Путь мистика

Раджниш Бхагаван Шри

– Не одевайтесь так, как вы выглядели, когда ваша сестра умерла.

А у них действительно была сестра, которая умерла, когда ей было около десяти лет.

Пришла вся семья, и я им сказал:

– Встаньте или сядьте в разных местах, и пусть эта девочка вас найдет.

Девочка нашла каждого - всех, кроме маленьких детей, которые родились после нее.

Тех, кого она покинула в прошлой жизни, она тут же узнала.

– Это мой брат.

Она называла его имя, она знала отца, мать, сестру, даже слугу. Слуга ушел от них и служил где-то в другом месте. Они привели его, чтобы посмотреть,

узнает ли она слугу. Она тут же узнала его и сказала:

– Он так любил меня.

Ее случай стал очень знаменитым. Ее изучать приходило много психологов, но ее родители разрывались на части, и она сама разрывалась на части. И теперь новая семья - то есть семья из прошлой жизни - тоже разрывалась на части. Они захотели вернуть девочку обратно. Кому должна принадлежать эта девочка? Куда ей идти? Она хотела, чтобы обе семьи жили вместе. Это было невозможно, потому что теперь она родилась в семье браминов, а в прошлый раз относилась к низшему классу. Они не могли жить вместе - просто из-за индуистской кастовой системы.

И, в любом случае, это было неблагоразумно: у одних был бизнес, сервис в Джабалпуре, а у другой семьи - бизнес и вещи в Катни. Неблагоразумно было им жить вместе, но она не могла оставить ни тех, ни других. И я сказал:

– Сделайте одно: пусть иногда она приходит и живет с семьей в Джабалпуре, а иногда с вами, и обе семьи... Это не так далеко - всего два часа по дороге - и не станет трудной проблемой.

Но это оказалось трудным, так как, когда она покидала одну семью, она плакала, потому что не хотела покидать эту семью - и все же хотела быть и в другой. Видя ее страдание, я предложил:

– Позвольте мне ее загипнотизировать. Это какого-то рода уродство. В природе случилась какая-то ошибка; иначе каждый был бы в таком же состоянии.

И это дело всего двух жизней: если же ты будешь помнить четыре, пять, шесть, семь жизней, то придешь в полный хаос.

Ты не будешь знать, что делать. Время не играет никакой роли. Если ты любил женщину в прошлой жизни, то снова найдешь, что любишь ее; но что ты будешь делать с женщиной, которую любишь теперь? Ее ты тоже любишь!

Видя ее агонию, родители согласились. Ей понадобилось семь сеансов глубокого гипноза, чтобы забыть прошлую жизнь, и тогда она снова стала радостной и здоровой.

Естественная система работает так, что ты забываешь прошлое, но ничто не теряется; где-то все сокровища сохраняются. Именно поэтому это можно вспомнить. Ты только забываешь; это не выпадает из твоего существования. Это хранится либо в бессознательном... в основном, в бессознательном, потому что большинство людей не переживают ничего такого, что должно храниться в сверхсознательном. И любой человек, у которого есть сокровище в космическом сверхсознательном, уже готов к просветлению. Если человек поднялся так высоко, накопил такие воспоминания, это значит, что этот человек готов взорваться в предельном праздновании.

И то и другое возможно; тебе просто нужно посмотреть на качество воспоминания. Если оно экстатично, медитативно, радуйся ему: оно соединяет тебя с прошлыми жизнями медитации, в которых ты остановилась из-за смерти. Оттуда ты можешь расти. Внезапно ты нашла сокровище, которое тебя поддерживает. Но если это только что-то из бессознательного,

просто стань сознательной, и оно исчезнет.

Любимый Ошо,

Я вижу, что люди постоянно говорят, что хотят истины - ничего, кроме истины, - и свободы; они хотят жить в свободе. Когда же до этого фактически доходит дело, никто не хочет слышать истины или жить в свободе. Все хотят продолжать жить во лжи и владеть тем, что, по их мнению, им принадлежит.

Я вижу это в себе, и по мере того, как я с тобой иду по пути, этого становится меньше и меньше. Почему нам хочется держаться за уродливую ложь жизни до такой степени, что мы жертвуем своей истинностью и природой?

Нужно понять несколько вещей.

Во-первых, ложь очень комфортабельна - особенно если ты не знаешь истины. Кто-то тебе говорит: «Я тебя люблю». Может быть, он лжет, сам не зная, что лжет, потому что он говорил то же самое многим людям. Он мало, что имеет в виду, но для тебя - это трогает твое сердце.

Если теперь узнать истину, она может потревожить. Может быть, он лжет; может быть, он бессознательный привычный лжец. Может быть, истина в том, что он никогда не любил. Кажется, в такой ситуации находится мир: люди никогда не любили, только верили, что любят; иначе они не были бы такими несчастными. Любовь устранила бы все несчастье.

Во-вторых, ложь легка. Тебе не приходится искать, исследовать и отправляться в долгое паломничество. Ты можешь ее изобрести. Ты не можешь изобрести истину, ты можешь ее только открыть. А люди обычно пытаются срезать угол. Зачем идти трудным путем? Ложь кажется способом срезать угол - нельзя найти пути, более короткого. Ты можешь в любой момент выдумать любую ложь.

Но чтобы открыть истину, тебе придется рискнуть жизнью. Тебе придется пойти против всей окружающей тебя структуры лжи. Тебе придется стать одиноким путешественником, не уверенным даже в том, есть ли вообще что-нибудь подобное истине. Для этого требуется огромная храбрость. Для лжи не нужно никакой храбрости; на нее способен любой трус. Все трусы занимаются ею: фабрикуют, производят красивую ложь, украшают ее, преподносят друг другу. На мгновение кажется, что она приносит счастье, но ложь, в конце концов, это только ложь. Вскоре ты обнаружишь, что это мертвая игрушка. Ты был обманут, вот откуда несчастье.

Но люди не видят основной причины. Они думают: «Меня обманул этот мужчина, меня обманула эта женщина». Дело не в этом мужчине или не в этой женщине, все общество живет таким образом, что ложь стала образом жизни. Чем лучше ты можешь лгать, тем более логичной покажется твоя ложь, и тем более тебя будут уважать.

Ложь приносит уважение, награды, Нобелевские премии.

Истина приносит смерть, распятие.

Так зачем заботиться об истине?

Иисус был бы принят с распростертыми объятиями, если бы был раввином, уважаемым человеком с большим количеством последователей. Не было бы никакой необходимости распинать его. Но поскольку он начал говорить вещи, противоречащие лжи, увековечиваемой веками, он сам напросился на распятие.