Пустой Горизонт

Олсон Иоланда

Бодро насвистывая, я вернулся в свой кабинет, подошел к столу и стал рыться в нем в поисках ключей от наручников Оуэна, затем подошел к книжному шкафу и отодвинул его в сторону. На этот раз я не стал использовать фонарик, а вместо этого решил вытащить клетку на середину кабинета.

— Слушай меня внимательно, — сказал я ему, держа ключи на уровне его глаз. — Я выпущу тебя из клетки, но только если ты поможешь мне с ней. У меня есть кое-что, что ты должен сделать. Не пытайся сразиться со мной — ты стал слишком

слаб, не ел несколько дней, и я могу свернуть тебе шею. А теперь, если ты согласен на мое условие помочь мне разобраться с Темпест, я выпущу тебя отсюда и накормлю. Затем мы спустимся вниз и продолжим нашу работу как братья.

Оуэн взглянул на меня. Я мог сказать, что он хотел отказаться, но он знал, что у него нет выбора. Если бы он не согласился, я затолкал бы его обратно в нишу и позволил ему там умереть.

Наконец, с ворчанием и кивком согласия судьба Темпест была решена.

Глава 8

Темпест

Закрыв лицо руками, я обнаружила, что в моей голове снова и снова всплывают мои мысли, впервые возникшие в этой адской дыре. Боже милостивый, неужели мне никто не поможет?

Я бегло окинула взглядом комнату. Здесь должно быть что-то, что угодно, что поможет мне выбраться отсюда. Я чувствовала себя так, словно оказалась в логове волка, и хотя Джекстон был единственным монстром, который мог причинить мне боль, я всегда чувствовала себя в его присутствии невероятно слабой. Я чувствовала, что все, что я попытаюсь сделать, чтобы спастись, пойдет наперекосяк, и он убьет меня медленно и мучительно.

Именно в этот момент я приняла решение. Если он собирается убить меня, он получит охренительную битву.

Больше не заботясь о том, наблюдает ли он за мной, я быстро подошла к двери, которую каким-то образом сумела снять с долбанных петель, и вытащила один из гвоздей, который торчал в дверной коробке. Мои губы дрожали от страха, когда я вернулась к кровати и стянула с нее простыню. Как обычно, пребывание в Комнате Одиночества означало, что с вас снимали всю одежду, поэтому я обернула простыней нижнюю часть своего тела, сделав себе импровизированную длинную юбку. Не то чтобы во мне осталась хоть капля скромности, но я знала его почерк — прежде, чем убить меня, он будет пытаться навязать мне себя, и тогда я нападу на него. Именно тогда я снова и снова вгоню в него этот тупой гвоздь, надеясь, что он выведет его из строя настолько, что я смогу выбраться.

Снова сев на кровать, я засунула гвоздь под левую ногу и закрыла глаза. Я не знала, куда он ушел и сколько времени ему потребуется, чтобы вернуться, но я знала, что мне понадобятся силы, чтобы отбиться от него.

Не знаю, как долго я спала, но когда я снова открыла глаза, я лежала на спине, чувствуя давление, которое кто-то оказывал на меня, ритмично в меня толкаясь. Я чувствовала тяжесть человека сверху и отдаленно слышала мягкие стоны его удовольствия.

Я немедленно попыталась оттолкнуть его, но обнаружила свои руки связанными над головой. Меня снова обездвижили, и я не могла отбиться от своего нападавшего,

что также означало, что я лишилась своего единственного оружия.

— Слезь с меня! — удалось мне закричать. — Джекс! Слезть!

— Но в тебе не я, — ответил он с усмешкой.

Что? Но я думала...

Заставив свои глаза сфокусироваться, я обнаружила, что смотрю в потное лицо Оуэна.

— Какого хрена ты делаешь? — закричала я, пытаясь оттолкнуть его ногами.

Оуэн лег на меня всем своим весом, продолжая толкаться в меня.

— Сохраняю тебе жизнь, — прошептал он мне на ухо.

Как только я поняла, что происходит, все было кончено. Оуэн был грубо оторван от меня, и я услышала тошнотворный треск.

— Не люблю секреты, — пожал плечами Джекстон, когда безжизненное тело Оуэна упало на пол к его ногам.

— Зачем ты это сделал? — лихорадочно спросила я. Мои руки были так надежно связаны над головой, что я не знала, каким образом я смогу ослабить веревки. Единственный человек, который мог освободить меня, был он, и он не собирался этого сделать.

Подойдя, Джекс сел рядом со мной и осторожно раздвинул мои ноги.

— Я нашел это, Темпест, — сказал он, вытаскивая гвоздь. — Ты собиралась причинить мне боль?

— Нет!

С улыбкой он положил гвоздь и вытащил из-за пояса своих штанов нож.

— Ты знаешь, как красиво ты сейчас выглядишь? — тихо спросил он, одна его рука сжимала нож, а другая, скользнув по моему голому животу, мягко коснулась моей шеи.

Моя грудь демонстрировала мое частое дыхание, и мне нужно было найти способ контролировать его. Я не хотела, чтобы Джекс думал, что мне не нравятся его руки на мне. Это свело бы его с ума, и он, вероятно, вонзил бы в меня нож и разрезал бы меня пополам. Хотя я и хотела, чтобы он меня убил, я желала той смерти, которая настигла Райли — быстрой и безболезненной. Я, блядь, заслужила этого.

Быстро взглянув на него, я увидела, что у него были дикие глаза. Темпест снова ушла.

— Джекс? — позвала я, стараясь сдержать дрожь в своем голосе.

— Да, Райли? — мягко спросил он и его рука начала медленно сжиматься на моем горле.

— Я скучала по тебе, — ответила я, решив сыграть на том факте, что он думал, что я Райли. — Я так рада, что мы снова вместе. Но почему ты связал меня? Ты перестал так поступать со мной. Ты позволял мне прикасаться к тебе, когда я захочу, мне нужно начинать все сначала?

— Нет. Прости, Райли, — сказал он и, быстро подняв нож, разрезал мои веревки. Я села и, посмотрев ему в глаза, провела рукой по его лицу.

— Ты скучал по мне? — спросила я.

— Отчаянно, — прошептал он, и по его щеке медленно скатилась слеза. — Мне так жаль за то, что я сделал. Я... я мог бы любить тебя, знаю, что мог бы, и все испортил. Как и все остальное в своей жизни. О, Райли, мне так жаль, — всхлипнул он, уронив голову на мою обнаженную грудь.

Погладив его по волосам и успокаивая, я сказала ему, что все хорошо и это не его вина. Крепко прижав его к себе левой рукой, правую я положила на его кулак с зажатым в нем ножом. Если бы я смогла как-нибудь вырвать нож из его хватки, я могла бы положить этому конец прямо сейчас.