Пятьдесят три карты
Шрифт:
предусмотрительно отправив вперед мужа.
– Рэм, здравствуй, сочувствую твоему горю.
– Спасибо, - холодно ответил я, пытаясь отвязаться от
нее. Мы были уже у выхода и она, чувствуя, что сопровождать
дальше меня неудобно, скороговоркой шепнула:
– Завтра вечером у меня банкет, будут все свои, прихо
ди.
Я ничего не ответил. Из крематория вернулись поздно.
Тесть, убитый горем, не хотел в эту ночь оставаться один и
попросил
я, скрепя сердце, согласился. Мы сидели в его комнате, и он
все время говорил о дочке, расхваливая ее многочисленные
добродетели. Я,не слыша его, с ужасом следил за стрелками
своих часов. В кабинете старика часов не было. Они своим
стуком напоминали ему об уходящей жизни. Без трех минут
двеннадцать я вышел из кабинета, предупредив, что сейчас же
вернусь. Войдя в свою комнату, я заперся на ключ и, не за
жигая света, уселся к столу. Через несколько минут раздался
тонкий мелодичный звон, и я увидел в полумраке женскую фи
гуру. Она потопталась на месте и тихо спросила:
– Здесь есть кто-нибудь?
Я ничего не ответил. Я хоть и хотел, чтобы она пришла,
но боялся за ее несвоевременное появление. Она осторожно
пошла к двери, вытянув вперед одну руку.
– Как темно...
– прошептала она. У двери она останови
лась и стала шарить по стене, отыскивая выключатель.
– Не надо зажигать свет, - тихо сказал я.
– Ой, кто здесь?
– испуганно вскрикнула она, повернув
шись ко мне.
– Это я.
– Почему здесь так темно? Вы здесь живете?
– Да, а темно потому, что я хочу побыть в темноте.
– Но ведь страшно.
– Нисколько. Бояться нечего.
– Я хочу вас видеть.
– Идите ко мне.
Она подошла. Я увидел голые плечи, отливающие лунной
белизной, и золотоголовую головку с большими испуганными
глазами. Я обнял ее за талию и посадил на колени. Она попы
талась протестовать.
– Послушай меня, - остановил я ее безуспешное барах
танье. Она затихла.
– У меня умерла жена и я должен сейчас идти к безутеш
ному тестю, он ждет меня в своем кабинете. Вы подождите ме
ня здесь. Я скоро вернусь.
– А я буду здесь совсем одна, в темноте?
– Ну что же. Это всего несколько минут.
– Я все равно боюсь.
– Ну, я зажгу свет.
Она подумала.
– Ну, хорошо, я подожду.
Если через полчаса вы не вернетесь, я приду к вам.
– Ни в коем случае, - зашептал я, поднимаясь со стула,
– ждите меня здесь. Я опустил шторы
настольную лампу. Теперь я мог получше рассмотреть ее. На
ней была сиреневая блузка широким декольте открывающая шею
и грудь, и черные трусы. Красивые золотистые волосы обрам
ляли строгое нежное лицо с ярко-красными пухлыми губами.
Большие карие глаза смотрели на меня с удивлением и стра
хом. Увидев, что она босиком, я дал ей свои ночные туфли.
– Ждите, я скоро приду.
Она согласно кивнула головой, удивленно озираясь. Ста
рик уже нервничал, когда я вошел, глянул на меня с укором и
подозрением.
– Извините, я плохо себя чувствую с дороги, - попытался
об'яснить я.
Он молча кивнул и, глядя на огонь, погрузился в свои
мысли. Я нарочно зевал, изображая неодолимую сонливость.
Наконец старик вздохнул и тихо сказал: - извини, Рэм, я не
должен был так тебя утомлять с дороги. Иди спать, а завтра
не ходи на завод. Я справлюсь один. Пришли ко мне Макса, я
почему-то боюсь одиночества. Откланявшись, я вышел. По те
лефону вызвал телохранителя тестя Макса и побежал к себе.
Полчаса уже прошли, я боялся, что девчонка наделает ка
ких-нибудь глупостей. Она спокойно сидела за моим столом и
рассматривала наш семейный альбом. Я облегченно вздохнул и
подошел к ней. Увлекшись, она не заметила, когда я вошел, и
испуганно вздрогнула.
– Вы уже вернулись? Как я испугалась!
– она захлопнула
альбом и посмотрела мне в глаза.
– Вы устали?
– Немножко.
Ее красивые оголенные плечи возбуждали во мне желание
впиться в них зубами и почувствовать на зубах нежную бар
хатную мякоть. Я погладил ее рукой по оголенной груди, пы
таясь просунуть руку под блузку. Но она движением тела от
странилась от меня.
– Не надо.
Но в меня уже вселился бес плотского вожделения, я не
мог удержать своих порывов. Вскочив со стула, я стал за ее
спиной и обхватил ее за плечи. Стал исступленно целовать ее
спину и шею под золотом шелковистых волос. Она вся сжалась
и рукой загородилась от меня.
– Зачем вы так? Не надо.
– Надо, - задыхаясь ответил я и с еще большей страстью
стал целовать ее, постепенно захватив ее пухлые мягкие гру
ди в свои руки. Сопротивления ее ослабли и она, тяжело ды
ша, откинула голову назад. Я приник к губам ее полуоткрыто
го рта, и она обхватила мою голову своими руками, постепен