Пять вечеров
Шрифт:
Тимофеев. Куда же ты сейчас пойдешь – ночь!
Ильин. Не погибну. (Надел пальто, ушел.)
Пятый вечер
Вы замечали, сколько солнечного света может вместить ледяная сосулька? Одна за другой с нее падают капли, а она все сверкает! Нет, еще не весна, до нее далеко. Еще и сессия не кончилась.
Комната Тамары. Слава занимается, Катя в сторонке играет на гитаре.
Слава.
Катя. Да? А мне говорили…
Слава. Весомость исчезает в той точке, где притяжение Земли и Луны уравновешивается.
Катя. В атмосфере?
Слава. Там уже нет атмосферы – безвоздушное пространство.
Катя. Да? А мне говорили… Слава!
Слава. Что?
Катя. Не возвращался?
Слава. Гарун бежал сильнее лани, быстрей, чем заяц от орла.
Катя. Куда бежал?
Слава. В неизвестном направлении. Можно о чем-нибудь другом?
Катя. Пожалуйста. Ты читал, сегодня в газете про вас пишут.
Слава. Про кого, про нас?
Катя. Про химическую промышленность. Громадные перспективы.
Слава. Перспективы – будь спокойна. Химия – наука будущего. Самая абстрактная и в то же время самая практическая из наук.
Катя. Когда теплотехнику сдаешь?
Слава(сморщился). Обязательно надо какую-нибудь гадость сказать! Еще конспекты надо переписывать. А время?
Катя. У Лидочки попроси.
Слава. Просил.
Катя. Испортилась самописка?
Пауза. Слава встряхнулся, разгоняя дурные предчувствия, подошел к Кате.
(Отстранилась.) Руки!
Слава. Пошла ты к черту!
Катя. Ты думал, со мной проще, чем с твоими студентками? Нет, со мной не проще, придется тебе разочароваться.
Слава вернулся к столу.
Слава, а вот ты, наверно, думаешь, что у меня нетрудная работа. Неправильно! Зависит от того, как ее выполнять. Меня, знаешь, как абоненты любят. А главное – очень перспективная работа. Я могу вырасти до диспетчера. Не знаю, мне жалко, что ты недооцениваешь мою специальность.
Входит Тамара.
Тамара. Ко мне никто не приходил?
Слава. Никто не приходил и не придет.
Тамара. Видишь ли, Александр Петрович еще не уехал, а мне очень нужно видеть его по
Слава. По какому делу? Зачем тебе его нужно? Да я тебя запру в комнате, как помешанную.
Тамара(печально). Что он тебе сделал, что ты так на него злишься?
Слава. Все-таки жизнь – зловещая штука. Одного поломала, другую согнула.
Тамара скрылась за ширмой, легла на кровать.
Катя(подошла к ширме). Между прочим, я знаю один адрес, там о нем можно справиться.
Слава. Твое дело сторона.
Тамара поднялась на кровати.
Катя. Он по телефону говорил, с переговорного, я слышала.
Слава. Учти – существует тайна телефонных переговоров.
Катя. Да я не хочу слышать, а слышу. Даже самой неприятно. Он в гастроном звонил, на угол Литейного и Пестеля. Ты скажи ей, может, она сходит.
Слава. Из себя небесное создание строишь, а другие пускай бегают, унижаются.
Катя. И пускай спросит Зою из бакалеи. Уж у нее что-нибудь узнает, либо хорошее, либо плохое.
Слава снова принимается за занятия.
Тамара. Может, чаю выпьете?
Катя(села к столу). С удовольствием.
Слава. Кате пора домой.
Катя посмотрела на Славу. Сорвалась, схватила пальто и, не надев его, выбежала.
Тамара. Зачем ты так?
Слава. Болтает лишнее. (Ушел к себе.)
Тамара тихо встает, одевается и уходит в «Гастроном» на угол Литейного. Свет гаснет. Конторка «Гастронома». За столом сидит Зоя в белом халате поверх пальто. В руках у нее стопка листочков с экзаменационными билетами. Она тасует их, как колоду карт. Открыла верхний листочек, прочитала.
Зоя. «Вафли. Характеристика, качество, сортность». (Задумалась.) Вафли – мелкопористые пластинки с ячеистой поверхностью. У них должен быть свойственный им запах. (Сбросила на счетах костяшку. Недовольна собой, покачала головой. Снова перетасовала билеты, открыла верхний.) «Десертные крепкие вина». Из десертных крепких вин наиболее характерное – это являются портвейны «Масандра» и «Ливадия». (Еще костяшка.)