Путь Пилигрима
Шрифт:
Прежде всего сейчас он искал устройство, способное поднять его на верхушку часовой башни у северного крыла Парламента, к самому Биг-Бену, огромным часам. И вскоре он нашел этот предмет, точную копию того, с которым экспериментировал в арсенале Дома Оружия. Это были надеваемые на пальцы алаага кольца, одно - большое, спадающее даже с двух пальцев Шейна, сложенных вместе, другое - поменьше, скользящее вокруг большого.
Он свободно надел устройство на средний палец, сжал руку в кулак, чтобы удержать кольцо на месте, и очень осторожно стал перемещать маленькое кольцо вдоль большого. Какое-то мгновение казалось,
Следующий предмет был одним из личных инструментов. На поиски ушло больше времени, и Шейн уже хотел уйти, когда наконец обнаружил его. При ближайшем рассмотрении это оказалась небольшая коробочка, сделанная, по-видимому, из металла, размером с его ладонь. В центр одной из поверхностей был вмонтирован переключатель. Он осторожно передвинул рычажок, держа прибор в руках.
На мгновение ему опять показалось, что ничего не происходит. Потом вокруг него моментально возникла серебристая сфера. Вздохнув с облегчением, он вернул переключатель в исходное положение и положил предмет в карман пиджака. Он заметно оттопыривал карман, и, немного подумав, Шейн переложил его в левый карман брюк. Здесь он тоже был бы заметен, но пола пиджака закрывала резкие контуры, выступающие сквозь одежду.
Похититель снова воспользовался ключом и торопливо вышел из хранилища. Он намеревался как можно быстрее покинуть здание. Но у входной двери дежурный охранник за стойкой остановил его со словами:
– Губернатор просил передать вам, что ожидает вас.
Шейн помедлил, вспомнив о предметах в карманах брюк, но потом решил, что будет смело отметать проявления любопытства на этот счет, прикрываясь своими правами независимого наблюдателя проекта. Он повернулся и пошел назад, вверх по лестнице, в кабинет Тома Олдуэлла.
Он увидел всех троих - Олдуэлла за столом, Раймера и вице-губернатора Джека Уилсона - в креслах напротив него. Они произнесли приветственные слова, а Джек пододвинул кресло, на которое Шейн уселся, становясь частью их кружка.
– Мы говорили о том, насколько хорошо продвигаются дела,- сказал Том с лучезарной улыбкой.- Интересно будет посмотреть, в какой степени необходим Лаа Эхон, насколько нам будет его не хватать, пока он отсутствует. Думаю, он покинул нас ненадолго.
– Совсем ненадолго,- подтвердил Джек.
– Или же наоборот,- вставил Раймер. Шейн оглядел их лица.
– Его работа состоит лишь в том, чтобы контролировать, как вы делаете свою,- сказал он.- Не думаю, что он понадобится, как вы говорите. Охранник при входе сказал, что вы хотите поговорить со мной, Том.
– Ах, это…- Том махнул рукой.- Ничего особо важного. Просто мы поняли, что вы только что, перед отъездом Лаа Эхона, беседовали с ним о нас.
– С чего вы взяли?
– спросил Шейн.
– Ну…- Том прикоснулся к кнопке на панели, вмонтированной в стол. Тотчас же кабинет наполнился звуками двух голосов, говорящих по-алаагски. Один из голосов был голосом алаага, другой - человека, говорящего на чужом языке,- голосом Шейна.
Шейн подскочил
– Вы в своем уме?
– заорал он на Тома.- Выключите это!
Том снисходительно улыбнулся, но протянул руку и прикоснулся к кнопке. Звуки голосов резко прервались. Шейн откинулся в кресле.
– Вы так ничего и не поняли про алаагов?
– спросил он, потом повернулся к Раймеру: - Уолт, вы, по крайней мере, должны знать, что может получиться из подслушивания разговоров в комнате, принадлежащей одному из хозяев!
– Успокойтесь,- резко произнес Раймер.- Мы не устанавливали никакой аппаратуры для подслушивания. Это здание когда-то принадлежало одному из африканских консульств и было напичкано проводами сверху донизу. Единственное, что мы сделали,- нашли эту систему, составили ее план и подключились к ней в разных местах.
– Вы считаете, это не одно и то же?
– вскипел Шейн.- Если алааги узнают, то повесят вас на пиках только за намерение подслушать.
– Нет оснований считать, что узнают,- сказал Том.- Как бы то ни было, это своего рода эксперимент, не более. Если вам так это не нравится, не будем повторять. Просто интересно, что нам довелось подслушать, как вы разговариваете с Лаа Эхоном о нас троих.
«Довелось» - безусловно, совсем не подходящее слово, мрачно подумал Шейн, но сейчас не было смысла разбираться в этом. И подумать только, что он с уверенностью говорил Питеру о том, что местная полиция или Внутренняя охрана не осмелятся подслушивать телефонные разговоры слуг алаагов, таких как он; а здесь они, по сути дела, секретно записали разговор своего хозяина. Это доказывает: нельзя забывать о том, что всегда найдутся болваны, которые осмелятся сделать непредсказуемое.
– Интересно?
– спросил он.- Почему?
– Ну, человеку всегда интересно узнать, что о нем говорят,- сказал Том, для убедительности положив ладони перед собой на стол,- и как вы знаете, мы были не в состоянии понять то, что было сказано,- только узнавали звуки собственных имен, когда они звучали в разговоре. Мы надеемся, вы перескажете нам, что говорили о нас.
– Нет,- сказал Шейн.- Мог бы, но не скажу. Это сделает меня почти таким же виновным, как вы с вашим подслушиванием. Забудьте о разговоре - и уничтожьте эту запись.
– Может быть, вы и не желаете признать то, что сказали,- повысил голос Джек,- и, возможно, мы трое не понимаем смысла разговора, но существуют лингвисты, не являющиеся собственностью пришельцев, и, хотя они не владеют их разговорным языком, могут поработать с пленкой и разгадать то, что было сказано.
– Нет, нет,- поспешно произнес Том,- Шейн знает чужаков гораздо лучше нас. Мы уничтожим пленку и забудем этот разговор. Позаботься об этом, Джек. Могу я рассчитывать на тебя в этом?
– Если ты так говоришь, Том,- сказал Джек.
– Как бы то ни было,- продолжал Том,- мы все достаточно хорошо знаем Шейна, чтобы надеяться, что он не скажет ничего, нас порочащего - если, конечно, таких вещей не существует…
Он расплылся в широкой улыбке, предназначенной для всех присутствующих.
– А вообще-то я не верю, что есть такие вещи,- закончил он, поднимая руку.- Нет, Шейн, я даже не прошу намекнуть на то, как вы отзывались о нас. Я полностью доверяю вашему здравому смыслу и порядочности.
– Благодарю,- сказал Шейн.