Путь миротворца
Шрифт:
— На все воля Всевышнего, брат, — отвечал епископ.
— К тому же он может оказаться самозванцем.
— Обоюдоострый меч Логос зажегся в его руках, брат. Седьмого миротворца признал Совет епископов.
— Совет может заблуждаться.
— Седьмого миротворца благословил Сиятельнейший Патриарх…
— Пусть так, но подумайте, что повлечет за собой поход Седьмого миротворца на юг? — настаивал сухой голос. — Не так давно окончилась кровопролитная война в морфелонских лесах, в которой не было победителей.
Епископ долго медлил с ответом, но ответ его был тверд:
— Каллироя нуждается в миротворце. Слишком страшная тайна сокрыта в этом призвании, чтобы бояться какой-то нечисти. Я обязан помочь Седьмому. Это моя жизнь. Может быть, для этого я и был рожден.
Сухой голос раздосадованно шикнул. Понимая, что сейчас неприятный собеседник епископа Ортоса войдет в ворота, Марк спешно сделал вид, будто он только что подошел. Однако обладатель сухого голоса, оказавшийся тощим седовласым священником, всё понял и бросил на него недобрый взгляд, не сказав ни слова.
— Это архиепископ Ипокрит, — прошептала Марку на ухо Флоя, когда тощий старик удалился.
Ипокрит. Марк вспомнил, какое неприятное впечатление произвело на него это имя из уст Афарея. Теперь ясно: этот Ипокрит стал и его недоброжелателем.
Епископ Ортос встретил его веселым взглядом, будто ничего не произошло.
— Итак, свершилось, Маркос. Твой путь миротворца начинается.
К походу все было готово: знакомый усатый стражник держал под уздцы трех лошадей с походной поклажей. На одну из них он водрузил мешок Марка и лениво побрел к своему посту у ворот.
— Скажи мне, дочь Унылой долины, что связывает тебя с серым магом по имени Яннес? — вдруг спросил епископ.
Флоя мигом насупилась и поджала губы.
— Мой дядя хотел продать меня Яннесу. А что такое? Откуда вы знаете? Он меня искал, да?
— Мне передали, что вчера вечером приходил Яннес и требовал, чтобы его пустили во дворец забрать свою ученицу.
— Я не его ученица! Я не ведьма! Я только… — Флоя запнулась, чуть не проговорившись, но не растерялась и затараторила с новой силой. — Я не хочу с ним идти. Я хочу идти с Маркосом.
— Что же такого сделал для тебя Маркос? — поинтересовался епископ, всем своим видом спрашивая: «убил дракона?»
— Он отдал за меня дорогую одежду. Одежду, подаренную отцом! — восторженно сообщила Флоя, чем привела Марка в неприятнейшее смущение.
— О, прекрасно, это щедрый, благородный поступок! — согласился епископ, но Марку показалось, что он острит. К тому же епископ глянул на него таким взглядом, будто был очень недоволен тем, что юная девушка отправляется в путь вместе с ними. Марк пожал плечами: не он же принимал решение взять Флою с собой.
— Кого
— Хариса. Он обещал сопровождать нас на всем пути.
— Вы думаете, он уже вернулся с Мутных озер?
— Я уверен, он уже в Морфелоне.
Оглядевшись вокруг, Марк не заметил пребывания вчерашних крестьян.
— Куда подевались все эти люди?
— Старший советник распорядился отвести их в ближайший приют, дать пищи и одежду.
— Откуда такое великодушие? — удивился Марк, вспомнив, какое безразличие выражало лицо пухлощекого вельможи.
— Советники Сиятельнейшего Патриарха боятся волнений в провинциях пуще войны, — ответил епископ, сильно приглушив голос. — Им выгоднее выделить немного денег, чем усмирять недовольства.
— Но что будет дальше с теми людьми?
Епископ одобрительно улыбнулся.
— Я знал, что ты спросишь. У тебя доброе сердце, Маркос, тебе чуждо равнодушие. Я узнал от старшего советника, что всех этих людей переселят в другую провинцию. Все расходы на переселение лягут на королевскую казну.
— А земли этих крестьян перейдут к черному магу? Почему король так легко отдает морфелонские земли врагу?
— Тс-с, — приложил палец к губам епископ. — Осторожней, Маркос. С такими речами тебе самому недолго стать врагом короля.
Прождав около получаса, друзья услышали топот лошадиных копыт, и на городскую площадь вылетел всадник на гнедом коне. Это и был странствующий рыцарь Харис, взъерошенный и разгоряченный как после жаркого боя. Резко осадив коня, он спрыгнул перед епископом, но сгоряча не устоял и шлепнулся во весь рост.
— Прошу прощения, брат Ортос, — задыхаясь, проговорил он. — Меня трижды останавливали стражники, мол, у меня неподобающий вид.
Осмотрев Хариса, Марк признал, что стражники были правы. Плащ странствующего рыцаря был разодран, из кольчуги торчали металлические обрывки, на ногах же не хватало одного сапога. Кроме того, у него был разбит нос, напухла губа, а все тело покрывали следы песка и грязи.
— За последний месяц это уже третий случай, когда твоя одежда нуждается в замене, — сказал епископ не то с укором, не то с сочувствием. — Что с тобой приключилось на сей раз?
Харис угрюмо опустил голову.
— Меня не пустили к Мутным озерам.
— В этом у меня сомнений не было. Но, вижу, ты оказался более настойчив, чем предполагали стражники.
— Верно. Я обошел заставу и пустился вскачь, но всадники нагнали меня и набросили сеть. Слышите, брат Ортос, сеть! Как на дикого зверя! Мог ли я стерпеть такую обиду? Нет, не мог. Я набросился на них как лев и…
— Дальнейшее нам понятно, — кивнул епископ. — Иди-ка, переоденься, да выходи к нам.
Странствующий рыцарь взволновано вскинул голову.
— Стражники забрали у меня все деньги.