Пятница, тринадцатое

Серова Марина Сергеевна

Конечно, Милена была весьма заинтригована моим рассказом — ведь кто-то еще, кроме них, затеял маскарад! Жизнь снова приобрела для нее интерес, и Волкова теперь явно приободрилась, глаза ее заблестели, а руки машинально поправили прическу.

Я, разумеется, не могла рассказать ей, кто такой Егор на самом деле, но Волкова просекла, что пьянчужка тоже не лыком шит, хотя и не могла понять, какую цель он преследует. Тем более ей интересно будет наблюдать в дальнейшем, как станут развиваться события.

В общем, душевное равновесие

Милены Волковой было восстановлено. И каким простым способом! Всего-навсего надо было ее заинтересовать…

Хорошо, что она передумала вызывать милицию — зачем отбивать у Егора его хлеб? Пусть работает! Коллега как-никак…

* * *

Однако Милена Волкова, сама того не подозревая, оказалась из разряда пророков. Ее беспокойство и волнение, ее ожидание и в то же время боязнь «большой крови» и «смертоубийства» имели под собой достаточно веские основания. Хотя совсем по другому поводу и по отношению к совсем другим людям.

Совершая очередной вечерний моцион, я сделала большой круг по всей территории санатория. Я старалась «проветрить» мозги, чтобы очистить их от бесплодных версий, которые одолевали меня последние полтора часа: явное следствие кризиса умственных способностей. Надо попробовать взглянуть на ситуацию с какой-то иной точки зрения, пробиться к новой возможности понимания…

Ба, да это что такое?

На этот раз уже знакомая мне девятьсот шестидесятая модель «Вольво» стояла у ворот санатория. А вот и силуэты тех же самых людей, что приезжали к Капустину, — два человека быстрым шагом удалялись по дорожке в направлении первого корпуса.

Я уже было собралась проследовать за ними, как вдруг появился еще один автомобиль.

Черный джип с заляпанными грязью колесами остановился рядом с «Вольво». Сидевший за рулем хмурый человек с перебитой переносицей высунулся из окна и, внимательно посмотрев на номер припаркованной у ворот машины, удовлетворенно кивнул и что-то сказал своим спутникам. Захлопали дверцы, и из машины выскочили четверо парней. Они сгрудились возле водителя, который шепотом стал им что-то объяснять, то и дело кивая на «Вольво».

Внимательно выслушав инструкции, пассажиры джипа рассредоточились. Двое направились прямиком за ворота санатория, трое оставшихся неторопливо зашагали в сторону леса, примыкавшего к первому корпусу.

«Похоже, начинается что-то интересное, — подумала я, глядя на эти перемещения. — Господину Капустину так и не дадут отдохнуть как следует».

Я решила отследить возникшую ситуацию и быстрым шагом направилась вслед за гостями — как мне казалось, явно непрошеными.

Я обогнала двоих из джипа, срезав угол и пройдя напрямик через лужайку. Еще несколько шагов, и я оказалась в непосредственной близости от уже знакомых мне людей, приезжавших ранее к Капустину.

Они подходили к корпусу, и мне, тихо шедшей вслед за ними, были слышны обрывки их разговора. Судя по тому, что я услышала, кое-кого

сегодня вечером ожидали серьезные неприятности.

— Босс ведь строго-настрого запретил нам его беспокоить, — озабоченно бормотал тот, что сопровождал высокого человека с золотой цепью на шее.

— Особые обстоятельства, ничего не попишешь, — сквозь зубы процедил широкоплечий. — По совести говоря, отдыхать сейчас слишком большая роскошь даже для такого человека, как босс.

— А нельзя было позвонить? — опасливо спрашивал его спутник. — В прошлый раз хозяин задал нам шороху.

— Да, он это умеет, — нехорошо усмехнулся бугай с золотой цепью. — Но телефон босс отключил и включать не собирается, пока не отдохнет на полную катушку. Так что звонки исключены и наше появление здесь сегодня неизбежно. В общем, босс сам виноват, что ему придется нас лицезреть, хотя мне и не следует так говорить.

— Почему?

— Потому что босс всегда прав, — коротко ответил человек с квадратными плечами. — И если ты этого не усвоил до сих пор, то мне непонятно, как ты еще не вылетел из фирмы.

— Я все усвоил, — торопливо стал оправдываться парень, похожий на типичного охранника, он даже не трудился прятать выпирающую из-под пиджака кобуру. — Только я одного не пойму…

— Ну? — с легким раздражением переспросил его спутник. — Выкладывай.

— С какой стати босс забрался в эту дыру? — И охранник обвел рукой окрестности санатория. — Даже я могу позволить себе там Анталью или Дубаи. Ты, Ромка, так вообще на Мальдивы да Сейшелы катаешься…

Ромка усмехнулся.

— Правильно мыслишь, Коротышка, — похвалил он парня. — Только до конца не додумываешь. Если ты — по Турциям, я — по островам отдыхаем, то босс вообще пропахал с семейством все мыслимые и немыслимые места. Вот для тебя что такое экзотика?

Коротышка призадумался.

— Ну, Африка какая-нибудь или Северный полюс, — неуверенно произнес он.

— Во-во, — кивнул Ромка. — Проехали. В смысле, босса. Ему уже земли мало, понял? Анекдот про другой глобус припоминаешь? То-то. Сафари, джунгли и прочая хреновина для господина Капустина — вчерашний день. Вот и получается, что санаторий на родной земле — самая настоящая экзотика, потому что в Нью-Йорке или в Амстердаме босс давным-давно будто у себя дома. Когда я с ним в Цюрих летал, он даже умудрялся местным жителям дорогу объяснять, понятно теперь?

Коротышка изумленно покивал. Похоже, объяснение Ромки его потрясло, и теперь он обдумывал, до какой же степени пресыщенности дошел Максим Капустин, если он теперь ловит кайф от отдыха на родных просторах.

— Впрочем, хватит болтать, — резко оборвал свою речь Ромка. — Сейчас главное — дать боссу быстро наорать на нас, чтобы он уложился за минуту-другую, а потом так же быстро обрисовать ему ситуацию. Эти сволочи могут набраться наглости и нагрянуть прямо сюда. Представляешь, что может начаться?