Пятый элефант
Шрифт:
– А еще очень важно то, как ты кразачишь своего Г'ардргха, – добавила капрал Задранец.
– Не осмеливаюсь даже уточнять, – сказал Ваймс.
– Боюсь, я все равно не смогла бы объяснить, – пожала плечами Шелли.
– А этот самый Гаадрергхух у меня вообще есть? – спросил Ваймс.
Шелли слегка поморщилась при неправильном произношении.
– Разумеется, сэр. Он есть у каждого. Но только гном умеет кразачить его надлежащим образом. Ну, или гномиха, – добавила она, подумав.
Ваймс вздохнул и опустил взгляд на пометки
– Шельма, я наделаю кучу ошибок, – пожаловался он.
– Об этом можете не волноваться, сэр. Нет такого человека, который бы не ошибся. Но большинство гномов поймут и оценят ваши старания.
– Ты уверена в том, что хочешь поехать?
– Мне все равно пришлось бы столкнуться с этим, сэр. Рано или поздно.
Ваймс печально покачал головой.
– И все же, Шельма, я не понимаю. Столько шума из-за того, что какой-то гном, оказавшийся женщиной, пытается вести себя как… как…
– Настоящая дама?
– Вот именно, спасибо. И в то же время все как будто не замечают Моркоу, который никакой не гном, а самый настоящий человек…
– Никак нет, сэр. Он гном, как и утверждает. Он был усыновлен гномами, исполнил Й'град, соблюдает ж'каргру, насколько это возможно в городе. Следовательно, он – гном.
– Но он почти два метра ростом!
– Он очень высокий гном, сэр. Но если бы он захотел стать человеком, мы бы не стали возражать. Даже с друдак'аками не возникло бы проблем.
– Шельма, пожалей меня. У меня и так уже все горло саднит. Это еще кто такие?
– Видите ли, сэр, большинство гномов придерживаются достаточно… как вы это называете, либеральных взглядов. В основном все они родом из окрестностей Медной горы. Они прекрасно ладят с людьми. Некоторые даже признают, что у них есть… дочери, сэр. Но многие из более… старомодных… убервальдских гномов не настолько продвинуты. Они ведут себя так, словно Б'хриан Кровавый Топор до сих пор жив. И мы называем их друдак'аками.
Ваймс сделал попытку процитировать соответствующее гномье присловье, хотя для того, чтобы хорошо разговаривать на гномьем (если это вообще возможно), нужно изучать этот язык всю жизнь и одновременно страдать хроническим воспалением горла.
– …«Поверхностно-отрицательно… они вылезать»… – запинаясь, выговорил он.
– «Они недостаточно часто бывают на свежем воздухе», – поправила-подсказала Шелли.
– Ну да, точно. И они считали, что новый король будет выбран из ихних?
– Говорят, Альбрехт никогда в жизни не видел солнечного света. Никто из его клана не бывал на поверхности днем. Убервальдцы были уверены, что королем станет он.
«А все случилось совершенно иначе, – подумал Ваймс. – Некоторые из убервальдских гномов не поддержали его. И мир продолжал двигаться дальше. Многие гномы родились
7
Главное – бить посильнее.
Ваймс задумчиво постучал карандашом по блокноту. «И из-за всего этого, – подумал он, – гномы лупят друг друга по башке на моих улицах».
– В последнее время мне частенько попадаются на глаза гномьи паланкины, – сказал он. – Как правило, их несет парочка троллей. Толстые кожаные занавески, все такое…
– Друдак'аки, – кивнула Шелли. – Очень… традиционные гномы. Если им приходится выходить на улицу днем, они всячески избегают солнечного света.
– По-моему, еще год назад ничего такого у нас не встречалось.
Шелли пожала плечами.
– Сейчас в Анк-Морпорке очень много гномов, сэр. А друдак'аки могут жить только среди гномов. Но теперь им вовсе не обязательно иметь дело с людьми.
– А что, мы им так не нравимся?
– Они не станут даже разговаривать с человеком. Сказать по чести, они и не со всяким гномом заговорят, настолько они разборчивы.
– Но это уже просто глупо! – воскликнул Ваймс. – А где они берут еду? Всю жизнь на одних грибах не проживешь! Как они торгуют рудой, запруживают реки, добывают лес для укрепления своих шахт?
– Ну, за это получают деньги другие гномы. Или нанимаются люди, – ответила Шелли. – Друдак'аки могут себе это позволить. Они очень хорошие рудокопы. По крайней мере, владеют очень богатыми рудниками.
– А по-моему, эти твои друдак'аки – самая обычная шайка… – Ваймс вовремя прикусил язык.
Как любил провозглашать щедрый на доброту Моркоу, мудрый человек должен уважать чужие обычаи. С данной концепцией Ваймс был не совсем согласен. К примеру, в мире существовали племена, в обычаи которых входило потрошить людей, как моллюсков. Подобные привычки не вызывали у Ваймса ну абсолютно никакого уважения.
– Я мыслю не по-дипломатически, да? – спросил он.
Шелли бросила на него нарочито безразличный взгляд.
– В дипломатии я ничего не смыслю, сэр, – сказала она. – Кроме того, вы ведь так и не закончили фразу. Но многие гномы уважают друдак'аков. Они видят их… и на сердце легчает.
Ваймс озадаченно воззрился на нее. А потом до него дошло.
– А, понял, – кивнул он. – Они видят этих своих друдак'аков, возносят очи к небу и провозглашают: «Хвала богам, что есть те, кто еще поддерживает старые традиции». Я прав?