Путь за грань

Новикова Юлия

«Ха, – рассмеялся он. – Ты все так же наивна. Вы все наивны, как дети. Я убью тебя, и энергия Круга рассеется, выпуская души за его пределы. А уж я-то найду, как применить их».

Меня охватил ужас. И не из-за своей смерти, а из-за того, что намеревался сотворить этот монстр. И я сама добровольно провела его в этот мир. Но уже в следующее мгновение я собралась. Я уловила в воспоминаниях Бориса то, что открыло мне глаза.

«Ты, – выдохнула я, – ты здесь, чтобы осуществить то, что не удалось твоему отцу».

Я не верила своему видению. Но все было так реально, что сомнений не осталось.

У меня перед глазами стояло это же место, но с другими действующими лицами. Мужчина, очень похожий на Бориса, но с более суровыми чертами лица, и девочка, державшая его за руку. Это была девочка из моего сна, та, которая убегала от меня, которая привела к Вратам. Прямо на моих глазах (а точнее, на глазах Бориса) Габриэлла пыталась провести в мир за гранью отца вампира. Но вместо этого заточила его в этом мире, запечатав путь своей энергией. Она отдала свою силу, чтобы Церий, отец Бориса, не смог осуществить задуманное зло. Бездыханное детское тельце лежало в Круге камней рядом с мертвым Церием. И я знала, почему девочка показалась мне знакомой. Она очень походила на меня саму в детстве.

– О, ты видела все, – прошипел Борис. – Только не вздумай поступить, как та дрянь. Девчонка пожертвовала своей семьей, потому что после этого я с удовольствием разделался с ее мамашей и бабкой. Ты тоже поплатишься. Твоя подруга, возлюбленный Лео и все, кого ты знала, будут уничтожены. Они будут умирать страшно, умоляя моих вампиров пощадить их жалкие жизни.

Если он думал, что это возымеет действие, то глубоко заблуждался. Мое сердце разрывалось на части от горя и сожаления, но я не могла допустить, чтобы зверь вырвался на свободу. Благодаря воспоминаниям Бориса я знала, что должна делать.

– Вампир, ты не сможешь повелевать душами без того, чтобы я наделила тебя своей силой. А я никогда этого не сделаю. Ты сам станешь их рабом.

И с моих губ снова слетели слова древнего заклинания. Я умоляла богов взять мой дар и мою силу и в обмен запечатать путь:

Власть Единого, источника всего сущего, Сила Отца-бога, повелителя трех миров, Знание Матери-богини, владычицы неба и земли, Благословение Духов камней, управителей элементалов, Дарованы мне этой ночью в этот час…

Вампир вцепился в мое горло, пытаясь задушить. Воздух перестал поступать в мои легкие, но я продолжала мысленно взывать к богам:

…О великие боги! Я, дочь ваша, воспеваю могущество ваше. Примите жертву добровольную, мною сотворенную: Нет дара, нет силы, нет жизни. Да сгинет путь в сей мир на веки вечные и утонут в забвении слова. Да будет так…

Больше я ничего не могла сказать. Жизнь начала покидать мое тело. Лишь в самый последний миг я увидела, как скорчился в предсмертной

судороге Борис и как отделилась от тела его душа, присоединяясь к другим душам.

Темнота рассеялась вокруг меня, а голоса наконец смолкли. Мне стало так хорошо, как никогда раньше не было. Я понимала, что мое предназначение выполнено. Больше никто и никогда не откроет путь за грань, и линия ведуний, в роду которых появлялись Избранные, прервется навсегда. Мрак поглотил мое сознание, и моя душа тоже отделилась от тела. Я наблюдала со стороны, как в помещение ворвался ураган. Он разметал возникших на его пути вампиров и лишь на мгновение замер рядом с Кругом камней. В это самое мгновение он приобрел очертания. Мужчины. Голубые глаза остановились на бездыханном теле девушки, и адская боль полыхнула в них, а лицо исказила гримаса страдания.

– Лиза, – прошептали прекрасные тонкие губы, и мужчина упал на колени.

Вокруг разгоралось сражение, тела сплетались в клубки, и слышались предсмертные стоны и хрипы. Но прекрасный незнакомец уже не обращал на это внимания. Он вскинул голову, и ужасный, надрывный вопль вырвался из его груди, эхом отражаясь от стен и разрывая меня на части.

– Лиза!

Я почувствовала силу его скорби так, словно сама потеряла кого-то близкого и дорогого. Всю меня пронзило желание приблизиться к незнакомцу, прижаться к нему, успокоить и утешить. Но я знала, что мне туда нельзя. Но почему?

Энергия Круга все еще тускло мерцала, угасая навсегда, но мужчина пошевелился и подполз к мертвой девушке. Мне захотелось закричать, предупредить, что он сгорит в чужеродной энергии, но он беспрепятственно проник внутрь и обнял голову девушки руками. Прижимая ее к своей груди, он качал ее на коленях и перебирал черные пряди волос.

– Нет. Не оставляй меня, – шептали его губы. – Я не отпускаю тебя. Нет. Лиза, любовь моя.

Отчего же мне так плохо? Почему боль этого красавца откликается во мне такой же болью?

– Потому что ты – это она. И ты любишь его, – услышала я знакомый голос.

Рядом со мной стояла пожилая женщина. Она по-доброму улыбалась мне, и я улыбнулась ей в ответ. Кажется, я узнала ее.

– Бабушка?

– Да, дитя мое. Ты совершила самопожертвование ради его спасения, спасения своей подруги и других людей, как когда-то твои предки. И поэтому я пришла.

– Ты пришла за мной? – удивилась я.

– Нет, дорогая. Я пришла сказать, что твое время еще не пришло. Боги принимают жертву в лице души Бориса и твоей силы. Но они не могут разлучить тебя с тем, кому принадлежит твое сердце. Возвращайся к нему, милая, и помни, что я всегда рядом и присматриваю за тобой.

Я попыталась подойти и обнять такого дорогого для меня человека, но бабушка исчезла. Вместо этого я ощутила резкий толчок, словно меня кто-то сильно дернул, и в тот же миг распахнула глаза. Прямо над собой я увидела искаженное горем лицо Лео.

– Лео, – тихо позвала я его.

Голос словно принадлежал не мне. На лице любимого отразилось неверие, испуг, радость.

– Лиза, любимая.

Он обхватил мое лицо руками и стал вглядываться в мои глаза, ища подтверждение тому, что все это не сон и я на самом деле разговариваю с ним.