Путь палача
Шрифт:
— Ну, когда эту девочку привезли к нам, она была крепко связана…
— Я ее связывать не собираюсь, — отрезала вампирша. — Димьен, помоги этой юной сеньорите сесть в карету.
Вампир послушно подошел к Селене и галантно протянул ей руку. Та никак не отреагировала. Димьен покачал головой, потом просто взял, аккуратно подхватил девочку и поставил в карету. Потом помог сесть Менестрес. На прощанье она сказала настоятельнице:
— Спасибо за теплый прием, сестра Маргарита. До свидания.
С этими словами
У них получилось. Менестрес удалось вытащить Селену из монастыря, и это оказалось… легко. Похоже, не смотря на приписываемый монашкам смирение, те были не особо рады появлению у себя этой девочки. К тому же они просто побоялись отказать такой, как они думали, могущественной и благочестивой покровительнице. На это Менестрес, собственно, и рассчитывала.
И все-таки не все было так хорошо. Глядя на Селену, вампирша все больше беспокоилась, в порядке ли ее разум. Девочка сидела, уставившись в одну точку, и ни на что не обращала внимания. Словно, в знак скорби, она отрезала себя от всего остального мира.
Но Менестрес надеялась, что со временем Селена все же оттает. А ждать она умела. Сейчас вампирша лишь приобняла девочку за плечи, ласково притянула к себе и, баюкая, тихо проговорила:
— Все будет хорошо. Ты придешь в себя, забудешь все эти ужасы и будешь счастлива.
Девочка не попыталась отстраниться. Менестрес даже показалось, что в ее глазах что-то дрогнуло, но она так и не проронила ни слова. Через некоторое время вампирша поняла, что девочка в ее руках уснула. Боясь ее разбудить, вампирша сидела не шевелясь. Так они и ехали.
Слегка накрыв Селену покровом своей силы, Менестрес постаралась, чтобы ее не мучили кошмары. Но даже во сне лицо девочки оставалось очень серьезным.
Глава 7
На второй день Милена с самого утра торчала в окне гостиницы, всматриваясь в петляющую дорогу. Танис, как ни старалась, не могла ее оторвать и, в конце-концов, смирилась.
После полудня Милена даже стала подпрыгивать от нетерпения, грозя вывалиться в окно. Она словно чувствовала приближение своей сестры. Хотя Танис не думала, что такое возможно. Ведь, в конце-концов, девочка же не вампир!
Вскоре Милена закричала:
— Едут! Едут! — соскочила с подоконника и вылетела из комнаты на улицу. Вампирша еле поспевала за ней.
Вдали уже показалась та самая таверна, в которой их ожидали Милена с Танис. Меньше чем через четверть часа они должны были прибыть на место.
Селена на руках Менестрес проснулась и как-то ожила. В ее глазах появился свет, которого не было раньше. Вампирша подумала, уж не чувствует ли та свою сестру. Во всяком случае, это был хороший признак.
Вот карета остановилась возле таверны. Менестрес видела,
Едва ее ноги коснулись земли, как Милена с радостным воплем кинулась сестре на шею. Как только Селена узнала сестру, на ее лице отразилась не меньшая радость. Крепко обняв сестру, она жарко заговорила:
— Мили, ты жива! Я боялась, что больше никогда, никогда не увижу тебя! Ты жива! — она покрывала лицо сестры поцелуями, а по щекам текли слезы. Слезы радости.
— Да, со мной все хорошо. А с тобой? Что они сделали с тобой? Твои волосы…
— Это все не так важно. Главное — мы снова вместе.
Менестрес с умилением следила за встречей двух сестер. Селена и Милена в самом деле оказались неразделимыми половинками друг друга. Им необходимо быть рядом, ощущать близость друг друга. Без этого они не только не могли быть счастливы, но им просто было плохо.
Когда первая волна эмоций схлынула, Менестрес, положив руки девочкам на плечи, проговорила:
— Пожалуй, нам всем лучше пройти в таверну. Ты, Селена, наверняка проголодалась с дороги, да и ты, Милена, ожидая сестру, наверное, так и не поела толком. Идемте, у нас всех еще будет время поговорить.
Они поднялись в комнаты, куда все та же Тори принесла им поздний обед. На отсутствие аппетита никто из сестер не жаловался. Теперь, когда все самое ужасное было позади, он стал просто зверским.
Расправившись с обедом, девочки рядком сели на кровати, внимательно изучая Менестрес и ее спутников, а Селена спросила у вампирши:
— Почему вы нас спасли?
Та ждала этого вопроса с самого начала, поэтому успела подготовить достойный ответ, который, впрочем, не раскрывал ее истинную суть. Поэтому, присев рядом с девочками, Менестрес сказала:
— Однажды, довольно давно, ваша мать очень помогла мне. Можно сказать, жизнь спасла. Мы стали хорошими друзьями, хотя, в силу обстоятельств, и не могли часто видеться. Не так давно я получила от нее письмо, где она рассказывала о свалившихся на вас несчастьях. Я спешила в вашу деревню, как могла, и все же опоздала. Я никогда не смогу простить себе, что не спасла вашу мать, но мне хотя бы удалось спасти вас.
— Вы? Дружили с нашей матерью? — недоуменно спросила Милена.
— Да.
— И она написала вам письмо? — поинтересовалась Селена.
— Именно так, — кивнула Менестрес и, чуть поколебавшись, протянула им тот самый листок бумаги, проговорив при этом, — Прочтите. Думаю, так вам будет понятнее.
Сестры пробегали глазами строчки письма, написанные столь знакомой рукой. По их щекам пробежали скупые слезы. А им казалось, что они выплакали все, что можно.
Кое-как справившись с подступившими к самому горлу рыданьями, Селена спросила: