Путь к счастью

Кисленко Виктори

«Господи, ну почему же так все сложно?!»

Захотелось позорно зареветь, но я себя сдержала. Здесь есть чему порадоваться. Если Кирилл думает, что ребенок от кого угодно, но не от него, так даже лучше. Значит, мы с малышом будем в полной безопасности.

— Почему ты мне не сказала? — громко, с особой своей ледяной интонацией произнес он.

Догадался.

Федосеев мгновенно оказался на кровати, откинул одеяло и потянул меня к себе, чтобы заглянуть в глаза.

— Ты хотела скрыть от меня ребенка, глупая девчонка? — легко встряхнув меня, прошипел в лицо. — Я думал, ты умная девочка!

Злость

быстро застелила глаза. Я скинула его руки и, ткнув пальцем в грудь, начала высказывать все, что накипело:

— Да, я умная и именно поэтому не сказала. Моя беременность ничего в наших отношениях не изменит! Ты женат на неадекватной женщине, которая не только запугивала меня, но и заказала покушение! Или ты забыл про этот случай? Кстати, где заявление? Я была разменной монетой в ваших с ней играх?

— Я развелся с Викой, — прозвучало очень неожиданно. — И если бы ты пришла и нормально поговорила со мной, многих последствий мы могли избежать!

— Нет, Кирилл. Ничего бы не изменилось, — с губ слетела горькая усмешка. — Наша встреча изначально была ошибкой судьбы.

Мы некоторое время молчали. Каждый думал о своем. Переварить все новости Федосееву было тяжело. Где-то очень-очень глубоко в душе я испытала толику стыда за то, что даже шанса ему не дала стать отцом нашего ребенка. Все решила за нас. Троих. Но так ведь правильно!

«А что сейчас? Он заберет у меня ребенка?» — От этой мысли по коже пробежали мурашки.

— Я не отпущу тебя. — Взглянула в потемневшие синие глаза и повела плечами от этих слов. — Даже если не хочешь… попробовать построить со мной семью, ты будешь всегда у меня на виду. Никаких деревень. С работы, если хочешь, уходи. Я буду обеспечивать тебя и ребенка. Отдыхай.

Федосеев, не дожидаясь моего ответа, начал вставать с кровати, но я не дала ему до конца этого сделать, схватила за руку и потянула обратно, сказав:

— Подожди. Зачем я тебе? Человек твоего положения может жить свободно и дальше менять любовниц. Ты ведь понимаешь, у нас нет будущего?

— Вот каким ты меня видишь, — сухо проговорил. — Мы сами строим наше будущее.

— Нет, — покачала головой. — Не в нашем случае. Так зачем я тебя? Почему ты не оставишь меня в покое?

— Наверное, я люблю трудности. Менять любовниц – это развлечение, которое быстро надоедает. А найти правильную женщину, добиться ее внимания, удержать рядом – это уже вызов.

— С такой правильной ты развелся, — оскалилась. — Значит, я твой вызов?

— Самый сложный.

— Не надоело со мной играть?

— Я искренен.

— Не верю.

— Твое право.

Я отпустила его руку и глубоко вздохнула. Мысли не хотели складываться в одну картину. Они хаотично разбегались, отчего нарастало раздражение.

У нас не должно было быть никаких отношений, но вопреки всему, судьба нас столкнула. Я убегала, а он догонял и загонял в свою ловушку. Кирилл отличный манипулятор. Даже на долю секунды во мне не возникло веры его красивым словам.

Пока он не покинул комнату, я решила рассказать о проклятье. Пусть знает, что в какой-то момент меня может не стать… Глупо верить в эту сверхъестественную бредятину. Но женщину, проклявшую мою мать, я не нашла, а значит, моя с малышом жизнь по-прежнему находилась

в опасности.

— Я могу умереть, — выдохнула, зажмурив веки.

— Что? Ты чем-то больна? — Мне показалось, или в его голосе послышалось искреннее беспокойство?

Покачала головой и все рассказала. Начиная с первого странного разговора с его матерью, заканчивая гнилыми родственниками.

— И ты веришь в эту ересь?

Он насмешливо изогнул бровь, отчего остатки моей решимости начали стремительно таять.

— Знаешь, странно слышать такие слова от человека, чья мать гадалка, — обиделась я.

— Чья мать гадалка? Моя?

— Твоя! Не моя же! Ты чем меня слушал?

— Милая, моя мать — не гадалка, а отличный психотерапевт. Она никогда не занималась мистической ерундой. — Он сказал это так уверенно, что не поверить в его слова было невозможно.

— Но… — растерялась я. — Она что, меня разыграла? И нет никакого проклятья? А сон страшный и змея? Это я сама себе напридумывала?

— Беременные очень восприимчивы. Возможно, просто сыграли гормоны, и ты поверила.

— Я ничего не понимаю.

— Я тоже. Завтра съездим к матери и у нее все узнаем, а сейчас отдыхай, хватит нам разговоров на ночь.

Странно, но спорить не стала. От всех переживаний у меня сильно разболелась голова. Я удобно расположилась на кровати, натянула чуть ли до подбородка одеяло и, когда теплые руки сгребли меня в объятия к не менее теплой мужской груди, сразу уснула.

Утром мы с Кириллом слаженно доели остатки моего печенья и выдвинулись в город на такси. Свою машину Федосеев отправил эвакуатором. Тему наших отношений решили оставить до выяснения обстоятельств, так сказать. Я до сих пор гадала, для чего это все понадобилось его матери. Мы с ней лично знакомы до Галиных именин не были. Да и потом, она же угадала про беременность! И сны были, и змея красная! Ну не может же так подсознание играть! Или может?

Я запуталась!

Голова разрывалась от домыслов и догадок.

— Пойдем, — вырвал меня из дум Кирилл.

Я вышла из машины и, подхваченная под руку Федосеевым, поспешила в подъезд многоэтажки, стоявшей в одном из элитных районов города. Пару лестничных пролетов, и мы остановились возле двери. А уже через пару секунд эту самую дверь нам открыла дочь Кирилла.

— Папа? — удивленно захлопала она глазами. — Ты чего тут?

Сегодня девушка выглядела совсем иначе, нежели в нашу первую встречу. На ней было простое черное платье до колен с пышными рукавами. На лице ни грамма макияжа, а длинные волосы свободно лежали на спине. Сейчас я не дала бы ей больше восемнадцати лет.

— Привет, Саша. К бабушке пришел, — Кирилл оттеснил дочь в сторону и вошел вместе со мной в квартиру.

— Здравствуйте, — поздоровалась с девушкой, поймав от нее выразительный, полный неприязни, взгляд.

— Кирочка, как здорово, что ты приехал! — рыжеволосая женщина выплыла к нам навстречу с грацией хищницы. — О, Ксения, привет.

Я кивнула в знак приветствия и сняла верхнюю одежду с обувью. К этому моменту разделся и Кирилл.

— Пойдем, мамочка, поговорим. — Мужчина приобнял ее за талию и повел прямо по коридору. Женщина если и удивилась такому суровому напору, то виду нам не подала.