Раба любви

Мэримонт Лесли

Завернувшись в одеяло, она слезла с кровати и, подойдя к креслу, присела перед ним на корточки.

Брайан был обнажен, но его нагота сейчас совершенно не взволновала Кэтрин, настолько сильно ее встревожило болезненное выражение его глаз и странная нервозность. Никогда еще она не видела Брайана в таком состоянии. Кроме того раза, в больнице.

— Брайан, дорогой, — прошептала Кэтрин, кладя руку на его колено.

Он поднял голову и зло рассмеялся.

— Что, дорогая Кэтрин?

За внешней нежностью этих слов чувствовалась издевка.

Убрав

руку на подлокотник, она пристально вгляделась в лицо Брайана, пытаясь понять, что с ним происходит.

— В чем дело?

Брайан вздохнул, как ей показалось, устало.

— Я все равно не в силах объяснить тебе. Скажем так, я надеялся на то, что все может стать по-другому, однако этого не случилось. Увы, как постелешь, так и выспишься.

— Ты прав, я не понимаю, о чем ты говоришь…

Однако, кажется, она начала догадываться. Брайан пытался объяснить, что не в состоянии переделать себя. Он просто любитель женщин, неспособный на настоящую любовь. Человек, который, несмотря на желание сделать приятное отцу, женившись и заимев детей, просто не в состоянии принять претивший ему образ жизни.

— Тебя расстроили слова отца, да?

Брайан с удивлением посмотрел на нее.

— Тебе хотелось бы угодить отцу, — осторожно продолжила Кэтрин. — Но ты отлично знаешь, что семейная жизнь не для тебя. И ты прав, Брайан: жениться без любви — самое последнее дело на свете!

Его взгляд подтвердил, что она угодила в самое больное место.

— А ты, Кэтрин? Собираешься ли ты когда-нибудь выйти замуж?

— Нет, — с тоской в голосе призналась она. — Нет, не собираюсь…

Как права оказалась Джейн! Забыть Эдвина она, конечно, сможет. Разве уже не забыла? Но Брайана? Нет… Брайана забыть невозможно. Разве способен какой-нибудь мужчина сравниться с ним?

Поэтому Кэтрин решила не откладывать дело в долгий ящик.

— Я… я хотела сказать тебе об этом утром, — начала она, собравшись с духом. — Думаю, что нам пора вернуться к прежним дружеским отношениям.

Брайан был искренне поражен ее словами.

— Почему? Разве тебе было плохо со мной?

— Сам знаешь, что хорошо. Однако…

— Однако — что?

— Мне кажется, этого не достаточно.

— А что для тебя было бы достаточно, Кэтрин? — фыркнул он. — Быть влюбленным в своего любовника?

— Что-то в этом роде.

— Так что же тебе остается? Начать вести целомудренный образ жизни, и так до конца твоих дней?

— Возможно.

— Никогда не поверю, что женщина, столь самозабвенно предававшаяся любви прошлой ночью, способна отказаться от плотских утех. Я не шучу, Кэтрин, ты действительно можешь свести с ума любого, честное слово. Я совершенно опустошен, если позволено будет так сказать. Если подобное ощущал и он, тогда понятно, почему старина Эдвин всегда возвращался к тебе.

Кэтрин чуть было не заплакала от обиды и унижения. И у Брайана вырвался тоскливый стон.

— Господи, я имел в виду совсем другое. Да не смотри

ты на меня так, Кэтрин! Прости меня. Понимаешь, когда мы оказались с тобой в постели, мне подумалось, что ты представляешь Эдвина на моем месте. А я, черт побери, хотел, чтобы все это было для меня одного!

— Это и было все для тебя! — выкрикнула Кэтрин сквозь слезы. — Дурак, неужели ты этого не видишь? Или ты уже не способен понять, когда тебя любят?

Наверное, если бы она ударила его, Брайан и тогда не удивился бы больше.

Столь непростительно раскрыв свою тайну, Кэтрин вскочила и отвернулась, чтобы не выказать всей степени своего отчаяния.

— Извини, — прошептала она. — Я не хотела этого говорить. Так же, как и влюбляться в тебя, тоже не хотела. Все получилось… как-то само собой…

Ощутив за спиной его присутствие, Кэтрин напряглась. И когда он притянул ее к себе, у нее вырвался страдальческий стон.

— Ты уверена, что испытываешь ко мне именно любовь? — прошептал Брайан, коснувшись губами ее уха.

Кэтрин невольно содрогнулась.

— А что же еще это может быть?

— Действительно — что?

Она повернулась к нему.

— Хочешь сказать, что не веришь мне?

— Я хочу сказать, что ты можешь ошибаться. Люди влюбляются под влиянием внезапного душевного порыва, но такая любовь длится недолго. Сейчас, разумеется, она может казаться настоящей. Поэтому скажи, когда ты говорила, что не собираешься выходить замуж, кто был у тебя на уме — Эдвин или я?

Не зная, как ответить, Кэтрин чувствовала, что в их отношениях наступил критический момент.

— Какое это имеет значение? — воскликнула она. — У меня и в мыслях не было, что ты можешь хотеть на мне жениться.

— Да, но я хочу этого.

У нее, попросту говоря, отвисла челюсть, причем отнюдь не элегантным образом.

— Я люблю тебя, — сказал Брайан. — И хочу на тебе жениться.

Крайнее изумление тут же выплеснулось у Кэтрин в гнев.

— Не смеши меня ради Бога! — выпалила она. — Ты этого вовсе не хочешь!

— Вот видишь, — насмешливо протянул он. — Трудно поверить во что-то кажущееся невозможным только потому, что знаешь человека много лет, причем, по собственному мнению, знаешь досконально. Как это ни смешно, Кэтрин, я полагаю, что ты все еще влюблена в Эдвина, а ты уверена в том, что я люблю только себя самого. Странное положение вещей, не правда ли?

Кэтрин смотрела на него, теперь уже не уверенная ни в чем.

— Вижу, что ты начинаешь что-то понимать, — сухо заметил Брайан. — Но прежде чем сложишь два и два и вновь получишь в сумме пять, позволь сделать тебе предложение.

— Обвенчаться? — воскликнула она.

— Пока еще нет. Я же не полный идиот. Предлагаю продолжить наши отношения, пока мы не выясним правду.

— Любим ли мы друг друга? — Брайан кивнул.

— Именно. А потом, если мы удостоверимся в том, что любим, друг друга, я снова попрошу тебя выйти за меня замуж.