Путь Тьмы

Sleepy Xoma

— Что здесь произошло?

— Не знаю, благородный, было тихо, я стоял на часах, а потом все взорвалось! — захныкал раненый солдат, заживающий кровоточащую руку. — Меня чем-то по руке садануло.

«Неужели орденцы что-то наколдовали и оставили армию без лекарей?» — С ужасом думал генерал.

— Зло!!! — раздался дикий рев, и из воронки выбрался благословенный Этит. Высокий сын был бледен, его руки тряслись, а губы дрожали. От роскошной шевелюры остались жалкие седые космы, а объемный живот пропал, будто его и не бывало. Словно кто-то выпил из пышущего здоровьем чародея жизнь, оставив

лишь жалкую полумертвую оболочку.

— Да что случилось, говори! — заревел генерал.

— Зло! Древнее зло! Оно живо!

Бирт соображал быстро, даже будучи пьяным в стельку. Две трети армии сейчас в городе, за пределами стен люди остались лишь в главном лагере, в котором наберется от силы десять тысяч боеспособных солдат. Если скрытно подвести достаточно большую армию и уничтожить их, то войска, зажатые между стен, можно будет взять в кольцо, а после — заморить голодом. Может ли у императора и его союзников найтись такая внезапная армия? Маловероятно. Но Шахрион уже не один раз показал, что делает невозможное былью.

— Трех гонцов в город, гвардия и хотя бы три десятка колдунов нужны мне здесь. — Скомандовал он первому попавшемуся рыцарю. — Всем остальным быстро готовиться к сражению!

Генерал не ошибся. Проклятый мерзавец в очередной раз преподнес сюрприз — из леса медленно, шеренга за шеренгой выбирались воины. Они шли молча, без криков и кличей, в тусклом свете факелов виднелись выкрашенные в черный цвет кольчуги, наконечники длинных копий и лезвия топоров.

И их было много. Когда последний воин выбрался на чистое место и армия, выстроившись двумя ровными квадратами, двинулась к частоколу, Бирт, в числе первых взошедший на деревянные стены лагеря, сумел прикинуть количество врагов. Тысяч десять, никак не меньше. Конечно, высокий частокол и широкий ров должны были попортить врагу немало крови, но все равно ситуация генералу не нравилась.

— Хорошо вышколены, мерзавцы, — не сумел сдержать он. — Только кто же они такие?

Выяснить это он решил уже после победы — враги перешли на легкий бег, а значит, нельзя было терять время.

— Лучникам приготовиться! — прокричал генерал и снизу раздался дружный гул сотен стрелков. — По моей команде!

Когда до врагов осталось две сотни шагов, он взмахнул рукой и ливень стрел обрушился на бегущих недругов. Подготовленные исиринатийские стрелки выпускали по десять стрел в минуту, и тысячи человек, оставленных в лагере, должно было с лихвой хватить, чтобы превратить половину наступающей армии в подобие ежей, но…враги шли. Со стрелами в кольчугах, в шлемах и головах, они продолжали упрямо приближаться!

От ужаса у Бирта задрожали колени. Все-таки некроманты остались. И набрали армию из живых мертвецов.

Из леса нахлынул туман. Странный, ядовито-зеленый, он не растворялся под косыми струями дождя и не стелился у ног. Словно живое существо этот туман старался подняться повыше и быстрее добраться до лагеря. Тут не нужно было быть гением, чтобы понять — черное колдовство.

Бирт сбежал вниз и нашел чародеев, напряженно собравших в круг и что-то бормочущих.

— Что вы делаете? Быстрее разгоните туман! — Приказал генерал академикам.

— Мы стараемся, — огрызнулся Гирн, заметно похудевший и осунувшийся

за последние дни. — Но ты видишь среди нас хотя бы одного высокого сына кроме того, спятившего?

Он мотнул головой, указывая в сторону Этита, замершего на земле с пустотой во взгляде.

— Вернись назад, генерал, мы почти закончили.

Бирт послушно взошел на стену, безучастно наблюдая за стремительно приближающейся армией и наползающим туманом.

Подул сильный ветер, крепчающий с каждым мгновением, ударил по зеленой смерти и заставил колдовское марево остановиться и даже попятиться назад. Солдаты издали радостный крик, но Бирт видел, что хорошего было мало — колдовство служило отвлечением. Имперцы хотели, чтобы их мертвецов не подпалили огненными шарами или молниями, на которые исиринатийские академики и низкие сыны были такими мастаками.

Практически без потерь враги достигли рва и словно горох посыпались на его дно для того, чтобы карабкаться наверх, выстраивая подобие лестницы своими телами. Их слаженность была просто поразительной, не менее неожиданным стало и то, что каждый мертвый солдат оказался, вооружен и хорошо защищен. Когда голова первого зомби показалась над частоколом, у Бирта было мгновение для того, чтобы оценить это. Император постарался на славу: прочный шлем, личина, бармица.

Бирт размахнулся и обрушил меч на шею мертвяка. Тот разрезал кольчугу и со страшным звоном уперся в железо. Да, и металлическая пластина под кольчужным воротником. Прелестно.

Тут и там мертвецы перебирались через ограду и хватались за топоры. Двигались они медленнее людей, дрались тоже неважно, но в тесной свалке уровень мастерства не играет ключевой роли. А вот сила ударов и неубиваемость — очень даже.

Оборона трещала по швам, солдаты из последних сил отбивались от лезущей нечисти, но держались, немногочисленны свободные чародеи заливали ров огнем, туман отступал, и в один миг генерал даже подумал, что получится дождаться подкрепления из города, которое на всех парах должно были спешить на помощь, и тут сзади раздались страшные вопли.

В центре лагеря, там, где маги академии из последних сил удерживали некромантов, раздались нестройные вопли, полные боли и отчаяния. Бирт обернулся и обомлел — несколько десятков черных фигур, взявшихся не пойми откуда, безо всякой жалости вырезали ослабевших чародеев и попадающихся под руку солдат. Эти чудовища двигались с поразительной скоростью, а их двуручные клинки разрубали людей, словно пучки соломы.

В один миг оборона рухнула, как карточный домик. Толпы молчаливых имперских солдат, поддерживаемых черной магией волной хлынули через стены, убивая все на своем пути.

Бирт бросился прочь к конюшням. Единственный шанс сделать хоть что-то — это прорваться с боем в разоренный город, но для этого нужны всадники. Зычным голосом генерал подзывал к себе рыцарей и сержантов, и его маленький отряд принялся расти как на дрожжах. Телохранители, рыцари и простые воины видели в командире последнюю надежду на спасение и бежали. Умирая и убивая вновь проклятых мертвецов.

А бойня уже, меж тем, захватила весь лагерь. Строя не осталось, лишь толпы паникующих людей стремились спастись из захлопнувшейся ловушки.