Путь палача
Шрифт:
На лице барона отразилось ошеломление. Но виной тому был вовсе не ужас содеянного, а удивление, что об этом известно кому-то еще. Тут Селена и Милена поняли, что Себастьян с самого начала все знал. Они прочли это в его мыслях.
Почти сразу после похорон старого барона Ракоццио сыном были разобраны отцовские бумаги. Вместе с завещанием лежало и письмо, адресованное Себастьяну. В нем излагалась последняя воля, и также напоминалось о необходимости заботиться о Фриде и ее дочерях. Вместе с этим указывалась и причина,
Прочтя это письмо, Себастьян тотчас сжег его.
Вот и сейчас, при воспоминании об этом, лицо барона сделалось суровым, он обронил:
— И что с того? Кто знает, сколько у отца было ублюдков? Я о них заботиться не собираюсь!
Тотчас раздался хлесткий звук пощечины, от которой Себастьяна отбросило шагов на пять назад. Его губа оказалась рассечена, и из уголка рта стекали капельки крови.
— Что… что вы себе позволяете! — вскричала баронесса, подбегая к мужу, но тот лишь отпихнул ее.
— Это еще цветочки, — пообещала Милена.
— Теперь ты вспомнил нас? — холодно спросила Селена.
— Вы? — выдохнул Себастьян. — Селена, Милена — так это вы? Но как такое возможно?!
— Как видишь, возможно. Хотя ты сделал все, чтобы этого не случилось! Но, благодаря нашей покровительнице, мы снова вместе. И мы вернулись, чтобы отомстить!
Закончив эту тираду, сестры скинули плащи, обнажая свое боевое снаряжение. Баронесса ахнула, закрыв рот руками, барон выхватил кинжал. Почти одновременно с этим раздался свист кнута. И вот кинжал уже валяется на полу, а рука Себастьяна вся в крови.
— Пришло время платить за грехи, — фыркнула Селена, сворачивая кнут.
— Вот именно, — согласилась с ней Милена, плавным, отточенным годами тренировок движением выхватывая меч и проводя удар.
Выпад, и вот лезвие едва ли не на половину вошло в грудь Себастьяна. Точно в сердце. Судя по всему, он так до конца и не понял, что произошло. Хлынула кровь. Баронесса завизжала и кинулась прочь из комнаты. Но сестры почти не обратили на нее внимания. В конце-концов ее их месть не касалась.
Милена выдернула меч, от чего поток крови на некоторое время усилился, и брезгливо обтерла лезвие о кровать. Селена кинула последний взгляд на Себастьяна, обронив:
— Мертв.
— Еще бы. Но у нас еще много дел до рассвета.
И сестры вышли из комнаты. Следующим в их списке стоял падре Ансельмо. К нему-то они и направились. Но оказалось, что баронесса своими воплями подняла настоящую панику. А так как она от ужаса не могла ничего толком объяснить, то все носились по замку в поисках угрозы. Двое попытались остановить сестер, но быстро были выведены из строя. Нет, вампирши их не убили. Просто оглушили. Этого оказалось достаточно.
На шум вышел сам падре
— Вот наши дороги и пресеклись снова, святой отец.
— О чем вы? — Падре подозрительно косился на оружие.
— Нам напомнить, как ты, чтобы скрыть связь, которую считал греховной, и укрепить власть, уничтожил местную знахарку Фриду и пытался проделать то же с ее дочерьми? — вопрошала Милена.
— Вы?!
— Да мы, — усмехнулись сестры, показав клыки.
Они не остались незамеченными святым отцом. Он в страхе отступил к стене и забормотал, выставив перед собой крест:
— Изыдите, нелюди!
— Согласна, мы уже не совсем люди. Но этим ты не спасешься, — бросила Селена, выпростав вперед руку и выхватив крест. Она просто смяла массивный серебреный крест, словно лист бумаги.
— Ведьмы! — выкрикнул падре Ансельмо. — надо было вас сразу сжечь вместе с вашей проклятой матерью! Семя дьяволово! — его лицо исказил фанатичный гнев.
— Мерзавец! — прошипела Милена и врезала Ансельмо так, что тот кубарем прокатился по коридору шагов десять.
Оглушенный, падре все же быстро вскочил и попытался убежать, но Селена оказалась быстрее. Она выхватила свой бумерангообразный нож и метнула его в Ансельмо. Скользящим движением лезвие садануло точно ему по ногам. Брызнула кровь. Ее металлический запах ударил сестрам в ноздри. Они не были голодны, но он все равно был им приятен.
Ансельмо коротко вскрикнул и растянулся по полу. Тут же попытался вскочить, но опять повалился на пол. Селена метко метала нож, и он резанул точно по коленным связкам.
В мгновение ока вампирши оказались рядом с падре. В глазах инквизитора отражалось то, что он сам всегда внушал другим — панический ужас.
— Что вы задумали? — еле выдавил из себя он.
— Покарать тебя, — бросила Милена, и она с сестрой одновременно вытащили мечи.
Ансельмо поспешно отполз к стене, оставляя за собой длинный кровавый след. Но от двух вампирш уйти было невозможно даже здоровому, крепкому человеку. Спина падре только коснулась камня, а сестры уже стояли рядом, и мечи грозно посверкивали в их руках. Тогда-то падре взвыл:
— Ведьмы! Побойтесь бога!
— Бога? — тут уж взвилась Селена. — А ты боялся Бога, когда гнусным шантажом заставил нашу мать подписать признание? Или когда возвел ее на костер и пытался то же сделать с нами? Так что не тебе взывать к Богу. Ты запятнал свою сутану дальше некуда.
— А теперь пришло время отвечать за свои грехи, — поддержала сестру Милена. — Как там говорится? Аз воздам!
Два меча описали сверкающую дугу. Свист, легкий чавкающий звук, и голова Ансельмо отделилась от тела и покатилась по полу, оставляя кровавый след.