Пятьсот лет спустя

Браст Стивен

– Да, пожалуй, вы правы. И что же?

– Возникает вопрос: откуда он мог получить такую информацию?

– В самом деле, – признался Кааврен, – я не подумал.

– Не знаю ответов ни на одну из этих загадок, но мне известно, где их следует искать.

– И где же?

– Премьер-министр.

– Джурабин?

– Точно.

– Но, Пэл, почему именно Джурабин?

Пэл улыбнулся:

– Речь-то идет о леди Алире э'Кайран, до меня дошли сплетни, будто Джурабин столь увлекся ею, что совсем ничего

не видит вокруг, хотя глаза его никогда не отличались особенной ясностью.

– Хм-м-м. Мне следует обдумать то, что вы мне сказали.

– Относительно самого заговора тут я вынужден полностью с вами согласиться, Кааврен. Все признаки хорошо продуманного плана. Даже слишком. Действительно не представляю, за какую ниточку следует потянуть.

– Этого я и опасался, – вздохнул Кааврен.

– Хотя, – неожиданно добавил Пэл, – мне вдруг пришло в голову, что есть сразу два места, где можно попытаться отыскать концы.

– Ну так расскажите мне о них, чтобы я мог с чего-то начать.

– Ну прежде всего Джурабин, по причине, о которой я уже упоминал.

– Да, насчет Джурабина все ясно.

– А потом – императрица, поскольку рано или поздно ниточки всех интриг ведут к ней.

– И тут вы правы, – согласился тиаса. Капитан немного подумал, а потом сказал: – Ну, вы указали мне несколько направлений для расследования. Утром я обязательно им займусь.

Нам следует добавить: голос Кааврена звучал уверенно, но душу его обуревали сомнения – тиаса умел допрашивать узников, но не имел ни малейшего представления о том, как следует действовать в столь щепетильных делах.

– И с чего вы решили начать? – поинтересовался Пэл.

– С чего? Еще не думал.

– Выбирайте – а я зайду с другого конца.

– Вы? – вскричал Кааврен.

– А почему бы и нет?

– Значит, вы поможете мне в расследовании?

– С превеликим удовольствием; у меня сложилось впечатление, что мы столкнулись с очень серьезным противником, и мне не терпится принять участие в этой борьбе. Кроме того, – добавил Пэл с улыбкой, – я не забыл нашей дружбы. Так вы принимаете мою помощь?

– Ничто не сделает меня счастливее, – совершенно искренне ответил Кааврен.

– Тогда с кого вы предпочитаете начать?

– Со своей стороны, – ответил Кааврен, – я бы начал с Джурабина, которого знаю гораздо лучше чем императрицу. Таким образом, вам придется иметь дело с ее величеством, а мне прекрасно известно, что у вас есть особый дар обращения с леди, которым мне так и не удалось овладеть.

Пэл слегка покраснел:

– Что ж, договорились. – Неожиданно он нахмурился и добавил: – Интересно, где сейчас наши друзья?

– Не знаю, – сказал Кааврен, – но меня это тоже беспокоит. – Потом тиаса вздохнул. – Боюсь, я должен сообщить вам еще кое-что.

– Да, я внимательно вас слушаю, мой друг.

Судя по выражению вашего лица, речь идет об очень серьезных вещах.

– Боюсь, что так, дорогой Пэл. Что вы на это скажете? Я нашел его в пачке писем, которые просматривал, когда ждал вас в своем кабинете. – Он вытащил из кармана несколько сложенных вместе листков бумаги и протянул их йенди.

– Пожалуй, – сказал Пэл, быстро просмотрев листки, – плохо напечатанный памфлет, состоящий из неудачных портретов придворных, сплетен, слухов и бездарных стихов.

– Вам приходилось видеть подобные вещи раньше?

– Безусловно, мой дорогой Кааврен. Вы совершенно напрасно расстроились. Когда в них насмехаются…

– Вы просмотрели их недостаточно внимательно, друг мой.

– В самом деле? И что же бросилось вам в глаза?

– Вы заметили рисунок на странице слева?

– Да, похоже на попытку изобразить императора занимающегося делом, которое он, несомненно, исполняет каждый день, однако картинка унижает величие Империи. И все же…

– А теперь взгляните чуть ниже.

Пэл быстро прочитал подпись, нахмурился, посмотрел на Кааврена и сказал:

– Да уж.

– Теперь вы понимаете, что меня тревожит?

– Юмор слишком груб, язык ужасен, но смысл состоит в том, что ее величество вместе с купцами намерена обобрать народ.

– Именно.

– Я впервые сталкиваюсь с подобными обвинениями.

– И вы думаете?..

– Как и вы, Кааврен… очень дурной знак.

– И все же попытки изъять памфлеты…

– Верно. Только ухудшат положение.

Кааврен кивнул:

– Нас ждут тяжелые времена, Пэл.

– Вы правы. Не завидую вашей должности.

Тиаса вздохнул:

– А может, беды нас минуют.

– Возможно, – сказал Пэл. – Но когда люди начинают шептаться о заговорах между купцами и аристократией…

– Да. Похоже, народ живет гораздо хуже, чем я предполагал, так что нельзя исключать возникновения серьезных беспорядков.

– Ну, тут мы ничего поделать не можем, – заметил Пэл.

– Действительно. И все же пока на город не спустилась ночь, можно еще кое-что успеть. Завтра нас ждет много дел, но спать ложиться еще рано.

– Правда? – спросил Пэл – Тогда скажите мне, и я постараюсь вам помочь, конечно, если это в моих силах.

– Никто не справится с этим лучше вас, – заверил Кааврен своего старого друга.

– Тогда я слушаю.

– Вот о чем речь. Сегодня я беседовал с одним теклой, который поделился со мной некоей информацией, я обещал выпить за его здоровье. Сейчас мне пришло в голову, что такие вещи полагается делать в компании, и я не могу придумать компании лучше. Поэтому, если вы не против, мы поднимем бокалы за здоровье этого теклы, а потом – ча! – за здоровье друг друга. Как вам моя затея?