Пути неисповедимых
Шрифт:
— Лео, я тебе дала яблоко, чтобы ты подкормил одну из них, а не ел его у них на глазах! — вздохнула Бэйр.
— А я попросил как раз для того, чтобы его съесть, — пожимаю плечами и отправляюсь к другому загону.
Хах! В одной книге мужчина из Ишимера точно так же выбирал себе жену. Стояли перед ним десятки красавиц, а он ходил по рядам и с важностью каждую осматривал, а потом выбрал одну, самую последнюю, и жили они долго и счастливо.
Лошадь это, конечно, не жена, но почему бы мне не посмотреть сразу на последнюю, а не ходить вот так вот по всем загонам и терпеть
Решив так, я отправился в конец всего ряда.
— Лео, ты куда? — удивленно спросила Бэйр, отправляясь за мной.
— Хочу посмотреть сразу на последнюю лошадь. Вдруг она мне понравится?… или он?
Последним в строю стоял высокий, с меня ростом тощий жеребец. Серый, в белых крапинках, с белой редкой гривой и с блуждающим взглядом больших, широко рассаженных глаз. На меня он даже не посмотрел, ему было абсолютно все равно на нас, бесцельно копошащихся вокруг людей.
— Хочу этого, — решаю, осторожно подходя к коню. Ради интереса я даже вернулся в свой естественный нелюдской облик, но конь никак не отреагировал: он заметил меня только тогда, когда я положил руку ему на морду, а в другой руке протянул покусанную половинку.
Конь лениво слизнул у меня с руки угощение. Я почувствовал на пальцах его влажный шершавый язык… Это было здорово!
— Что, коня выбираете? — к нам подскочил низкий и прыткий торговец. Он был чуть выше моего живота и на вид напоминал какого-нибудь слевита из картинки в детской книжке.
— Выбираем, — важно киваю.
— Этого? — он кивнул на серого великана, который обвел его шляпу скучающим взглядом, а потом уцепился за нее зубами и стал лениво жевать.
Глядя на это, я расхохотался и окончательно убедился в правильности своего выбора.
— Этого!
— Не стоит, — поморщился торговец, отнимая у коня шляпу. Тот даже не заметил этого. — Он какой-то апатичный, никакого в нем огня нет, никакого запала! Такой только для томных дворянских барышень, а не для путешественников: вы его бежать не заставите, — сказал он, осмотрев мой костюм.
— Но мне он нравится, — возражаю, зарываясь пальцами в длинную челку коня.
— Так-так… — к нам подошел Арланд.
Оттолкнув меня от жеребца, он принялся его осматривать. Посмотрел в уши, подергал их, надавил на места под глазами, ощупал плечи и торс, заглянул под хвост, посмотрел копыта и ноги…
— С севера Агирада, помесь упряжной и верховой, идеален для охоты, послушен и вынослив, быстр и силен… Возраст — пять-шесть лет, — протараторил он, закончив осмотр.
— В точности так, — довольно кивнул торговец.
— Ого! — воскликнула Бэйр. — Да ты в самом деле знаток!
— Еще бы! — усмехнулся Арланд, потрепав коня за ухом. — Леопольд выбрал хорошую лошадь… только сонную немного.
— Он все время спит, — как будто пожаловался нам торговец.
— Мы ему покурить дадим, так он в пути очухается, — уверяю торговца. Тот посмотрел на меня как-то странно.
— Но лошади не курят! — воскликнул он, когда понял, что я не шучу.
— А конь Бэйр курит, иногда по две трубки в день, — отвечаю ему. — Он из-за этого очень нервный, но всегда бодрый.
—
— Он шутит, не переживайте. Конечно же мы не даем лошадям курить, — поспешил успокоить его Арланд, бросив на меня недовольный взгляд.
— Но я правду сказал!…
— Лео, помолчи, — прошептала мне Бэйр, мягко пихнув в бок. — Ты хочешь этого коня или нет?
— Хочу.
— Ну вот тогда молчи про то, что мы с лошадьми курим, а потом в карты с ними играем — нас не правильно поймут.
— Угу, — киваю, понимая, про что мог подумать торговец.
Арланд тем временем уже уговорил его продать нам коня.
— Я принесу деньги через полчаса, идет?
— Я буду ждать вас, господин инквизитор.
— Бэйр, пока я с этим разбираюсь, подыщите Леопольду нормальное седло и узду.
Пока ведьма выбирала для коня все необходимое, я думал, как его назову.
Наверное, лучше было сначала подарить мне котенка или щенка, а потом уже лошадь, ведь я совсем не умею ухаживать за животными и даже имена им выбирать, как оказалось, не умею!
— Может, я назову его Голубь? — спрашиваю у Бэйр, когда мы отошли от одной лавки и вновь стали пробираться сквозь рыночную толпу, пытаясь найти другую.
— Нет, это как-то глупо. Голубь, это голубь, а конь, это конь, — она пожала плечами.
— Предлагаешь назвать его Конь?
— Нет, глупый, — засмеялась Бэйр. — Вот мой Черт, это черт воплоти, сущий демон, а не лошадь. Кобыла Арланда… кстати, я до сих пор не знаю, как ее зовут! Надо бы узнать… В общем, назови своего коня так, как ты его чувствуешь.
— Эмм… Мотылек?
— Это длинно. Не будешь же ты кричать «Мотылек, Мотылек, иди сюда!». А сокращение какое? Мотыль!?
— Тогда, может назвать его Грегор? Гриша?
— Грегор? — Бэйр скривилась. — Это же человеческое имя!
— А, по-моему, ему подходит. И коротко, и звучно.
— Ну… вроде как. Ладно, назови его Грегор. Это твой конь, в конце концов.
— Ага… даже не верится, что у меня будет собственная лошадь!
— Смотрю, эта мысль тебя уже радует, — заметила Бэйр, отпихнув от себя уличного воришку.
— Это лучше, чем ездить на Арланде, — отвечаю.
— И когда это вы успели не поладить? — удивилась ведьма, улыбнувшись. — Вы же почти не общались!
— Почему? Я следил за ним с тех самых пор, как он вернулся из дома для душевнобольных. Я хорошо его знаю, потому могу его не любить просто потому, что он плохой человек.
— Он вовсе не плохой, — нахмурилась Бэйр. Ей очень не понравилось то, что я сказал. — У него тяжелая жизнь, он одинок, потому что вынужден постоянно скрываться. Только представь, мы с тобой — единственные, которым он может открыться, с кем он может поговорить по душам! А до этого у него никого не было, можешь такое представить? Ты рос один, но ты всегда мог поговорить с той же Сарабандой, мог посоветоваться в чем-то или попросить помощи, а он этого не мог! Что бы он ни натворил сдуру, нельзя сразу отталкивать его. Постарайся его принять, тогда увидишь, каким он может быть хорошим.