Путь эльдар: Омнибус

Торп Гэв

— Эти разговоры о землях потерянных ничего не значат! — взорвался он. — Где их сейчас можно найти? Как забрать чистое сердце?

Голос старухи исказился, превратившись в хриплое рычание.

— Что такое «сейчас»? Время скачет от мгновения к мгновению, как камень, прыгающий по воде, а наши жизни — лишь пересекающиеся круги на ней, — голос снова изменился, теперь это был гнусавый визг. — Каждым движением они переделывают будущее. Чистое сердце! Все вокруг искажено, все зеркально. Ненависть порождает ненависть!

Беллатонис вопросительно посмотрел

на Иллитиана. Гемункул не выглядел напуганным, но, похоже, его одолевали любопытство и подозрительность. Вся эта варп-болтовня была ему совершенно незнакома, а исследования самого Иллитиана больше внимания уделяли контролю и манипуляции, чем пониманию… Иллитиан прекратил расхаживать по камере и обругал самого себя за невежество.

По какому-то неслышному сигналу отродья Шипа вдруг атаковали. Образовав четыре клина, они всей массой навалились на металлические кусты, размахивая шарнирными руками-клинками и щелкая коническими зубами. Они так плотно складывались, протискиваясь сквозь бреши в железной изгороди, что напоминали червей цвета ржавчины.

Клинок Морра сеял смерть с мощью урагана, разбрасывая вокруг головы и конечности, словно конфетти. Ножи Аэз'ашьи ткали смертоносную паутину ударов, и твари с грохотом падали в груду у ее ног. Харбир яростно размахивал ножом, отбиваясь от лавины железных лап, захлестывающей отряд со всех сторон. Синдиэль и Ксириад отчаянно сражались кинжалами и пистолетами, от винтовок на таком близком расстоянии толку не было. В центре скорчился Ксагор, прикрывая свою пленницу, как будто от нее зависела его жизнь — впрочем, так оно, по сути, и было.

Отродья Шипа были быстры и сильны, но неуклюжи. В тесном пространстве их численность скорее мешала им, чем помогала. И все же, даже если они чувствовали боль или усталость, они этого не показывали, и их конечности продолжали бездумно атаковать, даже будучи отделенными от владельцев. Синдиэлю и Ксириад вскоре пришлось переключиться на другое занятие — подбирать отсеченные механические руки и выбрасывать их через импровизированную баррикаду.

Ржаво-красный прилив внезапно отхлынул, твари захромали прочь от безжалостных клинков Морра и Аэз'ашьи. Выжившие разбежались среди куч металлолома и начали приделывать утраченные конечности к обрубкам. Их холодные немигающие глаза горели, обещая возмездие. Морр несколько секунд наблюдал за ними, потом вскинул клинок и вышел из укрепления навстречу полусобранной орде.

— Не позволим им восстановиться, — просто сказал он.

Аэз'ашья не нуждалась в повторном приглашении и прыгнула вперед. Ее ножи снова засверкали рядом с клэйвом Морра, описывающим смертоносные дуги. Остальные поспешили следом, хотя и с меньшей охотой, пинками расшвыривая вокруг лишенные рук и ног тела и щелкающие зубами черепа, которые оставляли за собой Морр и Аэз'ашья. Выжившие отродья заковыляли в удушливый туман, чтобы спастись от неумолимой контратаки. В отдалении они казались куда больше похожими на живые существа. Земля под ногами затряслась и забурлила в бессильном протесте.

— Ха! — сплюнула Аэз'ашья. — Не так-то…

Нечто большое и быстрое выпрыгнуло из мглы и бросилось прямо на Морра. Усеянные шипами колеса врезались в него, отшвырнули назад и выбили из рук огромный клинок. Это была какая-то химерическая помесь хищного кошачьего и мотоцикла, поршнеобразные лапы которой заканчивались

колесами, снабженными лезвиями, а изогнутая спина была покрыта броней. С ревом подлетела еще одна машина и попыталась ударить в бок Аэз’ашью, но гибкая ведьма оказалась слишком проворна для ее клинков и в последний миг перепрыгнула через механическое существо. Ксириад побежала в сторону, когда ее осветили фары третьего врага, а за ней с треском промчалась очередь пуль и прошила землю у самых ее ног.

Морр боролся со зверем-машиной, который прижал его к земле, и пытался удержать его бешено вращающееся переднее колесо подальше от себя. Клыки из кровавого камня на шлеме инкуба вдруг выплюнули импульс ярко-красной энергии, попавший в брюхо машины. Из внутренностей той брызнули искры и пламя. Морр развернул тварь и могучим усилием отшвырнул ее в сторону, та врезалась в землю и осталась лежать, слабо вращая колесами. Лучи фар пронзили мглу: остальные охотники с ревом мчались к добыче для новой атаки.

Аэз'ашья немедленно повернулась и побежала от своих спутников, которые едва ли могли защитить ее. Звери-машины ринулись в сторону, пытаясь переехать убегающую фигуру, из-под их задних колес брызнула земля. Она в последний миг отпрыгнула от их вращающихся шипов и перескочила через одну машину, шлепнув ее ладонью. Та развернулась, чтобы броситься на ведьму, и тут устройство, прикрепленное к ней, взорвалось. Молнии вырвались наружу и окутали весь механизм трескучими нитями электричества. Густо полетели голубые искры, и зверь-машина беспомощно повалился наземь. Его товарищи развернулись и с воем отчаяния исчезли во всепоглощающем красном сумраке.

— Граната помех, — злобно усмехнулась Аэз'ашья. — Это, пожалуй, одни из самых дурацких машин смерти, которые я когда-либо видела. На что годится механизм, который падает, как только останавливается?

Морр наклонился и подобрал свой клэйв. Его доспехи были помяты и выщерблены в дюжине мест, но сам он выглядел невредимым, разве что немного более неловким, чем обычно.

— Надо идти дальше. Они так сопротивлялись, чтобы не дать нам добраться до портала, — сказал он.

— Веслайин Затворник говорил, что в Море Душ время не имеет значения. Варп может мельком показать прошлое, будущее и настоящее, потому что в нем они едины. По Затворнику, когда ты имеешь дело с обитателями варпа, бесполезно пытаться ограничить события рамками прошлого, настоящего или грядущего — с ними надо разговаривать в абсолютных понятиях действий.

— Имея это в виду, ответь мне, старуха: где мои агенты, несущие чистое сердце, снова войдут в город?

— Они с триумфом возвратятся у ног великанов, если вообще возвратятся. Сначала нужно победить хранителей врат, и исход схватки неизвестен.

Врата были высотой с пятиэтажное здание — искривленные металлические столбы, а на них толстая перемычка, пронизанная призрачной костью. Портал был открыт, между столбами ясно виднелась поблескивающая зеркальная поверхность. Кроме того, его охраняли. Отряд воинов-кабалитов Черного Сердца лениво бродил перед вратами, а их «Рейдер» стоял так, что перегораживал путь к выходу. Они были хорошо вооружены и, несмотря на расслабленное поведение, выглядели так, будто готовы были вступить в бой при первом же признаке угрозы.