Раминар
Шрифт:
– В общем, - заговорил он после минутной тишины, - я расщепил след на три рукава. Направил вразброс - пусть побегают. Аркан перекинул на големов.
Раштан молчала, держа уши востро.
– При всем при этом, я не могу сказать с уверенностью, что в Нортроке нас не будут ждать.
Гархту уставилась на учителя. В глазах ее залегли тени.
– Мастер, что им нужно? Просто бесятся?
– Сомневаюсь, что просто.
– Дело в этой коробке, которую вы откопали под плитой?
– не удержалась она от вопроса.
Одор замер на мгновенье, обдумывая мысль, и покачал головой:
–
– Тогда в чем же? Им нужен Юка?
Голос Раштан растаял в наступившем молчании. Гальт, уперев локти в колени, уронил голову на сплетенные в замок пальцы. Гоблинка холодея, смотрела на учителя и ждала. Через пару минут он устало шепнул:
– Не знаю, Таша.
На самом деле его ответ был откровенным преуменьшением, если не ложью.
Он вполне ясно представлял себе реакцию Верховных, обнаруживших в катакомбах следы мощной чужеродной магии. Все-таки глупо с его стороны было надеяться, что у них не возникнет вопросов касательно личности и целей неизвестного умельца. Как выяснилось, столь же нелепо было рассчитывать, что они остерегутся идти на прямой контакт с тем, кто навел порядок в подземельях. Поначалу сама идея отправиться в Каралон казалась простой и разумной уступкой гоблинке. Но вот решение пройти до конца после того, как прояснилось истинная глубина бездны и сопутствующих неприятностей, никогда не относилось к благоразумным. Да только другого выхода у Одора не нашлось. Доверие и преданность Раштан стояли на кону. Верность того, кого собираешься вести за собой через эпохи, позволяя прикрывать свою спину, не должна вызывать ни тени сомнения. А это значит, что и ты сам не имеешь права на предательство. Рассчитывая на помощь, ты так же должен быть готов предложить ее по первому зову.
– Я его не отдам, - твердо заявила гархту, сжимая пальцами колени.
Одор сморгнул, не сразу сообразив, о чем речь.
– Юка мой.
В глазах гальта мелькнуло нечто странное. Он просто понял одну вещь - Раштан его. И ее он тоже не собирался терять. Тем более при таких идиотских обстоятельствах. Все силы маги бросят на поимку того, по следу чьей крови рвался гон. И этим существом была гархту. Какая издевка судьбы!
– ведь гоблинка не имела ответов, которых они жаждали.
– У нас есть пять дней, Таша. Мы придумаем, как отбиться от магов в Нортроке.
– Мастер, они ведь тоже все эти дни не в кости играть будут.
Одор выпрямился, испытующе глядя на девчонку, которую выбрал своим су-волдом.
– Да. Ты права. Но они даже понятия не имеют, с кем связались.
Раштан недоверчиво качнула головой, любуясь задорными искрами в глазах учителя.
– Мы такие страшные?
– У-у-у... Да, - гальт повел бровью медленно и со значением.
– Да ну вас, вы смеетесь!
– отмахнулась гархту, не сдерживая улыбку. Одор, и правда, смеялся.
– Что ж мне - плакать?
– фыркнул мужчина, пихая гоблинку в бок.
Она шутливо наступила пяткой гальту на башмак, тут же подтягивая колени к груди.
– Вот! Видишь? Скорость реакции, смекалка, осторожность. Отличные качества, - подхватил тот, дергая гархту за косичку, и сразу добавил уже серьезно: - Мы прорвемся, Раштан.
Когда гоблинка, притихши, посмотрела на учителя, в сиреневых глазах он увидел решимость и надежду, а затем в
– Мы могли бы подкормить Юку. Ну, вы понимаете. Кровью.
Одор медлил с ответом, словно прислушиваясь к чему-то внутри себя. Гархту заерзала в недоумении. С ее точки зрения, идея была хоть куда - так отчего же учитель сомневается? Будто прочитав ее мысли, гальт с неохотой протянул:
– Нам стоит придержать коней, Таша. Пока я не разберусь в принципах и закономерностях трансформации.
– Но он - просто здоровское оружие, мастер! Может перемещаться в прослойке...
– За Тканью, - поправил Одор.
Гоблинка, не обратив внимания, продолжала:
– Сильный. Тяжелый. Когти-зубы-шипы и все такое.
– Раштан, он не натаскан на людей и не распознает чужих. Вспомни крестьянина. Юка облизал его, вместо того чтобы откусить руку по локоть.
Гархту в замешательстве уставилась на учителя.
– Было бы лучше, если б откусил?
– Ты прекрасно понимаешь, к чему я веду. Юка не помощник в схватке. Пока нет.
Раштан приуныла. Ей совсем не хотелось подвергать Баклажана опасности. Что если этот дурик, и правда, кинется расцеловывать магов да получит заклинанием промеж гребней? Она себе не простит, вот что.
– А может быть..., - гархту подтянула колени к подбородку и договорила совсем тихо, - может, они отстанут, когда увидят Юку?
Одор, покачав головой, невесело хмыкнул:
– И ты в это веришь?
– Не очень, - созналась та, зарываясь носом в коленки.
Оба замолчали. Гальт, вновь уронив голову на руки, массировал пальцами виски. Раштан сидела на скамейке, как воробей на ветке, и тихонько раскачивалась, подавленная откровенной тревогой учителя. Улыбчивый, сдержанный и надежный, он служил для гоблинки гарантом незыблемости и безопасности ее мира. Раздраженный и на взводе - он вызывал у гархту чувство крушения защищающих ее стен. Она снова превращалась в отчаявшегося брошенного зверька, каким была долгое время после гибели Дшары и изгнания из Клана. Даже блуждая по Чаргароту ходячей угрозой со связкой мрачных трофеев Зубной Ведьмы, она оставалась клубком когтей, дрожащим по ночам от страха и одиночества.
– Мастер, - охрипшим голосом позвала она.
– Гм?
– А где Юка?
– В углу.
По короткому кивку Раштан сообразила, что имеется в виду дальний угол кладовки. Пустой угол.
– Эм-м-м...
– Ждет за Тканью, глаз с тебя не сводит.
– Вы его видите?
– Можно и так сказать, - уклончиво промычал гальт, откидываясь на стену.
– А почему он не выйдет к нам?
– Потому что получил пару раз по носу и теперь ведет себя, как шелковый. Пока не позволю - не шелохнется.
Гархту ощутила укол ревности и недовольно нахмурилась.
– Он мой и должен слушаться меня.
Одор открыл да так и закрыл рот, воздержавшись от замечаний.
– Юка, ко мне!
За прозвучавшей командой не последовало ни намека на движение. Гоблинка сама от себя не ожидала, но это по-настоящему ее взбесило.
– Юка, выйди сюда! Ко мне!
– Если тебя это успокоит - он пришел и сейчас пытается лизать твои ступни, - как бы между прочим сообщил гальт.