Рассказы
Шрифт:
Мать понимающе кивнула:
– Он не пьет, не курит.
– Знаю. Высоконравственный человек.
– В церкви-то, пожалуй, большие труды понадобятся.
– В церкви-то? Конечно. – Священник ответил, нажимая на "о". И повторил. – Конечно. – И зажурчал веселым смешком. Увидев удивленные глаза женщины, тут же серьезно пояснил. – Красота нужна. Духовность воспитывает…
Из спальни выпорхнула Наташа, став необычайно красивой в новом платье. Священник поднялся и насупился, поправил большой тусклый крест на груди.
– Встаньте
Наташа встали рядышком, переглядываясь и улыбаясь – скуластая Натка чуть угрюмо, а Сашка отчаянно, поп спросил. – А никаких мужчин поблизости сейчас нету?
– Нету!.. – огорченно откликнулась мама. – А надо?
– Надо. Конечно, в нашем бывшем Советском Союзе и женщина как мужчина… по трудам своим… но все же… – И странный поп поманил
Антошу. – Ты давай, встань слева от сестры. Кого бы еще позвать… И в соседях нет?
Сашка хмыкнул, глянул на мать Наташи.
– Можно Никитку. Дурень, но если помолчит…
– А что с ним? – спросил поп.
Сашка подмигнул Антоше, и Антоша не удержался:
– Свиной язык вареный сунул в рот, высунул кончик, две иголки воткнул… мамка его в обморок.
Священник закашлялся – его, наверно, душил смех. Действительно смешно. Однако насупившись, важный гость попросил:
– Позови его, сын мой.
И Антошу назвал сыном. Так у них, у церковных деятелей, принято. И все же странного, странного священника нашел Сашка для венчания.
Очень уж молодой. Но ведь и времена новые. Говорят, даже по интернету венчаются. А кто венчает – и не узнаешь.
Антоша сбегал к соседям – Никитка сидел дома и с полу смотрел
"мультик". Зевая и спотыкаясь в разболтанных тапочках, он поплелся за Антошей.
Негромко объяснив ему задачу, священник поднял икону и, осенив ею
Наташу, торжественно вопросил:
– Раба Божия Наталия, согласна ли ты стать женой раба Божьего
Александра, помогать ему в горестях и болезнях до самого смертного часа?
Помедлив, побледнев, Натка тихо ответила:
– Да.
Осенив иконой Сашку, священник спросил:
– Раб Божий Александр, согласен ли ты взять в жены рабу Божию
Наталию, быть ей верным супругом и помощником во всех делах житейских, в горестях и болезнях до самого смертного часа?
– Ага, – как-то по детски ответил Сашка. – Ну.
– Целуйте! – произнес священник, и Наталья с Сашкой по очереди приложились к иконе, на которой Антоша никак не мог толком сбоку разглядеть, что изображено, какой-то суровый лик на черном. – Итак, именем Господа нашего объявляю вас мужем и женой.
Мать, утирая слезы, подошла к дочери.
– Поздравляю доченька… – обняла ее, затряслась. Потом смятенно поникла перед Сашкой. – Ты уж береги ее..
– А то! – Сашка весело поцеловал Наташу в щеку. Торопясь, проговорил. – По настоящему на свадьбе, бегу договариваться в ресторане,
Мать с дочерью не нашлись, что сказать.
– Наверно, на пятницу, – ответил сам себе жених, счастливо смеясь и глядя на наручные часики. – Я позвоню…
И они со священником поспешили из квартиры, Сашка весь в белом, как трудящийся дневной ангел, а поп в черном, как ангел сладострастных ночей… Между прочим, даже имени своего не назвал, не представился.
Важный какой.
Прошла неделя – Сашка все не появлялся.
Мать вечером после работы спрашивала у дочери:
– Еще не решили, когда?
А Натка в ответ, пожимая плечами, смеялась.
– Зарабатывает!
В самом деле, свадьба свадьбой, а куда потом идти молодоженам?
Сашка обитает со своей матерью на окраине, в "полуторке", так называется квартира маленькая, с проходной узкой комнаткой. И конечно же, стеснять родительницу не хочет. А устраиваться в двухкомнатной квартире Калабутиных – да никогда! Он гордый. Натка сказала, что он заявил:
– Жених должен вести невесту к себе, а не на ее территорию.
Но чтобы заработать на новую квартиру, это сколько же надо потрудиться по чужим квартирам и дачам?! Говорят, нынче стоимость двухкомнатной больше полумиллиона. Может быть, Сашка снимет в аренду чужую пустующую квартиру, если не терпится связать судьбу свою и Натки.
Кто бы объяснил их планы. Но Сашка словно исчез из города, только иногда звонит невесте, видимо, смешит, потому что она, разговаривая с ним, хохочет, как дура, даже попрыгивает, как коза. Сашка очень остроумный. Хоть бы пересказала сестра братцу, о чем они говорили.
Но после разговора Натка сразу же утыкается в учебники – собралась поступать в университет.
Главное, что они с Сашкой повенчаны. Это имеет огромное значение, если, конечно, бог есть.
Однажды Антоша вышел за кефиром по приказу мамы и увидел знакомого священника. Да, это он, веселенький молодой поп, ехал в серебристой машине "Lexus", рядом с ним откинулась на спинку сиденья кудрявая, как пудель, девица в красном и курила, а он хохотал, и в одежде был совсем не церковной.
И никакой бороды – сбрил ее священник. Видимо, плохо растет, чего уж позориться.
А через пару дней, когда Антоша играл с пацанами во дворе в футбол, во двор вкатилась та самая иномарка. Рядом с попом, облаченным в зеленоватый костюм и сверкающий галстук с золотой иголкой, сидел
Сашка, только Сашка был не похож сам на себя – хмурый, губы кусал.
Они о чем-то говорили.
– Не жди меня, – донеслось до Антоши.
– Нет уж, подожду, – отвечал тоненьким голоском поп.
Раздраженно помедлив, Сашка кивнул и вошел в дом, а Антоша приблизился с мячом к машине.