Ради дружбы
Шрифт:
Тимотию внезапно поразило его сходство с подросшей дочерью, которая именно от отца получила изящное телосложение, цвет волос и черты лица. Это тем более нетрудно было заметить, потому что Дженни Пресли вошла в комнату следом, отчего Тимотия почувствовала легкий укол в сердце.
– Моя милая бедная мисс Далвертон, – проговорил доктор, приближаясь к кровати. – Огорчительно видеть вас в таком положении. Насколько я понял, что-то с лодыжкой?
Тимотия кивнула, не отрывая глаз от Дженни. Доктор Пресли наклонился и стал мягко ощупывать опухшую
– Дорогая мисс Далвертон, – пробормотала его дочь, занимая место у постели, где прежде сидел Лео, – надеюсь, вы не против того, что я приехала с папой.
– Я думала, вы у миссис Бейгли, – вырвалось у Тимотии. Неожиданное появление Дженни выбило ее из колеи, заставив забыть о вежливости. Впрочем, она тут же попыталась загладить свою грубость. – Нет, конечно, я не против.
– Я очень рада, – сказала Дженни со смущенной улыбкой. – В Лондоне я действительно жила у миссис Бейгли, а с тех пор, как мы вернулись, только сопровождаю ее на приемы и обеды.
– К тому же она вместе со мной посещает больных, – добавил со смешком отец. – Мне частенько бывает нужна помощь, а Дженни хорошая ассистентка.
– Я начала помогать папе, еще когда была маленькая, – вставила девушка.
Ну да, подумала Тимотия, припоминая хрупкую девочку с копной рыжих волос. Они немного потемнели, эти волосы, приобретя цвет бронзы, но стоило Дженни повернуть голову, как на локонах, выбивавшихся из-под соломенной шляпки, вспыхивали золотые искры. В белом муслиновом платье, как и полагалось появляться в свете юной девушке, она была очаровательна, Тимотия не могла этого не признать, по правде говоря, без особого удовольствия. Поэтому она только обрадовалась, когда доктор Пресли оторвал ее от созерцания его прелестной дочери.
– А сейчас, мисс Далвертон, – сказал он извиняющимся тоном, – боюсь, вам будет немножко больно.
Внутренне поежившись, Тимотия весело ответила:
– Ничего. Хуже, чем мистер Виттерал, вы уже не сделаете.
– Но, мисс Далвертон, он нечаянно, я уверена! – с жаром воскликнула Дженни.
Ее отец засмеялся.
– Не обращай внимания, моя дорогая, мисс Далвертон пошутила. Если б ты знала их столько лет, сколько я, ты бы не принимала всерьез все, что они говорят друг о друге.
Тимотии было интересно, что скажет на это Лео. Она огляделась и обнаружила, что он ушел. Осталась лишь миссис Салкомб, которая по-прежнему сидела на стуле у кровати, очевидно выполняя роль компаньонки. Тимотия вздохнула с облегчением. Это к лучшему. Лео не видел, как ее смутило появление Дженни.
Дальнейшие действия доктора стали для нее тяжелым испытанием и погасили последнюю искру интереса к нежданной мисс Пресли.
– Эта опухоль наводит меня на нехорошие подозрения. Я как-то не придал должного значения рассказу мистера Виттерала о болях, которые вы испытывали.
Продолжая настойчиво прощупывать ногу, врач то и дело задавал вопросы. Тимотия с трудом сдерживала протестующие восклицания, заставляя себя отвечать.
– Ну, мисс Далвертон, – заговорил он, – боюсь, вам придется провести некоторое время без движения. Понимаете, я пока не уверен, но мне кажется, у вас перелом, возможно, двойной.
Тимотию охватило отчаяние.
– Но, доктор! Это же будет срастаться несколько недель!
– Не обязательно, – мягко возразил Пресли. – Понимаете, в лодыжке несколько косточек, и я подозреваю, вы сломали одну или две. Однако если б это был серьезный перелом, я бы увидел искривление ноги. К счастью, этого нет.
– Уже лучше.
– Но не совсем, моя милая. От вас требуется спокойно лежать, а я постараюсь сделать так, чтобы нога была неподвижной. Однако пока я не стану делать перевязку или накладывать шину. Подождем до завтра, посмотрим, как поведет себя опухоль.
– Это означает, что я должна оставаться в постели? – изумилась Тимотия. – И как долго? А если мне что-то понадобится?.. – Она растерянно умолкла. Ясно и без слов, что это означает – быть прикованной к постели неизвестно как долго.
– Ничего, все наладится, – с легкой улыбкой сказал Пресли. – Я дам указания доброй миссис Салкомб, и она сделает все, чтобы вам было удобно.
Наладится? Разве ей будет здесь удобно? Даже если не принимать в расчет всякие повседневные нужды, она не может оставаться в доме у Лео без своей компаньонки. Она вообще не может находиться здесь… учитывая обстоятельства?
– Может, я как-нибудь могу перебраться домой? – спросила Тимотия, хотя не могла не почувствовать страха при одной только мысли о поездке. Ладно, одну ночь можно провести и в Уиггин-Холле.
– О поездке домой не может быть и речи, – с огорченным видом проговорил врач.
– Значит, завтра? Пресли покачал головой.
– Я думаю, мисс Далвертон, вам придется смириться с тем, что вы пробудете в этом доме несколько дольше.
Глава седьмая
Тимотия ошеломленно смотрела на врача, осмысливая то, что он сказал. Она не может уехать к себе. Она должна остаться в доме Лео. Должна лежать тут, на этой кровати, в этой комнате. Все против нее. Ведь можно было свалиться где-нибудь в другом месте. Так нет же, судьбе угодно позабавиться, глядя, как она, беспомощная, лежит тут и притом полностью зависит от того самого человека, с которым разругалась в пух и прах!
– А пока, – продолжал доктор Пресли, – я думаю, надо постараться облегчить ваше состояние. – Он повернулся к домоправительнице. – Миссис Салкомб, пожалуйста, холодный компресс. Можно просто намочить полотенце. А если найдется лед – даже лучше. Компресс из мелко наколотого льда ускорит процесс. Мы хотим, мисс Далвертон, убрать опухоль, тогда уменьшатся и боли.