Расплата за дары

Драфтер Ули Александрия

Я больше не брал заданий по аннигиляции, работал над выработкой алгоритма. Выработанное мной первое правило было простым — взаимодействие только в экстренных случаях. К таким я отнес жизнь функционалов, безопасность среды, и демов. Требования эмиссаров учитываются только если не противоречат правилам Уровней. В случае нападения, эмиссары подлежали уничтожению.

Через несколько месяцев пришло направление на аннигиляцию. Имена приговоренных показались мне знакомы, потому, вопреки настоянию Куратора, я решил сам вызваться аннигилятором. Сложность задания была восьмая.

Приговоренные функционалов были вооружены.

— Думал, вас отстранили от работы аннигилятором, — в моей группе оказалось три функционала, с которыми я уже работал. Мы уже направляемся к месту, где были замечены нарушители. В специальном транспорте было тесно и не видно дороги.

— Нет, я просто решил отдохнуть, — отвечаю, закрепляя на себе экипировку. Надеваю бронежилет, визор-увеличитель и фонарик закрепляю на шлем, на руки цепляю дополнительную защиту и ножны. Ко всему мне полагался автомат местного производства. Пригодится это мне мало, по сравнению с модификацией оно слишком слабо, но при восьмом уровне опасности считается обязательным.

— А почему сейчас решили вернуться? Личная заинтересованность? — функционал спрашивает скорее в шутку, но я невольно замираю в шоке от услышаного.

— Нет, сложность высокая и потому решил взяться, — спешу оправдаться. К счастью, больше ни кто не спешит задавать мне вопросов.

Транспорт оставляет нас на окраине города. Вокруг были только нежилые строения. Территория очищена от людей под предлогом опасности утечки химически опасного вещества. Восемь исполнителей под моим командованием отправляются на указанные точки, проводят беглое сканирование. Оно дает определить, что близлежащие здания пусты, потому мы продвигаемся дальше.

Неожиданно приходит сигнал о нападении, однако, ни одного энергетического отклика я не вижу. Одновременно приходит сигнал еще от двоих.

— Энгах, отступайте! — успеваю услышать от другого функционала, как меня сбивает с ног сильным импульсом.

Не тратя времени на распознавание атакующих, накидываю модификацию и бегу вперед. Справа чувствую готовящейся залп, отступаю, пропуская заряд перед собой. Тут же меняю направление, собираясь достать стрелявшего. От следующего выстрела приходится уклониться, затем, видя источник стрельбы, бросаю копье. Звук хлопка говорит о том, что установка разрушена. Когда добегаю до места, обнаруживаю след ликвидированного функционала. Отправляю другим сигнал и провожу сканирование ожидая отклик.

— На них изоляция, не распознаются. Видел их на пять и семь часов с востока, от трубы, прячутся на крышах, — приходит первый ответ. Отыскиваю трубу и примерное расположение нарушителей.

— Вас понял. Беру на себя тех, кто на пять часов, — отмечаю ближайшее здание, где они могут скрываться. Подойти можно незамеченным, если пробираться вдоль ангаров рядом с ним. Этим я и пользуюсь. На крышу решаю попасть изнутри здания. Выбитая дверь дает мне сделать это беспрепятственно. Внутри оказывается развороченная техника и полу обрушенные перекрытия. Но ржавую лестницу вверх я замечаю сразу.

Ни то, что я вошел, ни то как поднялся не было

замечено. Но стоило мне откинуть люк на крышу, как в мою сторону полетел залп. Часть крыши с люком обрушились, лестница, на которой я стоял покачнулась. Но я удержался, а модификация защитила от обломков. От следующего залпа я увернулся уже стоя на крыше. На сколько я успеваю рассмотреть — залповой установкой управляли два функционала. В сторону одного я делаю быстрый выпад, выхватив из наруча секиру. С разворота всаживаю оружие ему посередине груди, пробив бронежилет. Второй в это время пытался уйти, но я, скинув модификацию, успеваю перехватить оружие и пустить очередь в его сторону. Функционал падает, словно подкошенный, но тут же переворачивается и стреляет из своего оружия. Я вовремя закрываю свою оболочку модификацией. Пули отскакиваю от брони и я уверенно шагаю в сторону лежащего. Он, понимая, что оружие бесполезно, пытается отползти к краю.

— Он здесь! — вдруг кричит он. С запозданием я оглядываюсь. Светлая тень сбивает меня с ног.

На сколько я отключаюсь — определить не в силах. Понимаю, что от моей защиты ничего не осталось. Сканирование упирается в блокировку. Только открыв глаза, понимаю, что нахожусь в темном помещении. Лежу на чем-то жестком. Подняться не могу — и руки и ноги связанны. Пробую ослабить узлы на запястье, но вместо этого получаю сильнейший разряд. Больше попыток освободиться не делаю. Лучше сохранить силы — если меня связали, а не уничтожили сразу, значит, я для чего-то им нужен.

— Он жив, как вы и просили, — сбоку слышится звук шагов и голоса, затем, где-то вверху откидывается крышка люка. Луч света прорезает пыльную темноту.

Именно в освещенное пространство прыгает нечто яркое. Я без энергетического зрения распознаю, что это светлый. Сгусток света на полу, вдруг меняется, обретает форму — шесть тонких лап приподнимают его над полом. Туловище становится вытянутым, слегка похожее на человеческое. В верхней части формируются руки, снабженные подобием клешней. Он медленно подходит ко мне.

— Вы нарушаете закон, — говорю приближающейся сущности, — отпустите меня, иначе всех светлых в параллели ждут проблемы.

Только светлый не останавливается подходит ко мне и, схватив за ворот куртки приподнимает. Я рефлекторно пытаюсь принять защищенную позу и получаю разряд от своих кандалов. Сознание на некоторое время отключается. Когда прихожу в себя, понимаю, что лежу, а одежда на мне раскрыта, обнажая оболочку. Тяжелая рука светлого лежит на моем животе. Судя по ощущениям, меня сканируют.

— Тот же самый, но выпит досуха, — до меня доносится голос светлого. Слова — смесь нескольких диалектов параллели, — теперь бесполезен, теперь только опасен.

Клешня резко поднимается и смыкается на моей шее.

— Стой, не торопись! — я чувствую, как пережимаются витальные линии. Каким-то образом, светлый воздействует на смою сому через оболочку и собирается аннигилировать меня, — что значит выпит, кому не нужен?

Давление клешни немного ослабевает, но не исчезает. Светлый заинтересованно склоняется ко мне.