Путь разведчика
Шрифт:
— Так почему бы не ваш корабль?
— Мой корабль?
Чел-Мара изумленно посмотрел на сиг-Андира. Тем временем вокруг стола начала собираться толпа, которую заинтересовал их спор.
— Именно так и делалось бы, — неожиданно заявил юноша-разведчик, — в Солсинтре. — Его свежее лицо расплылось в улыбке, и он адресовал чел-Маре уважительный поклон. — Милорд может быть спокоен, делая здесь ставку на меланти. Меня заверили в том, что казино Квенпалта стремится не уступить любому игорному дому Солсинтры. — Он повысил голос: —
Толпа загудела, пропуская запыхавшегося распорядителя зала, который принес Книгу и ручки.
— Ставка на меланти! — громко прошептал кто-то из собравшихся вокруг стола. — Ценность на ценность в абсолютных размерах. Корабль против квартальной доли.
Долгое мгновение чел-Мара смотрел на Книгу, которую раскрыл перед ним распорядитель. Потом изящная рука поднялась, пальцы сомкнулись на протянутой ручке. Он картинным росчерком записал свое имя.
Книгу положили перед мышкой, которая взяла ручку и что-то быстро записала. Распорядитель сделал пометку казино и отступил, благоговейно закрыв позолоченный переплет.
Лениво, почти любовно чел-Мара уложил свои четыре монеты в соответствующий столбик. Потом таким же жестом он достал связку корабельных ключей, закрепленных на украшенной камнями цепочке, и бережно положил их рядом с квартальной долей мышки в центре стола.
— Корабль против квартальной доли, — пробормотал он, наклоняя голову. — Вам сдавать, леди Мышка.
Игра получилась долгая, а мышка оказалась гораздо более хорошим игроком, чем думалось йо-Вааду. Она поначалу даже выигрывала, превратив свои четыре кантры в шесть… семь. А потом чел-Мара разыгрался и мышкины кантры вернулись на его сторону, пока у нее не осталась всего одна.
Йо-Ваад решил было, что это — все, однако он не принял во внимание разведчиков.
По правде говоря, он совершенно забыл о разведчиках, которые терпеливо и безмолвно стояли за стулом мышки, напоминая две облаченные в кожаные костюмы статуи. И потому он вдвойне изумился, когда юнец перегнулся через плечо мышки — и его рука без колец ненадолго опустилась на крышку стола.
Он выпрямился, и йо-Ваад посмотрел на банк мышки, который стал богаче на три кантры.
Чел-Мара хмуро посмотрел на разведчика.
— Вы входите в игру, сударь? Насколько я понял, это — проверка теории, которую осуществляет эта… леди — и я.
— Выплата давнего долга, ваша милость, — хладнокровно сообщил разведчик.
По толпе пронесся ропот.
Мышка ничего не сказала. На самом деле она не говорила ничего с самого начала игры: похоже, она была из тех, кто все внимание сосредоточивает на картах.
Чел-Мара еще мгновение смотрел в лицо разведчика.
— Я вас видел, — объявил он таким тоном, который ясно сказал: «И раз увидев, я вас буду долго помнить».
Разведчик поклонился.
— Действительно. Ваша милость видели меня всего
Чел-Мара иронично взмахнул рукой.
— Есть люди, с которыми удача не дружна.
— Вам виднее, ваша милость.
Разведчик снова застыл неподвижно, а чел-Мара вернулся к своим картам.
— Ты что, с ума сошел? — прошипела Рема на ухо Вар Мону. — Заставить ее играть против Вин Сина чел-Мары…
— Моя милая подруга, я ее не заставлял. Она сама села играть против его милости. И что тут страшного?
— И ты еще спрашиваешь, когда он на твоих глазах разорил Лин Дена? А что, если она проиграет? Она же пила бренди!
— Она выигрывает, и ты это знаешь. Я почти вижу, куда идет ее игра, а ты ведь соображаешь лучше меня. Куда она идет, Рема?
— Я… точно не знаю.
— Но она выигрывает.
— Может быть.
— Тут нет никаких «может быть», — заявил Вар Мон, глядя на выходящие карты. — Ты этого не видишь, и я этого не вижу, но математик Кэйлон видит: а игру ведет она.
Он замолчал, глядя, как Эллиана берет взятку, а потом тихо добавил:
— А что до бренди… Ты только посмотри на нее! Вид у нее точно такой же, как во время лекции. Мне бы такое спокойствие за пультом перед прыжком!
— Если он возмутится…
— Камеры наблюдения работают, — успокоил ее Вар Мон. — Математик играет честно. Она видит закономерность и у нее есть ключ к ней, пусть даже ее студенты не настолько умны, чтобы это разгадать. Как он может возмущаться честной игрой? Перестань дергаться.
После того как в игру вошли три кантры разведчика, ее темп несколько изменился.
Йо-Вааду показалось, будто мышка наконец нащупала тот путь, который искала, хотя и до этого ее игру отнюдь не портило смущение.
Теперь же она играла с уверенностью, внушавшей наблюдателям благоговение. Карты шли ей в руку, словно родня. Ей понадобилось меньше часа на то, чтобы все монеты перешли обратно на ее сторону, пока там не оказались все семь, а на стороне чел-Мары, объявившего Царственный Клан, — только ключи.
Именно к этому и шла вся игра — к этой последней сдаче, этому поединку воли. Зрители затаили дыхание, и даже йо-Ваад не решался дышать полной грудью. Лицо чел-Мары стало заметно влажным. Мышка сидела хладнокровная, словно вода со льдом. Карты ровным веером расправились в ее спокойных пальцах — и она взяла прикуп.
— Путь Разведчика, — объявила она своим изумительно ясным голосом.
Это, конечно, было довольно необычное сочетание, но оно не побивало Царственного Клана. Она по очереди выложила карты на стол рубашкой вниз, чтобы все их видели, и посмотрела на чел-Мару.