Рабыня дракона
Шрифт:
«Меня оно все же задело. Правда, касалось только моей избранницы. Даже жены. Поэтому так долго я не спешил с выбором супруги. Проклятие заключалось в том, что если я наконец-то найду ту, с которой суждено прожить всю жизнь, то сделать ее своей супругой смогу только при определенных условиях…»
Эриас сжал губами мой сосок, скользнул пальцами вниз по животу. Огладил, прежде чем, мягко надавливая, провести по складочкам и приласкать клитор. По телу молнией пронеслась волна удовольствия, стон утонул в новом жадном поцелуе, забирающем всякую возможность мыслить
«Я могу жениться только на любимой девушке, в шестой айт от восхода солнца, в месяц Моря, во время, когда на землях предков будет беда…»
Смысл слов понятен, но я плавилась от его прикосновений и собственного горячего желания, поэтому не могла ничего сказать. Да мне и не давали.
— Коснись меня, — велел Эриас, и по взгляду я поняла, как именно он хочет, чтобы его коснулись.
Сделав рваный вдох, я провела кончиками пальцев по его возбужденному члену, снова ощутила, как полыхнули щеки румянцем. Потому что так еще к мужчине никогда не…
Эриас не выдержал, глухо зарычал, подхватил меня под бедра и, удерживая на весу, посмотрел в глаза. Ничего не говоря, я обвила руками его шею, запуская пальцы в черные шелковистые волосы.
— Скрести ноги у меня на пояснице, — шепнул Эриас, — так будет удобнее и… приятнее.
Я повиновалась, делая так, как он говорит.
Еще несколько секунд он смотрел на меня, в сиреневых глазах полыхало ослепительное пламя.
— Моя, — выдохнул он и вошел в меня, заставляя вскрикнуть и прижаться крепче. — Моя… Никому не отдам.
Казалось, Огненный Цветок распускается в нас самих, напитывая каждую клеточку телу жаром страсти.
Эриас ритмично двигался, я всхлипывала от каждого толчка и растворялась в сильных и безумно нежных руках своего мужчины. Да, своего… Мне больше никто не нужен, кроме него. Любовь, страсть… Не знаю, но никого в жизни я не хотела так, как его.
Он словно чувствовал все мои желания, ласкал и двигался так, как того хотелось мне. Боги, да…
Наслаждение настолько ярко накрыло нас, что, кажется, Огненный Цветок вспыхнул неземным огнем, накрыв нас невероятно жарким пламенем.
— Моя, — прорычал Эриас, сжимая мое содрогающееся в оргазме тело.
— Мой… — эхом отозвалась я и прижалась к его губам.
Навсегда мой. И никак иначе.
А потом меня окутала ласковая тьма. И уж не понять, остались мы или как по волшебству перенеслись домой.
…А потом Эриас поругался с отцом. Тот боялся за сына, отговаривая от женитьбы. Дети не отходили от меня, а Эриас ходил мрачнее тучи. Мы даже один раз почти поссорились. Его смерть мне не нужна. Однако он был тверд и во чтобы то ни стало желал сделать меня своей. Поэтому велел готовиться в полету в храм, а сам пообещал вернуться через два айта…
ЭПИЛОГ
Спустя 244 дня, Месяц Меда
— Ромеда! Ромеда! — в один голос заверещали Агная, Ниобея и Филомела. И кинулись мне навстречу.
— Чтоб я еще раз согласился везти на спине трех девиц сразу, — глухо проворчал огромный черно-красный дракон и взмахнул крыльями.
Девчонки
Но он сам вызвался привезти сестренок, поэтому нечего бурчать. К тому же мелкие явно от него в восторге. А Эриас, со своими делами и строительством драконьей обсерватории, совсем никак не мог вырваться. Вот и… пришла родственная помощь.
Дракон взлетел, а я повела сестер в дом.
— Ну как ты тут, как? — не успокаивалась Агная.
— Да видно как, — хмыкнула Филомела и ласково провела ладонью по моему уже очень солидно округлившемуся животу.
— А я когда вырасту, выйду за него замуж! — вдруг громко объявила Ниобея, и мы все притихли.
— За кого? — осторожно уточнила я.
— За дракона, который нас привез, — невозмутимо ответила она. — Все же видели, какой он красивый и сильный?
Мы рассмеялись. Я провела сестер в свои комнаты, теперь уже возле покоев самого Павшего царя Драконодола. С тех пор как Эриас снял с меня ошейник, сделал своей женой в храме Солнце и ввел в дом, мне доставалось все самое лучшее. Правда, уговорить его повидаться с сестрами удалось только после того, как я понесла нашего первенца. Как известно, капризы и пожелания беременных женщин лучше выполнять. Иначе быть беде. Особенно для того, кто их не выполнил.
Мы расселись на низких диванах, слуги принесли сладости и молодое вино. Сестры во все глаза рассматривали окружающую обстановку.
— Здорово у тебя тут, — наконец-то сказала Агная. — У нас после смерти матери стало не так.
Они вздохнули. Я о смерти матери знала, поэтому известие не стало ударом. Некоторое время мы молчали. Эриас однажды рассказал, что царица Кассио добровольно принесла себя в жертву морю, чтобы искупить вину перед народом и единственной дочерью. А следов предателя Финаса никто не мог отыскать… Поговаривают, что это все дело рук богов. Да только кто теперь уж угадает…
Все вообще закрутилось с такой скоростью, что я и не успела понять, что происходит. До сих пор еще не могла осознать, что мы с Эриасом теперь муж и жена.
После того, как он оставил меня и отправился за советом к оракула, казалось, не прошло и недели. А на самом деле — восемь месяцев, даже чуть больше. Иан убедил его не тянуть, не слушать отца и вести меня в храм. По словам оракула выполнялись все условия для снятия проклятия. Огненный Цветок признал наши чувства. Был месяц Моря, нужное время еще не наступило — оставалось целых два с половиной айта. Что касалось беды на земле предков, так она и была там. Морское чудовище, гибель царицы, горе царя Кефея и сестер. Злобная родственница Эриаса была не слишком сильна в магии, поэтому и не смогла наложить проклятие, как хотела. В итоге наша свадьба никому не причинила вреда. Даже потом Павший царь Драконодола признал, что доволен тем, как все вышло.