Рассказы
Шрифт:
Теплоход ушел, а Борис вернулся в комнату, где они так хорошо и весело провели три недели. Здесь его ждал сюрприз: хозяйка сказала, что Соня не расплатилась с ней за последнюю неделю и что платить теперь должен Борис. Он решил, что Соня, по-видимому, просто забыла об оплате, и обещал расплатиться. Но когда он открыл свой чемодан и вытащил кошелек, то обнаружил, что там совершенно пусто. Три тысячи рублей, которые он привез с собой, исчезли. Он понял, что это дело рук Сони. Значит все это время они гуляли и развлекались не на ее, а на его деньги! Полететь в Ялту и встретить там теплоход? Но, во-первых, на это нужны деньги, а их нет. А, во-вторых, у него же билет на поезд на следующий день. И нужно еще расплатиться с хозяйкой, иначе она не отдаст
Успокоившись Борис подумал: «Я ехал в Сочи, чтобы хорошо провести время и отдохнуть, для этого я и привез с собой три тысячи рублей. Ну вот, я и погулял на эти деньги. И я еще должен быть благодарен Соне за то, что она не захватила с собой фотоаппарат — единственную вещь, которую можно продать!»
Недолго думая, Борис предложил хозяйке купить фотоаппарат. Часть его стоимости погасит долг за комнату, а остальное она даст ему наличными, причем ему надо немного — только на еду в поезде и чтобы добраться до дома в Баку. Фотоаппарат был хороший, дорогой, и хозяйка сразу же согласилась.
А Борис еще долго вспоминал свое летнее приключение и Соню, которая полностью оправдала свое имя — такое же, как у «Золотой Ручки»!
Советское стекло
Мой племянник Миша в советские времена работал в Институте стекла. Он рассказал следующую историю. «Московскую» водку начали продавать за границу. И вскоре оттуда стали поступать рекламации: в водке имеется осадок, который скапливается на дне бутылок. Естественно, такую водку никто покупать не хочет. Всем было ясно, что у водки не может быть никакого осадка. Да и в тех партиях водки, которые продавались в СССР, никакого осадка не было. Значит это международная провокация проклятых «империалистов»! Тем не менее, обратились в Институт стекла — может быть что-то неладно с бутылочным стеклом?
Как оказалось, после проведенных исследований, бутылки для водки в СССР делались из некачественного стекла, которое было химически недостаточно стойким. Водка разъедала стекло, при этом выделялись твердые соединения кремния, которые и выпадали в осадок.
Стали исследовать и стекло, из которого приготовляются ампулы для лекарств. Оно оказалось столь же плохого качества. Но врачи настолько привыкли, что в советских лекарствах часто имелся осадок, что просто не обращали на это внимание. При втягивании лекарства из ампулы в шприц, просто не добирали остаток, оставляя в ампуле весь осадок.
Но почему же в водке, которая продавалась в СССР в тех же бутылках, осадка не было? Оказалось, что все очень просто: водка с заводов сразу же поступала в магазины, где ее моментально раскупали и сразу же выпивали, так что осадок просто не успевал образоваться.
Опрос
Однажды я прочитал в газете, то ли в «Правде», то ли в «Известиях», что в Соединенных Штатах провели опрос среди студентов университетов. Их просили назвать столицу хотя бы одной советской республики. Как оказалось, около 60 % опрошенных не смогли назвать такой город, причем те, кто хоть что-то знал, чаще всего называли Киев. Автор статьи возмущался такой «вопиющей безграмотностью» американских студентов.
Когда я прочитал это, я тоже возмутился. Прежде чем писать подобное об американцах, автор статьи должен был бы провести аналогичный опрос среди советских студентов, прося их назвать столицу хотя бы одного американского штата, а уж потом делать выводы. Но я понимал, что при советской власти можно было осуждать и разоблачать безграмотность и прочие грехи только «американских империалистов», а о гражданах собственной страны следовало говорить только в восторженных тонах.
Я решил хоть и неофициально, но исправить эту ошибку, так как был заранее уверен, что результаты такого опроса граждан Советского Союза были бы еще более плачевными. Конечно, опрашивать студентов у меня возможности не было, но я решил опросить
Результаты получились следующие. Лишь 35 человек смогли назвать столицу хотя бы одного американского штата, около ста человек назвали Нью-Йорк или Вашингтон, которые не являются столицами штатов, остальные 165 человек вообще не подозревали, что американские штаты имеют свои столицы. Таким образом, 88,3 % опрошенных не смогли ответить правильно на заданный вопрос, по сравнению с 60 % американских студентов. Хотя я понимаю, что результаты проведенного мною опроса со статистической точки зрения являются не совсем «значимыми», тем не менее, они ясно показали, что в Советском Союзе даже среди лиц, имеющих среднее или высшее образование, «вопиюще безграмотных» людей гораздо больше, чем в Америке.
Туфли
В Ташкенте должна была состояться Всесоюзная гидрогеологическая конференция. Два геолога из Баку, Володя и Фирдовси, собрались ехать в Ташкент. У Фирдовси была служебная машина и он предложил заехать за Володей. Самолет вылетал очень рано, к тому же до Бакинского аэропорта Бина надо ехать из города около часа, да и в аэропорт хорошо бы приехать заранее. В общем Фирдовси должен был заехать за Володей в 6 часов утра.
Вещи у Володи были собраны накануне, а утром он проснулся поздно и очень торопился. Но успел. Когда подъехала машина, он был готов. И вот они уже в аэропорту. Зарегистрировались. Сели в кресла и стали ждать посадки. Через некоторое время Володя случайно взглянул на свои ноги и обомлел. Второпях, рано утром он надел туфли разного цвета: на левой ноге туфля был светло-коричневой, а на правой — черной.
Володя пришел в ужас, что он будет делать в Ташкенте, ведь все будут смотреть на него и смеяться, а он «прославится» среди коллег со всего Союза. Купить в Ташкенте туфли не представлялось возможным: Володя носил обувь 46 размера. В советских магазинах туфли такого размера появлялись крайне редко. Объехать все магазины Ташкента? Но он потратит на это бездну времени, и совершенно неизвестно, найдутся подходящие туфли или нет! А тут еще Фирдовси стал его «успокаивать»:
— Ты не волнуйся, наберешь на улице побольше пыли и присыплешь черную туфлю, тогда она почти не будет отличаться от светло-коричневой, в крайнем случае присыплешь пылью обе туфли! И потом ты учти, я обещаю, что о твоих разноцветных туфлях, я расскажу только тем нашим друзьям, которые будут сидеть в президиуме, а это всего три-четыре человека!
— Если ты об этом скажешь хоть одному человеку, то через час об этом будет знать весь зал. И как я буду выглядеть, когда надо будет идти к трибуне, чтобы делать доклад? Никто мой доклад слушать не будет, все будут смотреть на туфли и смеяться!
До отлета самолета оставалось еще больше получаса. Володя позвонил домой. Его сын сказал, что попытается успеть и привезти в аэропорт черную туфлю, оставшуюся дома.
Володя сидел в кресле как на иголках и молил Бога, чтобы вылет самолета задержался. Но вот объявили посадку. Делать нечего, и он побрел к выходу. В советских аэропортах всех вылетающих загоняли в маленькую комнату, которая называлась «накопителем», из нее они потом выходили из здания и садились в автобус, идущий к самолету. В те времена еще не боролись с терроризмом, и ни пассажиров, ни их багаж никто не досматривал. Володя прошел накопитель, вышел, сел в автобус. Автобус подъехал к трапу самолета, а сына с туфлей все не было.