Расстрельщик

Убийство Корнееву предстояло совершить во второй половине дня, поэтому с утра он еще успел сводить сынишку в зоопарк. Давно обещал, да все никак не складывалось. Димка был на седьмом небе от счастья, потому что совместные с отцом прогулки случались очень и очень редко. В зоопарке они долго не задержались ни у клетки со слоном, ни возле белого медведя, и даже к проказливым обезьянам Димка почти не проявил интереса. Он любил наблюдать за кенгуру. Еще совсем маленьким увидел кенгуренка, выглядывающего из

мохнатой сумки мамы-кенгуру, и с тех пор не было для него зверя любимее. Каждый раз, придя в зоопарк, тянул взрослых к знакомому вольеру – и сегодняшний день не был исключением.

– Па! – сказал Димка. – Кенгуреночка нет!

Он выглядел разочарованным.

– Еще не родился, – пояснил Корнеев.

– А когда родится?

– Понятия не имею, – честно признался Корнеев. – Им, зверям, виднее.

Он посмотрел на часы. Десять сорок пять. Через час и десять минут в Шереметьево должен приземлиться самолет. В нем прилетит человек, которого должен убить Корнеев.

– Дим, мороженого хочешь?

– Конечно, хочу.

Они отстояли внушительную очередь и взяли две порции – одно кофейное и одно абрикосовое. Дима любил абрикосовое. А Корнеев его терпеть не мог.

– Я бы еще на кенгуру посмотрел, – попросил сын.

– Что ж, пойдем.

Сегодня был его день. Может выбирать все, что заблагорассудится.

– А завтра придем?

– Нет.

– Почему?

– У меня работа, – спокойно объяснил Корнеев. – Понедельник. Мне – на работу, тебе – в школу. Ты уроки, кстати, выучил?

– Да!

Поспешный ответ и честный взгляд. Излишне честный. Корнеев вздохнул.

– Я проверю, – пообещал он. – Сегодня вечером.

Сын пожал плечами с равнодушием взрослого человека. Артист!

Постояли у вольера с кенгуру.

– Мы можем прийти в следующий выходной, – задумчиво сказал Димка. – Вдруг уже родится кенгуренок?

В кармане у Корнеева запищал пейджер, и он выхватил пластиковую коробочку с поспешностью человека, давно ждавшего этого момента. На дисплее было коротенькое сообщение, всего два слова: «Я приехал». Это означало, что тот человекприбыл. Его отслеживали от самого трапа самолета.

– Пора! – сказал Корнеев.

– Па-а-а! – заканючил Димка.

– Пора! – повторил Корнеев.

Он сейчас ясно представлял себе, как там разворачиваются события. Того человекаждала машина – темно-синий «Мерседес». Он уже движется к Москве. Хотя человек только что прилетел, двое суток отсутствовал дома, однако первым делом заедет в офис. Никаких сомнений, что все будет именно так. За ним следили последние два месяца и знали все его повадки. В офисе он пробудет очень долго, разбирая накопившиеся за два дня дела, и уедет оттуда, когда на город опустятся сумерки. Сам поедет в «Мерседесе», а за ним неотступно будет следовать джип с охраной. У дома на Рублевском шоссе охранники выйдут из машины первыми, осмотрят прилегающую территорию и подъезд, после чего тот

человекступит на асфальт, чтобы преодолеть несколько метров, отделяющих его от входа в дом. Все то время охранники будут с настороженностью цепных псов оглядываться по сторонам, стараясь предупредить возможную попытку покушения. Люди, готовившие акцию, специально отмечали высокий профессионализм охранников. Общее мнение было – близко к хозяину они никого не подпустят. Именно поэтому избрали такой способ убийства, который позволял не приближаться к жертве вплотную.

Снова запищал пейджер. «Буду в офисе». Значит, тот человекна месте.

– Это с работы, да? – осведомился Дима. – Или мама?

– С работы, – буркнул Корнеев и быстро спрятал пейджер в карман.

Он почти не волновался, только похолодели кончики пальцев – такое с ним бывало всегда, когда до акции оставалось совсем немного времени.

Дома их, как оказалось, не ждали. Рита, жена, очень удивилась:

– Так быстро?

– Вызывают на работу, – коротко пояснил Корнеев.

– Незаменимый ты мой, – с чувством сказала Рита и поцеловала мужа.

Получилось совсем не обидно.

– Я недолго, – пообещал Корнеев.

– Уж я знаю.

– Честное слово!

– Вот только не клянись здоровьем.

– Чьим?

– Моим.

– Хорошо, – покорно согласился Корнеев.

– И не Димкиным! – поспешно добавила Рита. – И своим не надо.

Рита обняла мужа.

– Ты мне дорог, – заявила она.

– Как супруг?

– Как человек. Как человечище.

– Ну тогда покорми.

– Непременно!

Рита ушла на кухню и загремела кастрюлями. Корнеев отправился следом за ней, сел на стул. Он не успел среагировать – сменить выражение лица, когда Рита обернулась, и она его таким и увидела – лицо у него было нехорошее.

– Что такое? – спросила обеспокоенно.

– Ничего, – вяло отозвался Корнеев.

– На работе неприятности?

– Нет, там все тип-топ! – торопливо успокоил Корнеев. – Просто устал, наверное.

– Тебе бы уйти оттуда.

– Это еще почему?

– Устаешь сильно.

– Вовсе нет.

– Я же вижу!

– Ну куда я пойду? – пожал плечами Корнеев. – Здесь хоть зарплата нормальная, да и работа тихая, мне нравится.

– Ты от этой тихой работы уже сам не свой, – возразила Рита. – Оно только кажется, что бумажка туда, бумажка сюда – и ничего сложного. На такой вот бумажной работе люди депрессивные психозы себе и наживают.

– Мне до этого далеко.

– Как знать! – усомнилась Рита.

Было видно, что недовольна. Но Корнеев на нее сейчас нисколько не сердился, напротив – был даже благодарен. Этот тягучий и в любой другой день неприятный разговор сейчас служил спасительной отдушиной. Хорошо хоть немного отвлечься.

– Ешь, – сказала Рита и придвинула тарелку. – Ты бы поговорил с Захаровым.

– О чем?

– О работе. У них тоже, кажется, неплохо платят…