Раннее утро
Шрифт:
С е м е н. Ну, а потом?
О б р у ч е в. Потом видно будет.
С е м е н. Я так и знал. Зачем же ты человеку голову задуриваешь?
О б р у ч е в. Ничего подобного.
С е м е н. Не нуждаешься ты в ней. Думаешь, не вижу? Все вижу! А не знаю, зачем тебе надо обманывать… Если бы ты знал, какая у нее была вся жизнь…
О б р у ч е в. Я не обманываю Надю. Или ты считаешь, что у меня совести и чести нет?
С е м е н. Одним словом — было бы сказано. И не дай тебе бог…
О б р у ч е в. Да за кого же ты меня принимаешь?
С е м е н.
О б р у ч е в. А почему именно сейчас заговорил об этом?
С е м е н. Давно собирался, а тут, пожалуй, ехать придется, не знаю, когда опять увидимся?
О б р у ч е в. Ты ехать собираешься? Куда?
С е м е н. В станицу Озерную, насчет сена. Только не знаю, пошлют ли. (В дверь.) Надя! Можно!
Входит Н а д я.
Н а д я. Насекретничались?
О б р у ч е в. С избытком.
К о б з и н (появляясь в дверях). Маликов, зайди.
Семен уходит за Кобзиным.
Н а д я. Значит, посылают.
О б р у ч е в. А он сомневался. Хороший парень.
Н а д я. Очень.
О б р у ч е в. Любит тебя.
Н а д я. Знаю. У меня сейчас так неспокойно на душе… Правда, Семен смелый и ловкий… Скажи, если бы сейчас не его, а тебя послали в Соляной городок, пошел бы?
О б р у ч е в. А разве он в Соляной?
Н а д я. Да.
О б р у ч е в. А как же не идти? Конечно, пошел бы!
Н а д я. Я тоже. И за себя, и за тебя.
О б р у ч е в. Нет, Надя, я сам за себя. А знаешь что? (Обнимает.) Давай просить комиссара, чтоб в следующий раз послал нас вдвоем.
Н а д я. С тобой… я ничего не боюсь. Куда угодно. На край света.
Двор Стрюкова. Слева — ворота, справа — дом. Из-за каменного забора виден одноэтажный город; церковь, чуть подальше — мечеть. Голые карагачи и ветлы. Над крыльцом красный флаг. У ворот, где висит полевой телефон, дежурит О б р у ч е в. С опаской оглядываясь, Обручев подходит к дому и закладывает в душник в фундаменте заряд взрывчатки и фитиль, затем снова закрывает душник, торопливо уходит к воротам. Энергичной походкой во двор входит К о б з и н.
К о б з и н. Шестаков, ты дежуришь?
О б р у ч е в. Я, Петр Алексеевич.
К о б з и н. Вот что, Сергей, будет народ идти — пускай. Всех.
Во двор входит ж е н щ и н а с р е б е н к о м.
О б р у ч е в. Вам кого?
Ж е н щ и н а с р е б е н к о м. Мне бы комиссара…
О б р у ч е в. Вот он. К вам, Петр Алексеевич.
К о б з и н. Слушаю, гражданка.
Ж е н щ и н а
К о б з и н. Как фамилия?
Ж е н щ и н а с р е б е н к о м. Васильев.
К о б з и н. Так вы — жена Федора Петровича?
Ж е н щ и н а с р е б е н к о м. Да. (Заплакала.) Я не пришла бы, а нужда.
К о б з и н. Правильно сделали, что пришли.
Ж е н щ и н а с р е б е н к о м. Пока жив был Федя, кое-как перебивались. Теперь хоть ложись да помирай. Себя не жалко, а вот детишки. Старшенький лежит, весь высох, а этот — тоже мощи одни.
К о б з и н. Да, детишки. Где живете?
Ж е н щ и н а с р е б е н к о м. На Барачной, дом сорок.
К о б з и н (записывает в блокнот). У нас сейчас ничего нет. Ни-че-го! Но как будет — пришлем. Тут же. Обязательно пришлем. Может, даже сегодня. И вот что, зайдите сейчас в нашу столовку, знаете где? Дадут солдатский паек. И каждый день ходите. Я позвоню. Правда, паек — счет один, от него ни сыт ни голоден. Ну, а все же.
Ж е н щ и н а с р е б е н к о м. Спасибочко. Больше не от кого ждать помощи. До свиданья. (Уходит.)
К о б з и н. Детишки сохнут, а помочь нечем!.. Ох, дела! На белый свет смотреть тошно. Каким зверем нужно быть, чтоб вывезти из города все продукты, обречь людей на голодную смерть. Сволочи. (Звонит по телефону.) Столовку мне… Кобзин. Кто это? На обед хлеб есть? По четвертушке в день? А приварок? Кипяток. Сейчас зайдет жена убитого красногвардейца Васильева, включите в список на питание. Да. Троих. (Вешает трубку.)
Входит А л и б а е в.
А л и б а е в. Комиссар Кобзин, новость знаешь? Весной немного пахнет.
К о б з и н. К тому идет.
А л и б а е в. Скажи, пожалуйста, почему в монастыре сегодня так торжественно в колокола бьют? И все время поют. Слышишь? Чему радуются?
К о б з и н. Видать, у них свои радости.
А л и б а е в. Садись вот здесь на крылечке, в дом не хочется.
Садятся.
Я сейчас дочь Стрюкова встретил. Она, конечно, к тебе идет.
К о б з и н. Делать здесь нечего.
А л и б а е в. Вот увидишь, придет. Дело у нее большое. Ты только послушай. Мои джигиты перехватили письмо от полковника Рубасова Стрюковой. Ждут ее в Соляном городке.
К о б з и н. Ждут?
А л и б а е в. Должна организовать батальон смерти.
К о б з и н. Где письмо?
А л и б а е в. Осторожно заклеили и отдали по назначению. Скажи, Маликов не вернулся?
К о б з и н. Никаких вестей.
А л и б а е в. Ну, человек он опытный.