Расплата за дары

Драфтер Ули Александрия

— Отдохни, ты мне скоро понадобишься наверху, — он отпустил мою руку, но я сам перехватил его, мне хотелось знать, что произошло во время контакта, но Высший прервал мой вопрос, — поговорим позже.

Он ушел, а я приготовился к анабиозу. Одного лунного цикла должно хватить.

Анабиоз иногда сопровождается видениями, похожими на сны. Чаще это воспоминания, временно утерянные или заблокированные сильными ощущениями. Я ожидал, что придут воспоминания о моей ликвидации, теперь сопровожденные мелкими и яркими деталями, упущенными из-за физических страданий и переживаний. Но пришло другое.

Зелень листьев и травы, яркие и нежные цветы. Тело, не стесненное оковами боли, дыхание и все ароматы

в нем. Смех и радость, вера в ее бесконечность и неомрачимость. Это все усиленно и отраженно такими же невинными лицами. Един и многолик образ счастья, чистоты, всесилен и хрупок. Но где-то вдалеке стоит тот, кто может лишь любоваться ими. В нем и боль, и счастье и покой. Я его вижу как никто другой, но не решаюсь подойти, даже собрав всю свою беспечность. Он отталкивает своей чуждостью, будто он гость не только здесь, но и во всей жизни вокруг. И все же созерцание его бездны притягивает, заставляя тоже почувствовать себя здесь чужим, стать в чем-то похожим на него. Как во сне, не чувствуя ничего, иду к нему. Лицо холодное, спокойное как у статуи и, неожиданно, ласковая улыбка. Он протягивает мне руку, в ней блестит кольцо, крошечное украшение. В руках оно теплое, но на пальце становится холодным, как будто остывает без своего хозяина. Маленькая фигурка, треугольная голова, красные камни в глазах, искусно выделанные зубы в приоткрытой пасти крокодила.

Часть 32. Лок

Мое пробуждение было тяжелее обычного. Тело онемело, скованно непосильной тяжестью. Сознание завязло в густом тумане. Будь проклят эмиссар Николиус, зачем нужно было напоминать, о том, что никогда не вернуть. А теперь еще и перемешать реальность и вымысел в скользкий ком, как теперь узнать что из этого правда. Время на выход из анабиоза уходит много. Но и после остается ощущение нереальности.

Зорф ждет меня. После проверки определяю удовлетворительное состояние оболочки. Регенерация в этот раз шла дольше, что не удивительно. Сказалась потеря основной функции. Вместе с ним я перехожу в его личную точку выхода.

Нас встречает ночь с морем огней под ногами, свежесть ветра, сапфировое небо с сотней искр звезд. Мы на крыше небоскреба, над апартаментами господина Лока. Спускаясь в помещение по винтовой лестнице в стеклянном куполе, Куратор после недолгоговзгляда на меня, говорит, что хотел бы услышать более подробный рассказ о произошедшем. Я, вспоминая, как прошло последнее возвращение в Уровни, оглядываю себя. Хорошо, что Хорг не забыл накинуть на меня куртку, она единственная прикрывала верхнюю часть тела. Штаны же были сильно велики, к тому же изрезанны и залиты кровью.

Лок, так теперь я должен к нему обращаться, отправляет меня в душ, советуя переодеться в халат. Теперь деваться некуда. Привожу в себя в порядок, отмечая еще незажившие шрамы на поясе и плечах, но я знаю, что это ненадолго. Надеваю халат. После тяжелой кожаной куртки он кажется невесомым, чувствую себя как будто обнаженный и от этого не защищенный. Выхожу, заставая хозяина уже отдающим распоряжения смертным — мужчины и женщины в строгих костюмах и в рабочей одежде. Всего их девять. На меня невольно обращают внимание. От Лока это не ускользает. Подзывает меня к себе и представляет его новым помощником и своим заместителем, мое имя теперь Алион. Затем, он подзывает к себе двух женщин, отпустив остальных. Их он просит заняться подбором одежды для меня. Под мой вопросительный взгляд давая параметры моей оболочки — размеры одежды, обуви, а так же свои рекомендации. Ко мне никто из них не обращается. Но я не безвольная кукла, поэтому, когда они заканчивают, беру слово, прося добавить в список кожаные штаны и куртку. Девушка, ведущая список смотрит с начала на меня потом на Лока. Он только отвечает:

— Выполняйте

все, что она просит. — повернувшись ко мне, с улыбкой говорит. — Доверься мне, сейчас придется работать с людьми, а не сидеть, перебирая базы данных. — он подмигивает мне на столько беззаботно, что у меня невольно вырывается смешок. Думаю не все так плохо, смена вида работы тоже может быть полезной. К тому же о такой жизни я мало что знаю, а это огромное упущение.

Девушки ушли с поручением. Довольно странно: уже поздняя ночь, а все его сотрудники готовы к работе, подобно служителям уровней, но тем не менее это обычные люди без следа модификации или воздействия. И, еще, на сколько я знаю законы морали этого мира, наши взаимоотношения с хозяином могли показаться крайне двусмысленными. Оболочка Зорфа выглядит на 27–35 по человеческим меркам, мне же навсегда останется 16, в лучшем случае 20 на вид. Но ни один из присутствующих не бросил в мою сторону ни одного намека или косого взгляда, даже не мелькнула ни единая мысль. Кто они, хорошо подобранный персонал или специально выращенные для него индивиды?

Остаемся в апартаментах одни. Он, довольно приподнятым тоном обращается ко мне.

— Твоя комната будет напротив моей. Пока мы останемся здесь. Есть еще пара мест, где нам придется часто бывать, но об этом позже. У нас есть свободная неделя, чтобы определиться с тем, как нам лучше работать. — он подводит меня к одной из дверей, передавая мне плоский серебристый кусок металла, универсальный ключ. — Но учти, мне будет постоянно нужна твоя помощь.

Он помогает мне открыть дверь, я благодарю, захожу внутрь. Лок остается на пороге.

— Помощниц я пришлю к тебе. Подберешь себе одежду. Прислушайся к ним, это важно.

Я не удерживаюсь и спрашиваю:

— Ваши помощники, они не простые смертные, выращены специально? — тут же осекаюсь, видя сильную перемену в лице хозяина, оно снова становится серьезным и холодным.

— Это просто люди, которые заслужили мое доверие, хватит пока вопросов, — говорит он спокойно, и уходит в глубь комнат. Я остаюсь ждать.

Довольно странно для Высшего говорить о смертных, как о равных. Обычно такие отношения сводились к категориям хищник-жертва или хозяин-раб. Но тут все было иначе, здесь отношения строились на доверии. Как к этому относятся Древние, если допускают такую тактику, или им просто все равно, какими методами будет достигнут результат.

Скоро приходят помощницы, принеся с собой несколько упаковок с вещами, так же с ними является пожилая женщина, острая и вытянутая, как игла. Под ее руководством девушки примеряют на меня одежду.

Сначала подбирают мне белье. Я не особенно уделял этому внимание раньше, но теперь, видимо придется наряжать оболочку по всем правилам. Они выбирают несколько комплектов темных, светлых, и больше прикрывающих, чем скрывающих что-то под собой. Переходя к верхней одежде, мне предлагают пару брюк, рубашки, костюмы, юбки, короткое темно-зеленое платье, и наконец, кожаные штаны и куртку, достаточно обтягивающие и не мешающие движениям.

— Господин Лок, вы должны тоже оценить наш выбор, — обращается одна из помощниц к стоящему на входе Высшему. Он заходит, с улыбкой здороваясь с пожилой женщиной, затем обращается ко мне:

— Примерь то что тебе подобрали, нужно определиться с общим видом. — со мной он говорит теперь немного холоднее, ловлю себя на мысли, что надо научиться следить за своими словами при нем. Поэтому молча выполняю его просьбу.

Я надевал и снимал одежду в разных комбинациях, девушки мне помогали, пожилая женщина корректировала некоторые из нарядов булавками, записывая что-то себе в блокнот, возможно для подгонки одежды. Лок наблюдал за сменами одеяний, оценивая результат.