако, несмотря на явную тревогу, лицо у моего друга было умиротворенное, как никогда.
— Джейк… все нормально, — сказала я. Мне было страшно видеть Ренесми в его дрожащих руках, но я старалась не терять спокойствия.
Он нахмурил лоб и прищурился — вероятно, ему тоже стало страшно, когда он представил Ренесми в моих руках.
Малышка нетерпеливо захныкала и вновь потянулась ко мне, сжимая и разжимая
В эту секунду у меня внутри что-то щелкнуло и встало на место. Ее плач, знакомые глаза, нетерпение, с каким она ждала нашей встречи — все это сплелось в удивительно естественную и понятную картину. Ренесми вдруг стала для меня настоящей. Конечно же, я ее знаю! Нет ничего сверхъестественного в том, что сейчас я сделаю маленький шаг вперед, положу руки туда, где они должны быть, и ласково прижму к себе дочь.
Джейкоб вытянул руки, чтобы я могла прижать Ренесми к груди, но сам ее не выпустил. Когда мы соприкоснулись, он вздрогнул. Кожа Джейка, всегда такая теплая, сейчас показалась мне открытым пламенем. Ренесми была всего на пару градусов прохладнее.
Дочка будто и не заметила, какая я холодная. Наверное, привыкла.
Она подняла на меня глазки и опять улыбнулась, показав ровные зубы и ямочки на щеках. А потом вполне осознанно потянулась к моему лицу.
Все руки, сдерживающие меня, напряглись.
Я задохнулась, ошарашенная и напуганная странной тревожной картиной, возникшей у меня в голове. Она была похожа на очень яркое воспоминание, потому что мои глаза одновременно видели все, что происходит вокруг. Однако образ был совершенно незнакомый. Я поглядела сквозь него на личико Ренесми — она словно чего-то ждала, — пытаясь понять, что происходит, и не потерять при этом самообладание.
Картинка была не только страшной и незнакомой, но и какой-то неправильной — я увидела в ней собственное лицо, свое прежнее лицо, будто бы перевернутое… Вскоре я сообразила, что вижу не привычное отражение в зеркале, а себя со стороны.
Лицо было искажено гримасой боли, покрыто кровью и потом, однако на губах играла восхищенная улыбка; несмотря на глубокие темные круги, глаза сияли любовью. Картинка увеличилась, лицо приблизилось к невидимой точке обзора, и затем все исчезло.
Ренесми уронила руку и улыбнулась еще шире, вновь показав мне ямочки.
В комнате царила полная тишина, если не считать двух сердцебиений. Дышали тоже лишь Джейкоб и Ренесми. Все молчали, будто дожидаясь, пока я заговорю.
— Что… что это было? — с трудом выдавила я.
— А что ты увидела? — с любопытством спросила Розали, выглядывая из-за спины Джейкоба, — я бы предпочла, чтобы его тут не было. — Что она тебе показала?
— Она показала? — шепнула я.
— Я же говорил, это трудно объяснить, — произнес Эдвард
— Так что ты видела? — спросил Джейкоб.
Я изумленно поморгала.
— Ну… себя. Вроде бы. Только выглядела я ужасно.
— Это ее единственное воспоминание о тебе, — пояснил Эдвард. Несомненно, он увидел ту же картинку в голове у Ренесми, поэтому так сжался и охрип. — Она хочет сказать, что помнит тебя.
— Каким образом…
Ренесми будто не было дела до моих испуганных и удивленных глаз. Она улыбалась и теребила мои волосы.
— А как я читаю мысли? Как Элис видит будущее? — задал Эдвард риторический вопрос и пожал плечами. — Это дар.
— Очень интересно! — сказал ему Карлайл. — Ее способность прямо противоположна твоей.
— В самом деле, — кивнул Эдвард. — Может…
Я поняла, что сейчас они начнут строить догадки, и перестала слушать. Передо мной было самое прекрасное лицо на свете. Горячая кожа напоминала о том миге, когда мной почти завладела чернота, когда в мире не осталось ничего, за что я могла бы уцепиться. Ничего, что вытащило бы меня из сокрушительной тьмы. О миге, когда я вспомнила про Ренесми и обрела то, что никогда бы не отпустила.
— Я тоже тебя помню, — тихо шепнула я.
Казалось вполне естественным наклониться и прильнуть губами к ее лбу. Ренесми чудесно пахла. От аромата ее кожи у меня в горле вспыхнуло пламя, но на него было легко не обращать внимания. Оно не лишило этого мига особой прелести. Ренесми — настоящая, и я ее знаю. Именно за нее я боролась с самого начала. Моя маленькая непоседа. Она тоже любила меня, даже когда была еще внутри. Так похожая на Эдварда, безупречно красивая. И так похожая на меня — удивительно, это не делало ее хуже в моих глазах, только лучше.
Я с самого начала была права. За Ренесми стоило бороться.
— Все хорошо, — прошептала Элис, видимо, Джасперу. Я чувствовала, как они замерли, еще не полностью мне доверяя.
— Может, хватит экспериментов на сегодня? — спросил Джейкоб. От напряжения его голос звучал выше обычного. — Да, Белла молодец, но давайте не будем испытывать судьбу.
Я посмотрела на него с неподдельным раздражением. Джаспер тревожно переступил с ноги на ногу. Мы так столпились, что чувствовали малейшие движения друг друга.
— Да что с тобой такое, Джейкоб?! — Я легонько потянула на себя Ренесми. Он не выпустил ее, а только шагнул ближе. Мы почти прижались друг к другу, Ренесми касалась его и моей груди.
Эдвард зашипел на Джейкоба.
— Я, конечно, все понимаю, но это не помешает мне вышвырнуть тебя из дома! Белла отлично держится, не порть ей радостную минуту.
— А я ему помогу, — злобно пригрозила Розали. — С меня еще пинок под дых причитается.
Ну, хоть в их отношениях ничего не изменилось!