Путь эльдар: Омнибус

Торп Гэв

Взятые врасплох, теснимые в ближнем бою, кабалиты бесстрашно контратаковали. Их по-прежнему было больше, чем врагов, и они были закалены в боях, хорошо вооружены и лучше защищены. Однако это стало ужасной ошибкой.

Клинок Морра вздымался и падал с механической точностью метронома, прорубая и осколочные винтовки, и руки в доспехах, которые пытались парировать ими удары. Каждый воин, что отпрыгивал с пути неистового инкуба, получал в спину нож Аэз'ашьи или Харбира. Одному удалось выиграть немного пространства и вскинуть свою винтовку, но тут он обнаружил, что его уже поджидали невидимые

снайперы.

Несколько секунд, и на ногах осталась лишь горстка воинов Черного Сердца. Они струсили и побежали в открытый портал позади. Харбир бросился было в погоню, но захромал и прижал руку к окровавленному бедру. Аэз'ашья метнула нож и убила еще одного воина, но оставшиеся двое исчезли в мерцающей пелене, как будто нырнули под воду.

Боевой клинок ранил Харбира в ногу, а тот не заметил этого в пылу битвы. Порез был длиной с его ладонь и больше пальца в глубину. Он начал с трудом накладывать целебную повязку, в то время как Аэз'ашья стояла рядом, хладнокровно наблюдала за ним и не предлагала помощь, желая увидеть, потеряет ли он сознание от кровопотери. Морр ходил туда-сюда, молча и методично приканчивая раненых кабалитов.

Сначала к ним вышла Ксириад, затем Ксагор со своей пленницей, и, наконец, за ними последовал прихрамывающий и бледный Синдиэль.

— Ты выстрелил слишком рано! — обвинила его Ксириад, как только увидела. — А потом вообще не стрелял. Это ты виноват, что двое сбежало!

— Это не моя вина! — заныл Синдиэль. — Одна из… мертвых тварей шла за нами и напала на меня! Я дрался, чтоб спасти свою жизнь!

Его легко бронированный сапог действительно был исцарапан, как будто его терзали безжизненные когти. Единственный глаз Морра на мгновение уставился на него, рассматривая… оценивая.

— Прискорбно, — сказал он наконец. — Садитесь на «Рейдер». Я поведу его к центральному пику.

— Лучше я поведу, — возразила Ксириад. — Этим лучше заниматься тем, кто способен оценивать расстояние.

«Рейдер» остался невредим в перестрелке и медленно поднялся под руководством Ксириад, чутко перемещающей рычаг. Агенты забрались на борт, гравилет плавно развернулся и ринулся в портал.

Переход занял всего секунду, и они, к счастью, вновь оказались под знакомым светом Илмей. Даже воздух вокруг «Рейдера» казался холодным и чистым после красноватого смога Железного Шипа. Внизу тянулась обсидиановая дорога, с обеих сторон обрамленная угловатыми башнями, каждую из которых венчала стилизованная титаническая статуя с пустым лицом. Все статуи стояли в слегка отличающихся позах, но каждая держала над дорогой огромное овальное зеркало.

— Я знаю это место, — слабым голосом сказал Харбир. — Это Павана Идолов, мы на вершине отрога Гулен.

— Не вижу воинов, которые сбежали от нас, — доложил Синдиэль. «Рейдер» мчался вдоль дороги, обгоняемый собственными копиями — отражениями в зеркалах гигантов. Со стороны агенты выглядели разношерстной потрепанной группой усталых и грязных бойцов, которые мчались сквозь темноту на угнанной машине.

— Не надо слишком долго смотреть на отражения, — посоветовал Харбир. — Это может быть… плохо.

Ксириад прокричала предупреждение, увидев вихрь пятен, который мчался к ним над обсидиановой полосой. К

«Рейдеру» стрелой неслись по меньшей мере два десятка геллионов. Они разделились и держались по сторонам от транспорта, глядя на его пассажиров и не подлетая на расстояние выстрела. Видимо, решив, что им светит развлечение, стая снова объединилась позади «Рейдера», развернулась и начала стремительное преследование.

— Далеко ли до Звука-Ночи Гулен? — спросила Аэз’ашья. Косые ярусы этого внешнего района могли защитить их от режущих скайбордов геллионов.

— Слишком далеко, они нагонят нас еще на полпути, — упавшим голосом сказал Харбир.

— Синдиэль, Ксириад, берите винтовки, — приказал Морр. — Харбир будет рулить.

— А ты что собрался делать? — дерзко поинтересовалась Аэз'ашья.

— Я беру на себя носовое орудие.

— Они не так глупы, чтобы атаковать нас спереди, — фыркнул Харбир. — Это одна из причин, по которой они гонятся за нами, а не нападают в лоб.

— Неважно, — Морр ухватился за темное копье на носу и с силой вырвал его из орудийной платформы.

Синдиэль и Ксириад сбили по геллиону, прежде чем стая сообразила, что по ней стреляют. Залпы Морра были чудовищно неточными, но зато воздушных бандитов теперь больше волновали маневры уклонения, чем ответный огонь. Однако, когда еще нескольких их товарищей сшибли со скайбордов меткие выстрелы снайперов, оставшиеся решили, что лучше всего тоже начать стрелять.

Осколки бешено зарикошетили от кормы «Рейдера», и Синдиэлю с Ксириад пришлось спрятаться за скудной броней транспорта. Морр упорно продолжал стоять и превратил геллиона в облачко золы удачным залпом энтропической энергии. В тот же миг один из двигателей «Рейдера» закашлялся и вырубился, так что гравилет опасно накренился на лету.

— Он не выдерживает! — завопил Харбир.

— Посади машину, — ответил Морр.

— Безумие! — крикнула Ксириад. — На земле нас порвут на куски!

— Мы можем потерпеть крушение. Посади ее. Сейчас же.

«Рейдер» без всякого изящества упал на обсидиановую дорогу и заскользил по ней, извергая искры и пламя. Двигатели отказали в последний момент. Стая геллионов пролетела мимо, быстро замедлилась и выхватила адские глефы, чтобы начать куда более увлекательное отрубание голов и конечностей. Агенты покинули ненадежное прикрытие рухнувшего гравилета и побежали к ближайшей башне в ста метрах от места крушения. Примерно дюжина выживших геллионов закружилась в воздухе и спикировала вниз, чтобы прикончить удирающую добычу.

Харбир отстал. Он пытался заставить работать свою онемевшую ногу, но расстояние до башни казалось непреодолимым. Он знал, как быстро боец на скайборде может догнать пешего глупца, так как сам это делал, и неоднократно.

Наемник повернулся и вскинул длинноствольный пистолет, готовясь продать свою жизнь как можно дороже. Он мог детально разглядеть геллионов, несущихся на него: дикие лица, вопящие и визжащие от наслаждения, собранные по кускам доспехи, краденые украшения. По всему было видно, что эта банда настоящих отморозков, оппортунистов и падальщиков, с какими он когда-то водил компанию. Горько было думать, что он должен погибнуть от клинков подобных небесных пиратов.