Раса
Шрифт:
С грустью иду вдоль колонн, Семён рядом, что-то возбуждённо рассказывает, но я с трудом понимаю его. Меня одолевают непростые мысли.
Игорёше надоел крылатый ящер, он спешит, к гуляющей по музею, Светочке и её новой подруге. Пещерная женщина ведёт себя настолько просто, будто обычная земная тётя, прекрасно ладит с малышнёй, Увидев Игоря, воинственно размахивающим кинжалом, треплет по взъерошенным волосам. Девочку, теребящую бусы, прижимает к себе. Вот удивительно, на меня до сих пор гипнотически действуют её пылающие глаза, а детям всё нипочём, ходят за ней как цыплята за мамой наседкой.
Здание музея, трёх этажное, по центру зал на все этажи, по бокам, за колоннами,
Экспонатов должно было много, но от большинства осталась в лучшем случае труха. На стенах видимо висели картины, но только некоторые рамы из металла уцелели. Хорошо, что часть экспонатов из мрамора и металла. Величественные вазы в форме цветов вызывают удивление своими формами и безупречной резьбой. Статуи героев застыли в поединках с доисторическими монстрами. Хрупкие женщины, как живые, и сейчас пленяют своей красотой.
Смотрю в лица статуй. Незнакомые черты некогда жившего здесь народа. В них есть всё, и радость, и горе, отвага, страх, и гордость, и унижение — все эмоции присущие человеку. Но это незнакомая мне раса. И вдруг я обмер, из темноты словно выплывает трон из драгоценных металлов, на нём непринуждённо сидит, блистая белым мрамором, женщина царица. Насмешливый взгляд, глаза из самоцветных камней, у пухлых губ властные складочки. Но я узнал её. Она, та, которая мне снилась. Мы с ней гуляли, у мелкого моря, в день заката их цивилизации.
Стою как громом оглушённый. Грёзы овладевают мной, тоска тянет жилы из тела.
— Симпотная тётка, — разрушает грёзы Семён. Он остановился рядом, с интересом рассматривает царицу как обычный музейный экспонат.
— Ты знаешь, благодаря кому, мы здесь оказались? — глухо говорю я. — Это она. Не знаю, что она за существо, но обладала,… обладает невероятным могуществом. Она миллионы лет назад предвидела исторические события планетарных масштабов. Она вызвала нас сюда в момент некой опасности. Видимо нечто нечеловеческой природы может сдуть человеческую душу с нашей планеты.
Вглядываюсь в её лицо, может мне показалось, в её глазах затрепетал живой огонёк.
— Как живая, — вздрагивает рядом Семён.
— Её душа до сих пор витает здесь, — я почему-то оглядываюсь по сторонам.
Странные тени бегают по стенам, словно заволновались бесчисленные статуи в зале. Мне становится не уютно. Вдруг они оживут, захрустят суставами, расправят спины, откроют мёртвые глаза, посмотрят на меня с требованием отомстить за их смерть.
Рядом щебечет Светочка. Они спустились вниз и подходят к нам. Пещерная женщина останавливается перед царицей, глаза пылают огнём. На нефритовой коже проступают капельки пота. Она быстро говорит, оборачиваясь то ко мне, то к ней. Внезапно, я улавливаю смысл её речи. Он входит в сознание целыми кусками, в виде образов. В её глазах, мы пришельцы другого мира. Не боги. Она чётко это осознаёт. Но приравнивает меня по могуществу с ними. Она понимает, мы смертны, озабочена этим обстоятельством. В её понимании за артефактами должно спуститься высшее существо, а не человек и народ её так же думает. Она всё ещё сомневается в
правильности решения передачи их мне. Но время не терпит, захватчики уже запустили щупальца в земные недра и разрастаются, как раковая опухоль, пожирая всё на своём пути, отравляя воздух аммиачной смесью. Но как она боится ошибиться и, отдать единственный шанс на спасение, не в те руки. Вдруг это руки врага? Я хочу её успокоить, но, кажется, она ждёт некого знака, который развеет все сомнения не от меня.
Мраморная царица сидит неподвижно,
— Ты? — шевелятся губы. — Значит получилось. Какой красивый. Я могла бы тебя полюбить, — краснею от её слов.
— Ты живая? — спрашиваю я, зная, что задаю глупый вопрос.
— Живая? А, что такое жизнь? И где настоящая жизнь? — её голос переливается как звуки серебряного колокольчика. Она смеётся, показывая белые, как снег, ровные зубы.
— Значит живая, — утверждаюсь в мысли.
— Живая, — соглашается она.
— Но как, же ты живёшь в этом камне, — страдание и горечь заполняет душу.
Она вновь смеётся:- Вот глупый. Я абсолютно свободная. А камень, он простой проводник между мирами. Для меня открыта вся Вселенная. Почти вся, — тень опускается на прекрасное лицо. — Ты здесь, чтоб спасти себя и нас, — внезапно она становится суровой. — А ты, Высшая жрица Огня, — обращается к пещерной женщине, — поможешь ему.
— Но, что мне делать? Как извести их? — вскричал я.
Дрожь пробегает по сияющей золотом фигуре. Губы шевелятся, она лихорадочно, говорит, но я не слышу слов. Чёрная тень опускается на неё, она превращается в золотое облако, меркнет, и с великим трудом вливается в вертикальные зрачки статуи.
Стою в потрясении, пещерная женщина всхлипывает, размазывает слёзы по лицу. Дети повизгивают, вцепились в угрюмого Семёна.
— Теперь ты не сомневаешься? — моя мысль вливается в трепещущее сознание.
Она вскидывает в удивлении пылающие глаза. Слёзы дрожат на щеках, губы открываются в немом вопросе, — а я продолжаю:- Я так понимаю, мы в одной лодке. И хотя мы разные, нас объединяет одно — мы жители Земли. У нас общая проблема и нам сообща её решать. Ты согласна?
Она кивает, волевые складочки явственно обозначаются в уголках стиснутых губ:- Они были здесь. Давно. Царица тогда была из плоти. Другие, высадились на Землю с армией наёмников по природе похожих на нас, но, с опустошёнными душами. Великая Подземная война продолжалась не одно тысячелетие. Мы их разбили, но и нас практически не осталось. Часть одичала, часть вышла на поверхность и подверглась мутациям под действием радиации Солнца. Я, так думаю, вы их потомки. Ну, а мы, немногие, кто сохранил знания. Царица предсказала, Другие вновь вернутся, но в новом качестве, они начнут переделывать природу под себя. Атмосфера станет ядовитой, всё живое погибнет, лишь мутанты будут осквернять землю и то, до тех пор, пока не потянутся суда основные силы из Чёрных зон пространства чуждого нам разума. Они используют нашу планету как плацдарм для захвата Светлой части Вселенной. К великому сожалению, передовые отряды
пришельцев уже здесь. Не раз мы натыкались на зловонные ходы, выжигали огнём. Но они, не собираются идти на прямой конфликт, похищают часть наших соплеменников и отступают, закупоривая свои лазы и открывая их в других местах.
Царица предсказала, нас спасут люди, живущие под Солнцем. Человеку со шрамом на плече в виде короны передать артефакты. Он знает, как их применить. Это смерть для пришельцев.
— Я в некотором смущении, — моя мысль повисает в пространстве как знак вопроса, — я не догадываюсь об их назначении.