Расстрельщик
Шрифт:
Глава 32
Через некоторое время вошел еще один человек. Бросил короткую неразборчивую фразу стерегущим Корнеева людям, после чего те в две секунды распластали его у стены и обыскали, так что Корнеев даже опомниться не успел. Конечно, они не обнаружили ничего интересного. Корнеев хотел съязвить по этому поводу, но не довелось – один из стражей ударил его по почкам. У Корнеева подломились ноги, и он упал.
– Так ты засланец, оказывается, – раздался насмешливый и как бы с ноткой осуждения
Корнеев открыл глаза. Над ним возвышались парни, а ближе всех, сунув руки в карманы брюк, стоял Молотов. Он смотрел с прищуром, и его взгляд не сулил ничего хорошего.
– Не понимаю, о чем вы говорите, – огрызнулся Корнеев.
Он приподнялся и сел на полу, хотел было встать, но один из парней шагнул вперед, явно намереваясь ударом ноги повалить Корнеева. Молотов дернул плечом – не надо, мол, пока, парень остановился в полушаге, и Корнеев остался сидеть, поняв, что встать ему не дадут.
– А тебе и не надо ничего понимать, – сказал Молотов. Подумал и добавил: – Ни к чему тебе это. – Еще подумал, после чего спросил: – Откуда ты, мил человек? Кто у тебя хозяин?
– Никто. На сегодняшний день я – безработный.
– Ну, это я уже слышал.
– Я правду говорю!
– И про Антипаюту?
Далась ему эта Антипаюта! Корнеев болезненно поморщился.
– Это выдумка, конечно, – признал он. – Хотел скрыть место прежней работы. Уж лучше бы этого не делал.
– Точно! – согласился Молотов. – Тут ты оплошал. Но теперь уж поздно. Надо было раньше думать, когда тебе только предлагали сюда внедриться, а ты, дурак, отказался.
– Никто мне не предлагал внедряться! – крикнул Корнеев.
Молотов кивнул одному из парней. Тот достал из кобуры пистолет и приставил ко лбу Корнеева. Металл был обжигающе холоден.
– Это у вас тестирование новичков так происходит? – заставил себя усмехнуться Корнеев. – Слышал про такие штучки, но сам с подобным сталкиваюсь в первый раз.
– И в последний, – подсказал Молотов. – У тебя выбор: или ты рассказываешь все, или – пуля.
Только говорилось, что есть выбор. Корнеев знал, что на самом деле выбора нет. И поэтому сказал так, как единственно мог сказать:
– Ну что вы за идиоты, в самом деле! Проверьте же меня, наведите справки! Да, я работал в ФАПСИ, а в Антипаюту ездил только в командировку! Но это еще не повод меня мордовать!
Молотов по-прежнему возвышался над ним. И все так же держал руки в карманах.
– Ты так сильно хочешь работать у нас, да?
– Теперь уже не хочу! – зло ответил Корнеев.
– А от твоего желания уже ничего не зависит, – разъяснил Молотов.
Развернулся и стремительно вышел из кабинета.
Глава 33
Через четверть часа Корнеева вывели из здания и втолкнули на заднее сиденье стоящего у самого входа автомобиля. По бокам сели охранники,
Выехали в переулок, перед поворотом на проспект остановились. Здание напротив высилось серой скалой. Все-таки если стрелять от здания из гранатомета, прикинул Корнеев, то все должно получиться очень неплохо. В здание не пустят, там режимное учреждение, как говорил капитан. Но можно подогнать фургон, машины-то на той стороне стоят – и ничего. Знака там нет, знак на этой стороне.
Они как раз выехали на проспект. Вот он, знак. А вон гаишник. Обернулся и проводил машину долгим и внимательным взглядом.
– Далеко едем? – осведомился Корнеев.
Захаров сначала молчал, потом коротко ответил:
– Недалеко.
– Надеюсь, не за город, – высказал предположение Корнеев. – За город я не поеду.
За город – означало умирать. Захаров ничего не сказал. Смотрел прямо перед собой, на дорогу. Корнеев видел, как у него на виске пульсирует жилка.
Действительно, это оказалось не так уж далеко. По крайней мере, не за городом. Проходная какого-то завода, задымленные и кажущиеся безжизненными корпуса, проржавевшие подъездные пути, грязный пес с подбитой задней лапой ковыляет, ни к чему не проявляя интереса. В узком проходе между двумя корпусами машина остановилась. Корнеева завели в цех. Здесь было пустынно. Шаги отдавались гулким эхом. Станки, похоже, не работали уже несколько лет.
Захаров шагал впереди, показывая дорогу. Прошли цех из конца в конец, спустились вниз, в подвал. Здесь тускло светились лампы и пахло сыростью. Корнеев подумал, что напрасно позволил завести себя в подвал. Там, наверху, у него все-таки был шанс вырваться. Захаров толкнул одну из дверей, за которой, к великому удивлению Корнеева, обнаружился Молотов и еще какие-то люди.
– Приехали, Александр Тихонович, – доложил Захаров.
– Давай его сюда.
Корнеева подтолкнули вперед, люди у стены расступились, и Корнеев увидел сидящего на полу человека. Он был в жутком состоянии, его, похоже, сильно били. Корнеев именно так всегда представлял себе подпольщиков, попавших в застенки гестапо.
– Хорош? – осведомился подошедший сзади Молотов.
Корнеев промолчал.
– Последний раз перед тем, как мы начнем, я тебя спрашиваю: ты чей?
– Это ошибка! – пробормотал Корнеев.
Он демонстрировал испуг, на самом деле пытаясь выиграть время, еще хотя бы несколько секунд.
– Значит, ты за нас? – уточнил Молотов.
– А вы как думаете? – огрызнулся Корнеев.
– Вот сейчас и посмотрим.
Молотов махнул рукой. Один из присутствующих протянул Корнееву пистолет, рукояткой вперед. Это было неожиданно и непонятно. Корнеев смотрел на предлагаемое ему оружие и ничего не предпринимал.