Путь рыцаря

Ардова Людмила Владимировна

Я посмотрел на крутую лестницу. Меня особо заинтересовали две верхние ступени. Что-то не то было в их кладке. Я приблизил свечу насколько возможно и заметил отличия в местах стыков камней. Я провел ногтем по некоторым из них: он шел мягко, а в других связующий материал был тверд, как камень. Я подцепил ножом в мягких местах: камни легко сдвинулись с места. Итак, все ясно: кто-то старательно разбирал ночью кладку ступеней, зная, что герцогиня пройдет утром и обязательно оступится, а перила, скорее всего, были тоже испорчены, потому что теперь стояли новые. Лишь, случай

уберег Ивонну. И берег он ее, как выяснилось, не один раз.

Второе "чудесное" спасение связано с отравленным кремом. Я спросил у Ивонны, как случилось так, что к ней попал отравленный крем для лица.

— Это ужасно! — по плечам ее побежала дрожь. — Бедная девочка, ведь это я должна была погибнуть — ее погубило собственное любопытство.

— И дерзость!

— Не говорите так, бедняжка, всего лишь, захотела попробовать капельку крема.

— И этой капли хватило, чтобы ее убить?

— Да!

— Я слышал про умельцев, проживающих на Винзирском побережье и знающих толк в разных ядах, они там змей и прочих гадов разводят как кроликов в садке. Откуда этот крем попал к вам?

— К нам в замок иногда заходят проезжие торговцы, на этот раз было также.

— Разыскать его вряд ли удастся!

— Мы пробовали, ничего не вышло, я посылала Мажонэ, помощника командира гарнизона, на его розыски — ничего не вышло. Теперь все бояться служить у меня, я плачу Асасире тройное жалованье.

— Вот как! Уж не она ли погубила своих предшественниц, — пошутил я.

Герцогиня с укором посмотрела на меня.

— Осталось теперь выяснить: почему погибла Эвеста Тельбусо.

Любопытно, что кэлл Шпаор вернулся в замок на день ранее, чем его ожидали. С ним приехала почти вся его свита. Прекрасные чистокровные лошади были взмыленные, их сильно гнали, таким же примерно выглядел кэлл Шпаор. В страшном возбуждении он бегал по своим апартаментам в Младшей Сестре. И сквозь узкие окна, на улицу доносился его громкий и нервный голос.

Другой голос, спокойный и уверенный, принадлежал Советнику Сваготену. Они о чем-то долго говорили.

И я многое отдал бы за то, чтобы слышать их разговор. У меня даже возникла мысль воспользоваться магическим плащом. Но было поздно бежать за ним: накал страстей у герцога — консорта пошел на убыль. И вскоре, он отправился в столовую, где его ждала Ивонна за столом заставленным яствами. Служанка, направленная Ивонной ко мне, шепнула, что меня представят хозяину завтра. Хотя чего меня представлять — я ума не приложу: Павелий много раз видел меня на службе у его тестя. Но официальный порядок был таков: меня должны представить.

Я немного поразмышлял о сути беседы между наставником и послушным учеником и пришел к выводу, что как все неуравновешенные люди, Шпаор легко прислушивается к человеку с более твердым характером. Сваготен, действительно, имел на него большое влияние. Я думаю, он убедил Шпаора смириться для виду с моим присутствием в замке. И, втихаря, продолжить осуществление своих планов. Еще я подумал, что бы сам делал на месте Сваготена. Скорее всего, вошел ко мне в доверие — что он и постарался

сделать — только у него не получилось — а еще, наверное, отвлек какими-нибудь вещами. Он постарается нащупать мои слабости — тем более, что обо мне кое-что известно.

Ночь я провел в жарких объятиях прехорошенькой служанки Асасиры, той, что сушила мой плащ. Мы как-то сразу нашли с ней общий язык. Пушистые рыжие волосы и крепкое тело деревенской девушки с лихвой искупали отсутствие титулов и богатства.

Не считая ночных ласк и поцелуев, я добился от девушки еще много важных сведений. Может быть, и не хорошо так говорить об этом, но я по-своему использовал девушку.

Она с удовольствием посплетничала про хозяйку и ее мужа, про разные странные события, на свой манер, объясняя их.

На другой день меня все же вызвали к кэллу Шпаору. Мне пришлось около часа дожидаться в приемной, пока он соизволит закончить свои утренние прихорашивания: а прихорашивать то и было, что редкие усики на хилом дерганном лице, жидкие черные волосы и нескладное как у подростка тело. Хотя эта болезненность была, на самом деле, обманчивой: Шпаор регулярно упражнялся с холодным оружием: и на мечах, и на ножах, метал в цель копье и очень любил охоту.

Сейчас на нем был парчовый халат, и он сидел, развалившись, на подушках. Он кисло взглянул на меня и таким же кислым голосом изрек:

— Так значит, это ты — тот герой, которому доверила свою жизнь моя супруга. Ну, смотри, смотри теперь в оба, ежели с ней чего приключится — с тебя весь спрос. И постарайся не путаться под ногами у меня и моих людей.

Я постарался. В то же утро я разыскал кэлла Постоверро и напомнил о своей просьбе насчет пятерки вэлов. Он сказал, что у него был разговор с командиром, и есть вероятность, что он согласится, поскольку накануне залез в карточный долг.

— Отлично!

— Я вам уже сегодня, наверное, пришлю троих парней, — сказал Постоверро.

Я хорошо помнил слова одного из магов о древней легенде и о каком-то манускрипте. Но Ивонна ничем не могла мне помочь: она не знала, что читал отец, и ни о каких древних преданиях не слышала. Но, — сказала она, — хэлла Лучия может помочь, она разделяла увлечение отца и, возможно, что-то знает.

Узнав, где можно разыскать хэллу Лучию, я отправился к ней. Она жила по соседству в старом доме своей овдовевшей тетки. Позеленевшие от времени грубые стены прятались среди дивного сада, и не будь сейчас осенняя пора, можно было восхищаться изобилием растений и цветников.

Меня приняли весьма любезно: Хэлла Лучия угостила меня домашним вином и паштетом, и много расспрашивала о том, как я провел год после разлуки с замком Брэда.

— Я очень скучаю по нему, вы понимаете? — волнуясь, спросила она.

— Я понимал: она потеряла герцога и, конечно же, по нему скучала, а не по замку.

— Не могли бы вы мне помочь? Меня интересуют любые предания герцогского рода, истории.

— Вы можете взять генеалогическое древо, составленное мэтром Бурлоэ, а также "Историю рода Брэдов", а какие легенды вас интересуют?