Пятый элефант
Шрифт:
– Э… Вообще-то я говорил об Анк-Морпорке, – осторожно намекнул Ваймс. – «А» – Анк, «М» – Морпорк.
– Мы всегда мечтали побывать там!
– Как только вернусь домой, немедленно вышлю вам три билета на почтовый дилижанс, – пообещал Ваймс, каждую секунду ожидая услышать хруст снега под лапами. – Но, дорогие дамы, будьте так любезны, не могли бы вы одолжить мне те самые штаны…
Женщины поспешили прочь, однако самая молодая задержалась у дверей.
– А в Анк-Морпорке есть долгие и холодные зимы? – спросила она.
– Как правило,
– А вишневые сады?
– Боюсь, ни одного.
Девушка триумфально выбросила вверх сжатую в кулак руку.
– Йес-с-с!
Буквально несколькими минутами спустя Ваймс снова остался в одиночестве. Но теперь он стоял в древних черных шароварах, которые пришлось затянуть на поясе веревкой, а в руках сжимал на диво острый, судя по всему недавно наточенный, топор.
Итак, сколько у него форы? Волкам не приходится постоянно останавливаться, чтобы обследовать себя на предмет надвигающегося инфаркта.
То есть бежать бессмысленно. Волки бегают куда быстрее. Стало быть, следует держаться поближе к цивилизации и к таким ее отличительным признакам, как штаны.
Хотя, возможно, время играет на стороне Ваймса. Ангва крайне неохотно рассказывала о своем мирке, однако как-то раз она вскользь упомянула, что вервольфы, приняв какой-то облик, медленно, но верно теряют качества, свойственные другому их облику. После нескольких часов, проведенных на двух ногах, обоняние из сверхъестественного становится просто хорошим. А если слишком долго находиться в облике волка, ты становишься как будто… пьяным (по крайней мере, Ваймс именно так определил для себя это состояние): мозг еще пытается отдавать приказы, но все тело ведет себя очень глупо. Человеческая половина начинает терять контроль.
Он снова окинул взглядом амбар. На верхний ярус вела лестница. Ваймс поднялся по ней и выглянул из незастекленного окошка на заснеженный луг. Неподалеку виднелась река, на берегу которой стояло некое сооружение, похожее на лодочный сарай.
Что ж, попробуем мыслить как вервольф…
У амбара вервольфы замедлили бег. Их вожак посмотрел на своего заместителя и кивнул. Тот вприпрыжку поскакал к лодочному сараю, все прочие последовали за Вольфом. Последний на мгновение перекинулся в человека – чтобы закрыть дверь и задвинуть засов.
Однако, чуть углубившись в амбар, Вольф вдруг остановился. Вокруг высились беспорядочно разбросанные стожки сена.
Вольф легонько провел перед собой лапой, и с туго натянутого каната, обнаружившегося под сеном, полетели клочья пеньки.
Вольф набрал полную грудь воздуха, и остальные вервольфы, поняв, что сейчас произойдет, тактично отвели глаза. На месте волка возникла борющаяся сама с собой бесформенная масса, но буквально сразу же эта масса слепилась в человека. Недоуменно моргая, Вольф распрямился. Все выглядело так, будто какое-то первобытное существо встречало рассвет разума.
«Забавненько… –
– О, ваша светлость, – сказал Вольф, внимательно оглядывая амбар. – Ловушка? Как… цивилизованно.
Он наконец заметил стоявшего на верхнем ярусе Ваймса.
– И каково было ее назначение, ваша светлость?
– Отвлечь противника, – сообщил Ваймс, наклоняясь, чтобы поднять масляную лампу.
Бросив лампу на сухое сено, он сильным щелчком послал следом за ней сигару, схватил топор и выпрыгнул в окно как раз в тот момент, когда масло с глухим гулом воспламенилось.
Ваймс упал в сугроб, кое-как выбрался и побежал к лодочному сараю.
Туда вели следы – не человеческие. Приблизившись к двери, Ваймс широко размахнулся и нанес удар по темноте внутри сарая. В ответ раздался громкий, резко захлебнувшийся взвизг.
Хранившийся в полуразрушенном сарае челн был наполовину залит темной водой, но Ваймс даже не позаботился ее вычерпать. Приладив пыльные весла, он ценой больших усилий и малой скорости вывел суденышко в реку.
Затем Ваймс обернулся и издал громкий стон. Вольф бежал по снегу в сопровождении своей стаи. Похоже, ряды вервольфов нисколечко не поредели.
– Очень цивилизованно, ваша светлость! – крикнул Вольф, приложив ладони к губам. – Одна лишь ошибочка вышла. Когда вы, ваша светлость, поджигаете амбар с волками, они начинают паниковать! Но если это вервольфы, один из них просто открывает дверь! Вервольфов невозможно убить, господин Ваймс!
– Скажи это тому, кто валяется в лодочном сарае! – крикнул Ваймс в ответ и почувствовал рывок: течение подхватило челн.
Вольф оглянулся на сарай, после чего снова поднес ладони к губам:
– Он поправится, господин Ваймс!
Ваймс едва слышно выругался, потому что, вопреки его надеждам, два вервольфа прыгнули в реку и, мощно рассекая воду, устремились к противоположному берегу. Откуда? Почему? Это ведь чисто собачье поведение! С радостью нырять в любую уличную лужу и отчаянно сопротивляться, когда ты пытаешься запихнуть их в ванну.
Вольфганг бежал легкой трусцой вдоль реки. Два вервольфа добрались до противоположного берега и уже вылезали из воды. Волчьи клещи вот-вот готовы были сомкнуться.
Но течение несло суденышко все быстрее. Ваймс обеими руками принялся вычерпывать воду.
– Вольф, в состязании с рекой вы рано или поздно все равно проиграете! – крикнул он.
– Спасибо за заботу, господин Ваймс! Но тут вопрос стоит несколько иначе: кто выиграет в другом состязании – вы или водопад? До скорой встречи, Цивилизованный!
Ваймс посмотрел вперед. Река ниже по течению выглядела какой-то… укороченной. Он прислушался, и его чуткий на неприятности слух уловил далекий грохот.