Расстрельщик
Шрифт:
– Я тебя впущу только в первый уровень, ты уж прости. И так против правил иду. Остальное все засекречено. Так что чтоб без обид.
– Да ну что ты! – успокоил его Корнеев.
Свечин напрасно извинялся. В его досье скопилось столько информации, что при беглом просмотре стало ясно – полностью за один раз не осилить. Но все и не было нужно. Только самое основное. Сливки, как любил говорить Христич.
Полутягов Андрей Андреевич. Председатель правления банка «Финторг». Родился, женился, не привлекался –
Яншин Александр Борисович. Директор фирмы «Дельта плюс». Фирма приобрела контрольный пакет акций Бородянского завода спецсплавов, девяносто процентов продукции завода поставляется за рубеж. Контрольный пакет акций фирмы «Дельта плюс» принадлежит «Росэкспорту». Значит, и сам завод принадлежит «Росэкспорту», цепочка прослеживается без труда.
Альметьев Николай Филимонович. Директор научного центра «Грант». Единственный вид деятельности «Гранта» – финансовая поддержка ряда научных коллективов и ученых. Центр финансируется «Росэкспортом». Вот с Альметьевым было не очень понятно. И Молотов про него сказал: «Может быть, убьют». «Может быть» – у него еще оставались сомнения. Значит, Альметьев как-то выбивается из общего ряда.
Изучив материалы досье, Корнеев отправился к Свечину.
– Спасибо, ты меня выручил.
– Не надо благодарить.
Свечин смотрел сочувствующе. Наверное, происходящее в «Росэкспорте» было чуть ли не его личной трагедией.
– Эти люди – Полутягов, Яншин, Альметьев – они тоже клиенты «Вальтера»?
– Мы обслуживаем всех, кто входит в связку с «Росэкспортом». Так еще при Базылеве сложилось.
– И дальше будете ими заниматься?
– В общем, да, – почему-то потупившись, сказал Свечин.
– Но «Росэкспорт» практически разрушен, – напомнил Корнеев.
– Это всех подкосило, – согласился Свечин. – Но кое-что осталось. Полутягов работает, Яншин работает.
– А Альметьев?
Свечин взглянул на Корнеева с некоторым недоумением.
– Альметьев тоже работает, конечно, но он-то здесь при чем?
При чем здесь Альметьев, Корнеев и сам узнал бы с удовольствием.
– Я тут не во всем разобрался, – признался Корнеев. – Чем занимается альметьевский центр «Грант»?
– Они выплачивают какие-то суммы ученым мужам.
– А смысл?
– Не знаю подробностей, но мне представляется так: финансируют только тех, кто обладает «конвертируемыми мозгами». Ты понимаешь, о чем я говорю?
– Нет.
– Есть разработки, которые можно продать на Запад. Чистая валюта. Но ученые не могут довести исследования до конца – финансирования никакого, люди зарплату не получают месяцами. Тогда
– А ученые?
– Они получают процент от продаж их разработок.
– Но это же прямой ущерб!
– Кому ущерб? – не понял Свечин.
– Государству! Они продают то, что нужно государству!
– Государству это не нужно, Вадим. Было бы нужно – финансировали бы.
Логика в его словах просматривалась. Но эту логику Корнеев не мог принять.
– Ну ладно, забыли! – буркнул он.
Альметьев действительно получался как-то сбоку. Прав был покойный Молотов!
И тут Корнеев поймал брошенный искоса взгляд Свечина. И прочитал в нем затаенные ярость и страх. Странное сочетание. Корнеев не мог понять, что происходит. Одна догадка мелькнула, но показалась слишком невероятной.
– Теперь вот еще что мне скажи, – попросил Корнеев. – Предположим, нет Полутягова, нет Яншина. Что тогда? Крах всей этой компании?
У Свечина вытянулось лицо.
– Может, и так, – пробормотал он.
И Корнеев еще сомневался! Конечно, Свечин все знал! Не мог не знать. «Росэкспорт» – его подопечные. Ничто из того, что там творится, не может пройти мимо него.
– Тебе все известно? – спросил Корнеев.
– Что именно? – ответил вопросом на вопрос Свечин, а у самого предательски задрожали губы.
– Известно, кто Молотова завалил?
Свечин поднял голову и наконец выплеснул на Корнеева свой страх и ярость коротким словом:
– Да!
Вот что было в его глазах. Он все знал. Хотя Корнееву сначала в это не поверилось, но именно так и обстояло дело.
– Я его и завалил, – уточнил Корнеев, чтобы не оставалось никаких сомнений.
А Свечин уже опустил глаза и негромко произнес:
– С ужасом вспоминаю тот день, когда встретил тебя там, на Кузнецком.
Это – о той встрече, год назад. Случайно столкнулись на Кузнецком, и Свечин предложил Корнееву работать у него. Теперь жалеет о своей оплошности. Да поздно уже.
– Ты на мой вопрос не ответил, – сказал жестко Корнеев – теперь уже мог не таиться. – Если их обоих завалить – и Полутягова, и Яншина, да еще в виде довеска добавить Альметьева – все развалится?
– Да, – с трудом проговорил Свечин.
Корнеев хотел потрепать его по плечу, но почему-то не посмел. Только спросил:
– Почему же ты согласился дать мне информацию, если заранее знал, что я, именно я Молотова убил?
– Потому что боюсь, – ответил Свечин, пряча глаза. – Боюсь, что лицензию у меня отберут, боюсь, что молотовские ребята убьют в отместку, боюсь, что убьют ваши…
– Молотовские-то знают, что я к ним из твоего агентства пришел, – напомнил Корнеев, – но пока тебя не трогают.