Путь бегуна
Шрифт:
Казалось, всего несколько десятков шагов и до льда можно будет дотронуться рукой, но солнце давно прошло середину небосклона, а горы оставались так же на линии горизонта, как и раньше. Как будто смеясь над путниками, они ни на метр не приближались, а только задирали все выше в небо громады своих ослепительных шапок. Добравшись до укрытия в тени скального островка, путники остановились, чтобы подкрепиться захваченным из лагеря пайком.
Марк присел на песок, растирая ноющие мышцы ног: – Песок слишком мягкий, так и должно быть?
– В какую сторону дует ветер? – вопросом на вопрос ответил Дин. Только сейчас
Дин опустился рядом, поднял пушистой ладонью горсть песка и пустил ее по ветру.
– Осень ушла, ушел ветер, ушло время тайн. Каждую весну и осень ветер меняется, песок намокает, наступает время Бега. Сейчас на пороге зима, время Гона. Только путь в город закрывает стена…
Дин замолчал, глядя на высыпающиеся в ветер крупинки, и Марк почувствовал себя неуютно. Он был одним из тех, кто построил эту стену.
Дин тряхнул гривой, распрямился: – Сила Народа давно ушла бы в эти пески, если бы мы делали только то, что нам позволяют. Идем, я покажу тебе, как повернуть ветер.
Они снова побежали. Ветер усилился настолько, что голос рассказчика тонул в его порывах и Дин замолчал. Они бежали сквозь несомую ветром серую массу песка. Ветер еще сильнее замедлял передвижение.
Песок набивался везде, в любую незакрытую щель в любое крошечное отверстие. Ткань-маска, защищающая от песка, затрудняла дыхание, Марк начал выбиваться из сил. Дин продолжал бег, не снижая скорости. Казалось, окружающая действительность не оказывает на бегуна ни малейшего влияния.
Наконец, когда Марк уже потерял счет времени посреди серого марева, впереди показались тени скал, ветер, как по мановению волшебной палочки стих, закружившись у них за спиной песчаными водоворотами. Он был где-то рядом, свистел в невидимых в темноте скалах, однако в том месте, где они стояли, воздух едва шевелился. Марк отвел от лица ткань, принюхался. В воздухе явно чувствовалась влага и запах свежей растительности. Только сейчас он сообразил, что стемнело не только потому, что наступил вечер, и не только от туч песка над ними. Они находились в тени огромного скального обрыва, уходящего куда-то в невообразимую высоту.
– Мы отдохнем здесь. Подъем нельзя начинать уставшими, – Дин расстегнул застежки палатки и установил тент в специально отведенном месте. Марк заметил, что камни хранят следы многочисленных креплений крючьев для растяжки тента. Этим местом для стоянок пользовались очень часто.
Он взглянул вверх. Скала поднималась отвесно вверх, все сильнее и сильнее склонялась в сторону пустыни. Подъем? Конечно, в камне было огромное количество выступов и трещин, но подниматься без снаряжения под таким углом было совершенно невозможно.
Дин бросил ему свою опустошенную флягу и показал на камень неподалеку. Марк понял его без слов. Усталость и пройденный вместе путь делали слова лишними. Зайдя за указанный камень, он обнаружил вырубленные в скале ступеньки. Они вели в неглубокий подземный грот. Спустившись в него, Марк увидел струйку воды, истекающую из щели в камне. Падая вниз, она уходила в песок и бесследно в нем растворялась. Из щели ощутимо тянуло влагой и холодом.
Увидев, как вода исчезает,
Наскоро перекусив, они с Дином забрались в палатку. Каменные стены, окружающие их дышали холодом, а топлива для костра достать было неоткуда. Даже обогрев, услужливо включенный его костюмом, не спасал Марка от пронизывающего влажного сквозняка. Едва закутавшись в одеяло, он мгновенно погрузился в сон.
Снилось ли ему что-то или нет, Марк не помнил. Помнил только, что несколько раз просыпался от далекого рокота. Приподнявшись, он прислушивался, озираясь в темноте палатки. Крошечный фонарь в дежурном режиме едва освещал палатку. Дин приподнял голову. Увидев его вопросительный взгляд, Дин успокаивающе махнул рукой и снова завернулся в одеяло. В следующий раз Марк, разбуженный странным звуком, просто укутывался плотнее и снова засыпал.
***
Марк проснулся, посмотрел на часы. Светящийся циферблат показывал семь часов утра. Дина рядом не было, очевидно, ушел на традиционную утреннюю пробежку. Больше Марка беспокоило то, что он не слышал, как открывается палатка и уходит его провожатый. Никакая усталость не могла служить оправданием. Выходило, что хваленая выучка следователя давала сбой.
Он выбрался из палатки. Холодный воздух, поднимающийся от камней, заставил его поежиться. Оказывается, Дин уже вернулся из пустыни, выложил на камне свою добычу – несколько лепешек Кодов. Они развели костер, приготовили по чашке местного горячего напитка, настоянного на каких-то сушеных травах. Дин свернул палатку.
– Идем, нижние скалы высасывают тепло из тела – тут нельзя долго останавливаться. Согреемся на подъеме.
Марк снова измерил взглядом высоту стен. Со вчерашнего дня скала ничуть не изменилась.
Дин повел его едва заметной тропинкой между камнями. Впереди, все ближе и ближе был слышен какой-то странный гул. Гул превратился низкое гудение, то нарастающее, то спадающее в неровном ритме. Казалось, неподалеку дышит огромный дракон.
– Что это? – спросил Марк, и его голос почти потонул в шуме.
– Молчи, слушай, у нас мало времени, – Дин проверял все крепления на себе, затем, быстро просмотрел и подтянул все ремни на Марке.
– Дальше около ущелья ничего слышно не будет, поэтому сейчас слушай и запоминай: света не зажигать, бежать в моем темпе точно за мной.
Дин пристегнул к поясу Марка трос с карабином, другой конец застегнул на своем поясе: – Дерну один раз – замри. Дерну 2 раза считай до шести и беги. Беги за мной, в моем темпе. Опусти повязку. Свет не зажигай.
Марк повиновался без вопросов, и они побежали. За очередным поворотом им открылось ущелье, из которого вырывался ветер. Он гудел и завывал, едва не сбивая с ног. Дин с Марком вбежали в ущелье, открытые части тела мгновенно закололи иголки холода, глаза слезились. Марк бежал вторым, частично удары ветра принимал на себя Дин, но даже эта, выигрышная позиция не давала ему большого преимущества. Ветер буквально выдавливал бегунов, толкая их в грудь вполне ощутимыми ударами холода и влаги. Капли воды стекали по их одежде.