Путь беглеца
Шрифт:
Водный щит.
Реки пролитой вокруг крови и слизь с его собственного тела мутным потоком устремились к Нику, формируя перед ним могущественную защитную полусферу. Та получилась настолько мощной, что выдержала, не распавшись, оба огненных шара. С шипением растворив часть щита, языки пламени затухли искрами костра, попавшими в ведро с водой.
Но демон лишь вновь рассмеялся и кинул еще несколько шаров, но те снова увязли в мутной защите из крови и слизи.
Ник согнул колени, готовясь к атаке, как вдруг ощутил что-то. Едва заметное, почти
Подняв руки к небу, чуждая этой реальности тварь напряглась, создавая над собой точку. Та вспыхнула ярким красным светом, каплей расплавленного металла растекаясь по полотну багровеющих сумерек. И когда точка обернулась сферой, демон-заклинатель словно растянул ее, выламывая и формируя жидкое, походящее рябью, лавовое древко с наконечником из белого пламени.
Никаниэль не мешкал.
Едва почувствовав неладное, он решился на шаг, который еще недавно показался бы глупой попыткой самоубийства из-за слишком слабо развитых магических каналов. Полностью сосредоточившись, Ник погрузился куда-то внутрь себя и сумел разглядеть структуру собственного водного щита. Затем острожно, словно швея, которой впервые доверили работу над драгоценной тканью, вплел в него несколько новых линий, тут же напитав их силой.
Ледяной щит.
Глава 61
Получилось!
Защитная полусфера кристаллизовалась, превращаясь в морозную глыбу льда. Капли пота катились по напряженному лицу Никаниэля.
Но радость оказалась недолгой.
Раздавшийся из-за спины тонкий крик серпом резанул сознание принца.
Удерживая волшебный щит, Ник обернулся, чтобы увидеть, как омерзительное фиолетовое чудовище жадно чавкает начисто откусанной половиной уже мертвой девочки.
Принц застыл.
Волосы зашевелились у него на голове, а глаза, казалось, вот-вот выпрыгнут из орбит от осознания произошедшего.
В дребезги разлетелся морозный щит, забирая с собой и копье лавы.
Не до конца понимая что творит, Никаниэль наотмашь полоснул по голове подкравшегося монстра и тут же помчался прямо на демона-заклинателя.
Тот успел воплотить еще три огненных шара. От одного Ник увернулся, другой разрубил мечом. Третий же опалил принцу правую руку, заставляя слизь на ней кипеть подобно маслу на сковороде.
Но разъяренный эльф не чувствовал боли. Добравшись до ненавистного демона, Ник застыл, разворачивая корпус и пропуская удар когтистой ноги рядом с грудью. На ходу перехватив меч обратным хватом, он по локоть отрубил врагу руку, на которой как раз зарождался очередной отблеск пламени.
Плеснув серой жидкостью, конечность упала на землю, и оставшееся без контроля заклинание разнесло ее в клочья, добавляя новых мазков в написанную демонической кровью картину на теле Ника.
Зашипев, исчадье бездны оттолкнуло от себя противника и, издав жуткий вой, помчалось к проклятому лесу.
Со всех концов деревни послышались ответные завывания. Вот только монстры и не думали спешить на помощь.
Никаниэль бросился следом. В его сознании билась всего одна единственная мысль. Простая и понятная. Убить. Уничтожить ненавистную тварь.
Демон пытался отбиться, набегу метая в преследователя заклинание за заклинанием, но те с каждым разом становились все слабее.
То пригибаясь, то уклоняясь, зайцем вертясь между цепкими лисьими пастями вражеской магии, принц уворачивался от стремившихся к нему огненных шаров. И когда заклинания настолько растеряли свою силу, что Ник незатейливо отмахивался от них клинком, демон попросту побежал, тяжело сопя отсутствующим носом.
Догнать порождение хаоса удалось лишь глубоко в лесу.
Обессилившая тварь, осознав, что ей не уйти, развернулась навстречу преследователю и, вытянув вперед оставшуюся руку, попыталась сотворить последнее колдовство. Глухим как эхо в железной бочке голосом демон произносил чуждые этому миру слова. Они звучали подобно клокотанию фальшивомонетчика, которому безжалостный палач заливал в глотку расплавленный свинец.
Никаниэль, с силой оттолкнувшись от земли, не дал порождению хаоса закончить и, отрубив тому вторую руку, возвратным движением снизу вверх вонзил клинок твари в брюхо так, что острие показалось между лопаток.
Неудержимым потоком серая кровь хлынула на руки принца. Он стоял вплотную к чудовищу, наблюдая как жизнь покидает желтые глаза убийцы. Без белка, без зрачка, без радужки — лишь мутная, медленно тускнеющая желтизна.
Взор демона подернулся пеленой. Тварь конвульсивно содрогнулась, харкнув кровью, и, медленно соскользнув с меча, безвольной куклой рухнула на лесной мох. И практически тут же расплылась зловонной серой лужей, принесшей запах протухших яиц.
Пошатнувшись, Ник осознал, что не дышал последние несколько секунд. Сердце бешено колотилось, отбивая барабанный ритм строевого марша. Эльфу пришлось сделать пару шагов в сторону, спасаясь от удушливого смрада, но сам он пах не намного лучше.
Уставший принц воткнул меч в землю и оперся на него, пытаясь восстановить дыхание после продолжительной схватки. В голове настолько сквозило пустотой, что, попади туда сейчас хоть одна мысль, она тут же повесилась бы от одиночества.
Нараставший в районе затылка зуд напомнил о не пригодившихся щитах. Никаниэль тотчас их развеял.
Стало чуть легче.
Кое-как отдышавшись, он хотел уже было идти обратно, но тут до его чуткого слуха донеслось невнятное бормотание.
Насторожившись, эльф направился в сторону подозрительных звуков.
Сделав всего несколько шагов, Ник с удивлением обнаружил себя на краю пепелища. Того самого пепелища, которое всего пару дней назад они покинули с Малемом, спалив остатки проклятого хутора.
Повсюду виднелись следы фиолетовых тварей, а в самом центре, на корточках сидел еще один длинноухий заклинатель. Тот золотым демоническим кинжалом вычерчивал прямо в золе причудливые узоры и что-то тихонько бубнил.