Пустыня смерти

Макмуртри Лэрри Джефф

— Откуда ты знаешь, что их всего пять-шесть человек? — спросил Калл. — Может, в какой-нибудь лощине их засела целая толпа, и нам их никогда не увидеть.

— Если их большущая толпа, тогда, как мне думается, они бы давно выскочили и перебили нас. Смотри-ка, Матильда уже подходит к Зику, — заметил Калл.

Матильда подошла к изуродованному юноше, который в этот момент опустился на колени и шарил руками по земле, пытаясь отыскать выпавший пистолет.

— Зик, я здесь, — сказала Матильда. — Я пришла, чтобы отвести тебя в лагерь.

— Нет, я должен найти пистолет, — ответил Зик. Его встревожил тот факт, что Матильда пришла, чтобы увести

его. — Я должен найти его, потому что тот здоровенный черт может вернуться, — добавил он. — Я должен сделать, как наказывал Длинноногий — приложить пистолет к глазу и выстрелить, прежде чем он будет здесь.

— Он не вернется, Зик, — утешала Матильда, помогая ему подняться с колен. — Если бы он захотел, то прихватил бы тебя с собой.

От одного вида юноши с оскальпированной головой она пришла в замешательство и стала заикаться. Ей не раз доводилось наблюдать убитых или израненных в бою мужчин, но таких, как Зик Мууди с изуродованной головой, пришлось увидеть впервые. Казалось, что вместе с волосами он лишился лица.

— Вставай. Пошли вместе, — настаивала Матильда, помогая ему приподняться.

— Не трогай меня, лучше помоги мне найти пистолет, — бормотал Зик. — Мне не надо уходить, мне нужно убить себя, как учил Длинноногий. Я должен остаться и сделать это.

Матильда подхватила Зика под мышки и потащила его, а когда он встал на ноги, то поневоле кое-как заковылял.

— Там нет пистолета, Зик, — говорила Матильда. — Скоро мы будем вместе со всеми ребятами. Ты не умрешь. А на голове вырастет новая кожа.

— Нет, я не вынесу этого, Матти, — плакал Зик. — Голова горит, будто ее поджаривают на огне. Лучше пристрели меня, Матти. Убей меня сейчас же.

Не слушая жалобные причитания юноши, Матильда упорно подталкивала его и тащила к отряду. Когда они приблизились ярдов на пятьдесят, на помощь выскочил Калл. Он всегда охотно помогал другим и много раз делал для Матильды любую работу. От одного вида головы Эзикиела он заметно побледнел. На помощь подоспел Гас Маккрае, но в этот момент Зик потерял сознание от боли. Не слушая его стонов и всхлипываний, все трое быстро потащили его к своим, не обращая внимания на капающую на них кровь. В лагере они положили его около Сэма, который был у них за доктора.

— Боже Всемогущий! — воскликнул Верзила Билл, увидев густо покрытую кровью голову Эзикиела.

Джонни Картиджа стошнило, а Боб Баском отошел в сторонку на трясущихся ногах. Майор Шевалье лишь разок взглянул на окровавленную голову, отвернулся и пошел прочь. Длинноногий и Чадраш переглянулись. Лучше бы Зик покончил жизнь самоубийством, решили они про себя. Теперь, чтобы уцелеть, нужно передвигаться быстро и бесшумно, а оскальпированный юноша станет обузой.

Сэм присел на корточки и стал стирать кровь с головы Зика кусочками мешковины. Запасов воды у них не было — чтобы промыть хорошенько такую рану, требовалась целая бадья воды, а откуда ей взяться.

— Ему надо надеть что-то на голову, — предложил Сэм. — А то налетят на рану разные мухи и слепни.

— Сколько времени нужно ждать, чтобы на голове засохла корка? — спросил майор.

Сэм посмотрел на кровоточащую голову, обтер ее снова куском мешковины и ответил:

— Четыре-пять дней, но за это время он скорее всего умрет.

Чадраш пристально оглядел долину, пытаясь угадать, где затаились команчи и сколько их. Он подумал, что в горах засели трое и, возможно, еще трое укрылись в долине. Ему и в голову не приходило, что обеих лошадей мог

убить один и тот же индеец. Майор был твердо уверен, что индейцев все же должно быть больше. На небольшом отроге гор, уходящем на юг, вполне могут укрыться значительные силы команчей. Если их не более семи-восьми (такова обычная численность индейских групп, совершающих набеги), то считай, что рейнджерам повезло. Если бы их было намного больше, они давно разгромили бы рейнджеров, измотанных бешеной скачкой к горам. Здесь их легко могли рассеять и переловить по одному.

— Сомневаюсь, чтобы их насчитывалось более десяти, — предположил Длинноногий. — Если бы их было много, наши лошади унюхали бы их лошадей — они бы тогда взбрыкивали и фыркали.

— Им и десятка не нужно, — заметил Чадраш. — Ведь с ними этот чертов горбун.

Длинноногий в ответ ничего не сказал. Он считал, что может выжить в этих диких местах, как и любой другой, а бояться ему некого; нужно, конечно, принимать меры предосторожности против кое-кого, но таких мало, и Бизоний Горб в их числе. Себя он считал прирожденным жителем прерий, и не было местности между реками Сабин и Пекос, где бы он ни побывал, не изучил ее досконально, а в сторону севера он доходил до самого Арканзаса. Он считал, что великолепно знает эти края и тем не менее не заметил лощины, где Бизоний Горб прятал свою лошадь перед тем, как убить Джоша Корна. Длинноногому никогда не приходилось видеть, как на его глазах снимают скальп с живого человека, хотя он и слышал о немногих случаях, когда оскальпированные оставались в живых и потом рассказывали, как это все произошло. Пустынные районы полны неожиданностей, там тебя могут встретить всякие сюрпризы, о существовании которых прежде и не подозреваешь.

Майор Шевалье с беспокойством смотрел на разведчиков отряда. У него разламывалась голова, и он испытывал нервное возбуждение. Жизнь в боевых условиях давалась ему нелегко из-за тучной комплекции, а стычка с индейцами из племени команчей напугала его до смерти. Половина рейнджеров из его отряда либо блевала, либо передвигалась на ногах еле-еле, а отчего, он не знал — то ли с перепугу, то ли от плохой воды. Он задумался, что же делать дальше, куда двинуться, и в это время заметил, что Матильда снова направилась к кустам Польши, причем так неосмотрительно и беспечно, будто прогуливалась по улицам Сан-Антонио.

— Эй, Матильда! Не ходи никуда, мы не на бульваре, — громко предупредил он.

— Я пошла подбирать Джоша, — ответила Матильда. — Я не намерена бросать его на съедение диким зверям. Желательно, чтобы кто-нибудь выкопал могилу, пока я хожу, а когда принесу Джоша, уложим его туда.

Не прошла она и двадцати ярдов, как из-за отрога гор выскочили девять команчей во главе с Бизоньим Горбом.

Майор Шевалье вспомнил, что его бинокль остался в сумке на убитом коне.

Увидев индейцев, некоторые рейнджеры подняли ружья и приготовились открыть огонь, но Длинноногий прикрикнул на них, чтобы не стреляли.

— С такого расстояния вы даже до той проклятой горы не дострелите, а уж до индейцев и подавно, — пояснил он. — К тому же они уходят.

И в самом деле, небольшая группа индейцев, возглавляемая Бизоньим Горбом, потихоньку потянулась вдоль позиции рейнджеров. Они направлялись на восток и явно не спешили, медленно ехали, держа курс на реку Пекос. В это время Матильда, разыскивая труп Джоша Корна, находилась ярдах в ста от рейнджеров, она не обращала внимания на команчей, а те нарочито не замечали ее.