Расправить крылья
Шрифт:
Глава 22
Если она от меня не отстанет я буду кричать и возмущаться. И запрусь в комнате на те несчастные два дня, что остались до моей не менее несчастной свадьбы, демон ее побери!
— Аль, подумай еще раз, — увещевала меня Лекса. Кажется, уже сотый раз за последние пять дней. Нет, пожалуй, даже сто двадцатый. — Тебя никто ни к чему не принуждает.
— Не принуждает, — согласилась я, — отец попросил, и…
— Просил, а не приказывал! — не выдержала Лекса. — Питер не имеет права требовать от тебя подобной жертвы!
— Да пойми, я обязана помочь своей стране!
— Лиония
— Значит, я буду сражаться наравне с остальными магами! И никуда не поеду! Пусть только попробуют меня забрать.
— Ты упрямая, а толку?! Проблему надо решать по-другому. Не верю я ни Лионии, ни Рэму! Особенно после его непонятного артефакта…
— Но, справедливости ради, побочное действие было от кольца с бабулиным зельем.
— А приготовила она это зелье ради кого? — удивилась Лекса. — Еще неизвестно, чем бы закончилась воздействие артефакта Рэма на нас без защиты. Хотя я видела, чем. Ты бы уже давно оказалась замужем.
Лекса была права. Путем несложного опыта мы выяснили, что в нашей эмоциональной нестабильности не отстанет я буду кричать и возмущаться. И запрусь в комнате на те несчастные два дня, что остались до моей не менее несчастной свадьбы, демон ее побери!
— Аль, подумай еще раз, — увещевала меня Лекса. Кажется, уже сотый раз за последние пять дней. Нет, пожалуй, даже сто двадцатый. — Тебя никто ни к чему не принуждает.
— Не принуждает, — согласилась я, — отец попросил, и…
— Просил, а не приказывал! — не выдержала Лекса. — Питер не имеет права требовать от тебя подобной жертвы!
— Да пойми, я обязана помочь своей стране!
— Лиония и пальцем не пошевелит ради Таррина. Тебя заберут, и поминай, как звали!
— Значит, я буду сражаться наравне с остальными магами! И никуда не поеду! Пусть только попробуют меня забрать.
— Ты упрямая, а толку?! Проблему надо решать по-другому. Не верю я ни Лионии, ни Рэму! Особенно после его непонятного артефакта…
— Но, справедливости ради, побочное действие было от кольца с бабулиным зельем.
— А приготовила она это зелье ради кого? — удивилась Лекса. — Еще неизвестно, чем бы закончилась воздействие артефакта Рэма на нас без защиты. Хотя я видела, чем. Ты бы уже давно оказалась замужем.
Лекса была права. Путем несложного опыта мы выяснили, что в нашей эмоциональной нестабильности виновато именно зелье в кольце. Бабуля пожала плечами, заявила, что противоядия безупречны, если известен сам яд, и пообещала приготовить зелье с другим составом. И подарить на бракосочетание. При этом даже носа не казала во дворец, не желая попадать под влияние Рэма, не имея защиты. Или это лорд Ферт был против? У нас с сестрой не было возможности уехать, поэтому мы с Лексой мучились и шипели друг на друга, но снимать кольца было смерти подобно — не хватало еще поддаться обаянию лионского принца. Но я иногда рисковала делать это ночью — покои принца, слава богине, находились далеко от моих, а постоянные истерики меня не устраивали. Но после контакта с лионским наследником мне иногда хотелось швыряться чем-нибудь тяжелым.
Эмма предлагала стянуть у принца сомнительный артефакт, и я хмуро пообещала сделать это после брачной ночи, а пока отказывалась даже целоваться с женихом,
— Я и так скоро буду за ним замужем…
— И напрасно!
Устало посмотрела на сестру.
— Что ты предлагаешь? Пока это единственный вариант защиты Таррина. Я не спорю, Даррен пытается сдержать атаку Империи, но его красноречия надолго не хватит. Я слышала, как папины советники говорили, что до нападения осталось несколько дней, не больше. Наши маги не справятся, а мой брак с Рэмом привлечет магов из Лионии.
И это было правдой. Только благодаря усилиям Даррена Глава Клана Драконов пошел на диалог. Правда, весьма неприятный для Таррина. Претензии были серьезные — открытие участка магической стены должны были контролировать маги из Гильдии, что, собственно, и было сделано, но кто-то же смог просочиться на Заброшенные земли без разрешения и убить одного из драконов. Таррину повезло, что крылатые не начали войну мгновенно — свой магический завес они бы легко сняли, а наш их не пугал — и выслушали наследного принца. И только потому, что когда-то он спас одно крылатое чудовище, поделившись с ним родовой магией. Иначе, боюсь, от нашей страны не осталось бы ничего… Хотя Даррен всего лишь отсрочил неизбежное.
Лекса покачала головой.
— Ты всерьез собираешься драться с драконами? С Бертом?
Я взорвалась:
— А что мне остается?! Он сам выбрал этот путь!
Вскочила с кровати, на которой проводила все свободное время, когда не тренировала магию. Комната оказалась в плачевном состоянии, стихия воздуха давала о себе знать. Я сбила все ноги, но прыгать с высоты так и не научилась. Зато управлять воздушными потоками удавалось с каждым днем все лучше и лучше.
Сестра покачала головой.
— Он подчиняется Главе Клана, и наверняка услышал его зов…
— Вот пусть и подчиняется! А если выйдем на поле боя, значит, встанем друг против друга! На войне как на войне!
— Да ты с ума сошла! — охнула Лекса. — Ни один маг не справится с драконом!
— Ну, кто-то же справился, — грустно усмехнулась я.
Лекса нахмурилась:
— Меня до сих пор удивляет у кого и как это получилось. Нужно искать убийцу или убийц, но воевать с Империей — это не выход! Нам нечего делить, а драконы просто вспыльчивые. Когда они поймут, что ошибались…
— …от Таррина ничего не останется! Они нас всех перебьют!
Алексия встала и прошлась по комнате. Затем, сцепив руки в замок, повернулась ко мне:
— Я уверена, они не будут нападать. И Берт не будет.
Я скрестила руки на груди:
— Да, мне бы тоже хотелось посмотреть ему в глаза после всего, что у нас было.
— Альяна!
— Ну, что? Не я же от него сбежала.
— Дурында, он тебя любит!
— Конечно! Поэтому улетел, даже не предупредив?! И до сих пор не подал о себе весточки? Я спрашивала у Даррена — он пытался выяснить, но ничего не добился от Главы Клана, разве что "Все драконы, кроме погибшего, находятся там, где им и положено — в Империи. И каждый примет участие в войне" – передразнила я. Ууу, надо было все-таки подергать чешуйки у Торинора. Вредный красно-золотой дракон всегда раздражал своей надменностью. Скучно детство прошло, даже обидно!