Рассвет
Шрифт:
Пока я тащился по лужайке, в доме раздались голоса.
— Куда ты? — спросила Белла.
— Забыл кое-что сказать.
— Дай ему выспаться, потом поговорите.
Да, пожалуйста, дайте мне выспаться!
— Я ненадолго.
Я медленно обернулся. Эдвард уже вышел из дома и шагал ко мне, лицо у него было виноватое.
— Ну что еще?!
— Извини, — сказал он и помедлил, словно не мог подобрать слов.
Что у тебя на уме, чтец мыслей?
— Когда ты разговаривал с посланниками Сэма, —
— Слушай, охранять мы вас не перестанем. Вы можете не доверять Сэму, но мы в любом случае будем начеку.
— Нет, нет, Джейкоб, мы вам полностью доверяем. Эсми очень волнуется, что из-за нас вы терпите столько лишений. Она просила с тобой поговорить.
Его слова застали меня врасплох.
— Лишений?
— Ну… вы теперь бездомные. Это ее огорчает.
Я фыркнул. Вот тебе раз — вампирская мамочка-наседка!
— Передай ей, что мы крепкие, выдюжим.
— И все же Эсми хочет помочь, чем может. Я правильно понял, что Ли не любит есть, как волк?
— Ну.
— У нас в доме есть нормальная еда, Джейкоб. Для прикрытия, ну и для Беллы, конечно. Пусть Ли ест, что хочет, и вы с Сетом тоже.
— Хорошо, я передам.
— Ли нас ненавидит.
— И?
— Постарайся сказать это так, чтобы она хотя бы подумала.
— Постараюсь.
— И еще… насчет одежды.
Я посмотрел на свои шмотки.
— Ах да. Спасибо. — Я решил не упоминать, как они воняют — из вежливости.
Эдвард улыбнулся.
— В общем, нам нетрудно давать вам вещи. Элис редко позволяет себе надеть одну тряпку дважды, так что у нас целый склад одежды, которую давно пора раздать. У Ли и Эсми вроде один размер…
— Не знаю, как Ли отнесется к подачкам от вампиров. Она не так практична, как я.
— Надеюсь, ты представишь ей наше предложение в наилучшем свете. Мы готовы дать вам все, что нужно, включая транспорт. И душ, раз уж спать вам нравится на улице. Пожалуйста… не думайте, что теперь вы лишены домашних удобств.
Последние слова он произнес мягко — не просто тихо, а с намеком на чувство.
Я уставился на него, сонно моргая.
— Ну… э-э… спасибо. Скажи Эсми, что мы… э-э… ценим ее заботу. Но граница несколько раз проходит через реку, так что с купанием проблем нет, спасибо.
— Неважно, главное, передай своим наше предложение.
— Конечно, конечно.
Я отвернулся и тут же замер как вкопанный, услышав громкий мучительный вопль из дома. Когда я снова обернулся к Эдварду, его уже не было.
Что на этот раз?!
Я потащился за ним, волоча ноги, словно зомби. При этом соображал я примерно так же. Но выбора не было: что-то случилось, и я должен узнать что. Конечно, я все равно не смогу помочь, и от этого мне станет еще хуже.
Только деваться-то некуда.
Я снова вошел в дом. Белла задыхалась, свернувшись клубком вокруг своего огромного живота. Розали ее обнимала, а Эдвард,
— Подожди секунду, Карлайл, — выдавила Белла.
— Я слышал треск, — взволнованно сказал врач. — Надо тебя осмотреть.
— Спорим, — хрип, — это ребро. Ох. Вот тут. — Белла указала на свой левый бок, не прикасаясь к нему.
Так, теперь эта тварь ломает ей кости)
— Надо сделать рентген. Могут быть осколки, вдруг они что-нибудь проткнут.
Белла перевела дыхание.
— Хорошо.
Розали осторожно подняла Беллу на руки. Эдвард хотел помочь, но белобрысая оскалилась и зарычала:
— Я сама!
Итак, Белла окрепла, но тварь в ее чреве тоже. Ребенок умирает от голода вместе с матерью и с ней же здоровеет. В любом случае, ничего хорошего.
Розали быстро унесла Беллу наверх, Карлайл и Эдвард умчались следом. Никто даже не заметил меня, оцепеневшего в дверях.
У них тут не только холодильник с кровью есть, но и рентген? Видать, док взял всю свою работу домой.
Я слишком устал, чтобы идти наверх, даже пошевелиться сил не было. Я прислонился к косяку и сполз по нему на пол. Входная дверь была еще открыта, и я повернулся к ней лицом, жадно вдыхая свежий воздух. Прислушался.
— Дать подушку? — предложила Элис.
— Не надо, — пробормотал я. Что за назойливое гостеприимство? Аж жуть берет.
— Тебе не очень-то удобно.
— Совсем неудобно.
— Тогда почему не уйдешь?
— Устал. А ты почему не со всеми? — поинтересовался я.
— Голова болит.
Я повернулся к ней. Элис была совсем крошечная, с мою руку, наверное. Сейчас она вся съежилась и стала еще меньше.
— У вампиров бывает головная боль?
— У нормальных — нет.
Ха! Нормальные вампиры, скажет тоже.
— Почему ты никогда не сидишь с Беллой? — спросил я с упреком. Раньше это не приходило мне в голову — она была забита другим мусором, но теперь до меня дошло, что я ни разу не видел Элис рядом с Беллой. Если бы за ней ухаживала она, может, Розали бы угомонилась. — Вы ведь подружки не разлей вода. — Я сцепил вместе два указательных пальца.
— Говорю же, — она свернулась на полу в нескольких метрах от меня, обхватив тонкими руками костлявые коленки, — голова болит.
— Из-за Беллы?
— Да.
Я нахмурился. Мне сейчас было не до загадок. Я снова перекатил голову по стене в сторону свежего воздуха и закрыл глаза.
— Ну, не совсем из-за Беллы, — уточнила Элис. — Из-за… плода.
О, еще одна единомышленница объявилась! Последнее слово она произнесла нехотя, как Эдвард.
— Я его не вижу, — сказала Элис, обращаясь не пойми к кому: я-то, по ее мнению, уже отключился. — Совсем ничего про него не вижу. Как про тебя.