Путь Дзэн

Уотс Алан

Мантры и тантры, медитация и концентрация — Все это источники самообмана.

Не засоряй концентрацией мысль, чистую по своей природе, А пребывай в блаженстве самого себя и прекрати эти мучения.

Все, что ты видишь, есть Это,

_________

“Ланкаватара Сутра”, II, [75]. По преданию

*“Ланкаватара” была любимой сутрой Бодхидхармы, полулегендарного основателя

Дзэн в Китае. Ее связь

с Дзэн подробно освещена в [75].

128

Впереди, позади, со всех десяти сторон,

Пусть учитель сегодня же положит конец твоим заблуждениям!

Природа небес изначально чиста,

Но от осматривания и разглядывания взгляд застилается туманом*.

Тибетский буддизм также содержит учение о Кратчайшем Пути — стремительном и

крутом восхождении к нирване тех, кто обладает достаточным мужеством. Близость

к Дзэн еще больше чувствуется в “Шести заповедях” Тилопы с его акцентом на

естественность и непосредственность:

Ни мысли, ни размышления, ни анализа,

Ни упражнений, ни намерения.

Предоставь всему возможность быть**.

Мгновенное освобождение без каких-либо специальных ухищрений и намерений

подразумевается также тантрическим термином сахаджа, — ___________

Собрание Песен Сарахи. [23].

*Буквально это звучит так:

Mi-mno, mi-bsam, mi-dpyad-ching

Mi-bgsom, mi-sems, rang-babs-bzhag.

перевод основан на разъяснениях, полученных мной от м-ра Алекса Уэймэна из

Калифорнийского Университета. “Mi-mno” приблизительно соответствует

дзэн-буддийскому термину у-синь или у-ньен, т. е. “не-ум”, “не-мысль”, “bsam” эквивалентно санскритскому чинтана, т.е. дискурсивное размышление о том, что

услышано, a “dpyad” миманса, т. е. философский анализ. “Bgsom” — скорее всего

бхавана или китайское синь — “культивировать”, “упражняться” или “интенсивно

сосредоточиваться”. “Sems” — это четана или цю, передающее значение воли, намерения. “Rang-babs-bzhag”, буквально значит “само собой образовавшееся

установление”, причем “само собой образовавшееся”, видимо, является точным

эквивалентом даосского термина цзу-жань — “само собой”, “спонтанно”, “естественно”.

129

который описывает состояние мудреца, достигшего просветления,— “легкое” или

“естественное”.

Здесь не место обсуждать истинный смысл мгновенного пробуждения или принципа

естественности. Просто приведенные отрывки показывают, что “прямой путь” существовал и за пределами Китая, и не исключено, что его первоначальные

истоки — в индийском буддизме. Нехватку соответствующих данных нетрудно

объяснить тем, что

подобного рода учение, столь легко поддающееся искажению, хранилось в глубокой тайне и только позднее стало обсуждаться открыто. И

действительно. Дзэн-буддийская традиция настаивает на том, что мгновенное

пробуждение не содержится в сутрах, а передается прямым путем, от учителя к

ученику. При этом совсем не обязательно, чтобы подразумевался какой-нибудь

эзотерический метод, вроде телепатической передачи опыта. Часто имеется в виду

нечто гораздо менее сенсационное. Когда индусские пандиты настаивают на том, что мудрость приобретается не из книг, а только от учителя, гуру, то это

означает, что собственно тексты, — такие, например, как Йогасутра, — содержат

лишь наброски учения, а полным знанием его обладают лишь те, кто усвоил также

устную традицию. Нужно ли добавлять, что поскольку эта традиция является в

первую очередь переживанием, слова могут передать ее не более и не менее, чем

любой другой опыт.

Однако нет никакой необходимости предполагать, что в Индии когда-либо

существовала особая школа Дхианы. Возникновение Дзэн вполне естественно

объясняется знакомством даосов и конфуцианцев с основными принципами буддизма

Махаяны. И возникновение традиций, близких Дзэн, наблюдается почти сразу, как

только прос 130

лавленные сутры Махаяны стали известны в Китае, т. е. начиная с трудов

великого индийского ученого монаха Кумарадживы, который в 384-413 гг. перевел

их на китайский язык. Кумараджива жил в Ку-цзане и Чан-ане, а одним из его

выдающихся учеников в эти годы был молодой монах Шен-Чжао (384-414), который

начинал переписчиком конфуцианских и даосских текстов.

Шен-Чжао обратился в буддизм после прочтения Вималакирти Сутры, оказавшей

значительное влияние на Дзэн. В этой Сутре описывается история не монаха, а

мирянина Вималакирти, который постиг учение Будды глубже, чем все остальные

ученики. Он превзошел всех учеников и бодхисаттв, когда на вопрос о природе

недуалистической реальности ответил “громовым молчанием” — пример, впоследствии часто используемый учителями Дзэн. Вималакирти, отвечающий

“громовым молчанием”, является также любимой темой художников — дзэн-буддистов. Но основное значение этой сутры для Китая и для Дзэн в том, что совершенное просветление не противоречит занятиям каждодневной жизни, что

высшее достижение человека — “вступить в просветление, не истребив

омраченности (клеша) ”.

Такой взгляд импонировал и конфуцианскому и даосскому складу ума. При том