Раннее
Шрифт:
Ага, вон и пустое место – с краю дивана, возле девушки с бледным лицом и усталыми глазами.
Я пролез туда и присел с ней рядом:
– Не возражаете?
– Против чего?
Я не стал отвечать на этот вопрос.
Она неожиданно улыбнулась:
– Ну и чудак этот ваш знакомый… Кто он вам?
– Я его не знаю. Это просто сумасшедший старикашка.
– Но он же назвал ваше имя, фамилию…
– Прекрасно, – сказал я. – Значит, вы знаете, как меня зовут. А я вашего имени не знаю.
(Глаза
– Света.
– Как вы сюда попали, Света? Это же не ваша компания.
– Я знакомая Игоря.
– Это того белобрысенького?
Она немного обиделась:
– У него тёмные волосы. Вы что, Игоря не знаете?
– Не уверен. А Слава мне говорил…
– Какой Слава?
У меня пропал интерес к этому разговору.
– Давайте сбежим. Не может быть, чтобы вам нравился этот гомодром.
– Этот – что?
– Неважно. Вечером на улицах пустынно и приятно.
Она старается улыбнуться. Ну зачем так мучиться, если не умеешь этого делать? Боже, какой оскал…
– Хорошо. Только это предательство по отношению к Игорю.
– Мы всего лишь пройдёмся.
– Я не об этом. Это я их всех впустила в эту квартиру.
– Но зачем?
Она пожала плечами.
– Ладно, – я махнул рукой, – я тоже сначала делаю, а потом думаю.
Мы уже стояли в прихожей, и я помогал ей надевать длинный белый плащ. Нашего ухода, похоже, никто не заметил.
"И всё-таки, – подумал я, – почему все в этом городе меня знают?" Ответа не было. Мы спускались по лестнице. Я надеялся ещё столкнуться со стариком, но этого не случилось.
Мы молча шли по мокрому асфальту, и я никак не мог вспомнить, когда же прошёл дождь.
– А вы вообще кто? – вдруг спросила Света.
– Вы же слышали – сын мамочки-королевы.
Она рассмеялась:
– А серьёзно?
– Хотите, чтобы я сказал?
– Да.
– А шедевр мне подарите?
– Не понимаю. Что за шедевр?
– Я собираю шедевры. Ну, разные интересные фразы, высказывания, цитаты… А больше всего люблю пословицы, поговорки и детские считалки.
– Считалки? – она удивилась.
– Ну да.
– Ой, – вдруг сказала Света. – Вон он.
– Кто?
– Ну этот ваш. Который вас на руках качал.
И вправду – он шёл далеко впереди, двигаясь по траектории, не описываемой в элементарных математических функциях.
– Оставьте, – сказал я. – Пусть идёт. Ну так что? Подарите мне шедевр?
– Сейчас, – она задумалась и даже приостановилась. Моё ожидание длилось примерно минуту, а потом Света произнесла:
– Странная у меня память. Вертится в голове какая-то детская считалка, но никак не могу вспомнить.
Я взглянул ей в глаза. Она действительно переживала по поводу считалки.
– Ничего, – сказал я. – Как-нибудь в другой раз. Я вам и так скажу,
– И всего-то?
– Да, не больше и не меньше.
– Невысоко вы себя цените.
– Но справедливо.
Мы подходили к проспекту, заполненному жёлтыми огнями окон и летящих автомобилей.
– И куда можно спешить в такое время? – пробормотал я.
– Может быть, домой? – предположила Светлана.
Домой… Ведь дома меня ждёт Анита! А что я делаю здесь? Мне давно пора было отсюда смываться.
– Ой! – снова воскликнула Света. – Смотрите!
Это снова был старик. Он, еле держась на ногах, стоял на разделительной полосе проезжей части и изо всех сил пытался остаться на месте. чтобы не попасть в поток железных чудовищ, мчащихся с обеих сторон от него.
– Чёрт! – воскликнул я. – Что он попёрся в таком состоянии через дорогу? Есть же подземный переход!
Я подбежал к краю тротуара, но вынужден был остановиться – машины летели рекой. Старик мелькал между ними, беспомощный, жалкий, и я видел только отдельные фазы его движения, словно выхваченные из тьмы вспышками стробоскопа на дискотеке.
Он не выдержал и шагнул на ту половину дороги. Бампер одного из металлических гигантов поддел его и швырнул в воздух. Я чуть было не рванулся к нему, не обращая внимания на другой грузовик, который готов был наброситься и на меня, вгрызться в мою плоть точно так же, как в тело того несчастного, которое сейчас швыряло от шины к шине под днищем длинного прицепа…
Кто-то схватил меня за руку. Светлана. Она дрожала и была ещё бледнее, чем раньше.
– Вызовите скорую, – бросил я. – Я попробую помочь ему.
Она кивнула и побежала к соседнему дому, возле которого виднелась будка телефона-автомата.
Грузовик, сбивший Хлатта, удалялся. Я не запомнил ни его номера, ни марки – для меня он был только чёрной тенью. Постойте… Почему я назвал старика Хлаттом? Откуда я взял это имя?
В потоке появилась брешь. Я метнулся через дорогу, отбросив все ненужные мысли. Старик лежал точно на разделительной полосе. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять: он уже мёртв, но я на всякий случай проверил отсутствие пульса.
Ко мне бежала Светлана.
– Только вам не хватало под машину попасть.
Она отдышалась:
– Не попала же.
Мимо пролетел ревущий ЗИЛ.
– Давно пора достроить окружную дорогу, – сказал я. – К чему грузовики в центре города?
Света вдруг поняла, что он мёртв.
– О Господи, – сказала она.
– А вы хладнокровны, – заметил я.
– Я учительница.
– Вы вызвали скорую?
– Да. И милицию тоже. Унесём его с дороги?
– Лучше оставить на месте. Для милиции. И не говорите им, пожалуйста, ничего о вечеринке. О том, что этот человек туда приходил.